Квалификация совершенных в соучастии преступлений

Слайд 1Квалификация совершенных в соучастии преступленийОписание слайда:

КВАЛИФИКАЦИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШЕННЫХ В СОУЧАСТИИ

Слайд 2Квалификация совершенных в соучастии преступленийОписание слайда:

УЧЕБНЫЕ ВОПРОСЫ: Понятие и значение соучастия. Признаки соучастия. Виды соучастников. Формы соучастия. Специальные вопросы соучастия в преступлении.

Слайд 3Квалификация совершенных в соучастии преступленийОписание слайда:

Понятие соучастия в преступлении: Статья 32 УК РФ. Соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления.

Слайд 4Квалификация совершенных в соучастии преступленийОписание слайда:

ЮРИДИЧЕСКАЯ ПРИРОДА СОУЧАСТИЯ

Слайд 5Квалификация совершенных в соучастии преступленийОписание слайда:

Общественная опасность соучастия

Слайд 6Квалификация совершенных в соучастии преступленийОписание слайда:

ЗНАЧЕНИЕ ИНСТИТУТА СОУЧАСТИЯ позволяет обосновать ответственность лиц, которые сами непосредственно не совершали преступление, но определенным образом способствовали его выполнению; позволяет определить правила квалификации действий соучастников; позволяет индивидуализировать ответственность и наказание в отношении лиц, принимавших то или иное участие в совершении преступления, в соответствии с принципами законности, виновности и справедливости

Слайд 7Квалификация совершенных в соучастии преступленийСлайд 8Квалификация совершенных в соучастии преступленийСлайд 9Квалификация совершенных в соучастии преступленийСлайд 10Квалификация совершенных в соучастии преступленийОписание слайда:

Виды соучастников Статья 33. Виды соучастников преступления 1. Соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник.

Слайд 11Описание слайда:

Исполнитель Исполнителем признается (ч. 2 ст.

33 УК РФ): лицо, непосредственно совершившее преступление непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных настоящим Кодексом.

Слайд 12Описание слайда:

Организатор Организатором признается (ч. 3 ст. 33 УК): лицо, организовавшее совершение преступления лицо, руководившее его исполнением, лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) лицо, руководившее ими.

Слайд 13Описание слайда:

Подстрекатель (ч. 4 ст. 33 УК ) – Подстрекатель (ч. 4 ст. 33 УК ) – лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом.

Слайд 14Описание слайда:

ОСОБЕННОСТИ КВАЛИФИКАЦИИ ДЕЙСТВИЙ СОУЧАСТНИКОВ Статья 34. Ответственность соучастников преступления 1. … 2. Соисполнители отвечают по статье Особенной части настоящего Кодекса за преступление, совершенное ими совместно, без ссылки на статью 33 настоящего Кодекса. 3.

Уголовная ответственность организатора, подстрекателя и пособника наступает по статье, предусматривающей наказание за совершенное преступление, со ссылкой на статью 33 настоящего Кодекса, за исключением случаев, когда они одновременно являлись соисполнителями преступления. Например: ч. 3 ст.

33, ч. 1 ст. 226.1 УК РФ.

Слайд 15Описание слайда:

Ответственность соучастников Статья 34. Ответственность соучастников преступления 1. Ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления. Статья 67. Назначение наказания за преступление, совершенное в соучастии 1.

При назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, учитываются характер и степень фактического участия лица в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда. 2.

Смягчающие или отягчающие обстоятельства, относящиеся к личности одного из соучастников, учитываются при назначении наказания только этому соучастнику.

Слайд 16Описание слайда:

ФОРМЫ СОУЧАСТИЯ –
различные по характеру и устойчивости связей, степени организованности объединения лиц, созданные для совершения преступлений Выделяемые в теории уголовного права: ПРОСТОЕ СОУЧАСТИЕ (без распределения ролей); СЛОЖНОЕ СОУЧАСТИЕ (с распределением ролей). Выделяемые в уголовном законе: ГРУППА ЛИЦ; ГРУППА ЛИЦ ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМУ СГОВОРУ; ОРГАНИЗОВАННАЯ ГРУППА; ПРЕСТУПНОЕ СООБЩЕСТВО (ПРЕСТУПНАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ).

Слайд 17Описание слайда:

ГРУППА ЛИЦ Статья 35 УК РФ (ч.1) Преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора.

Слайд 18Описание слайда:

ГРУППА ЛИЦ ПО ПРЕДВАРИТЕЛЬНОМУ СГОВОРУ Статья 35 УК РФ (ч.2) Преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления.

Слайд 19Описание слайда:

ОРГАНИЗОВАННАЯ ГРУППА Статья 35 УК РФ (ч. 3) Преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Слайд 20Описание слайда:

Преступное сообщество (преступная организация) ч. 4 ст.

35 УК РФ Преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно: 1) совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, 2) члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений 3) для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

Слайд 21Описание слайда:

Специальные вопросы соучастия: Соучастие в преступлении со специальным субъектом. Эксцесс исполнителя. Неудавшееся соучастие. Добровольный отказ соучастников от преступления.

Слайд 22Описание слайда:

ОТВЕТ­СТВЕННОСТЬ СОУЧАСТНИКОВ В ПРЕСТУПЛЕНИЯХ СО СПЕЦИАЛЬНЫМ СУБЪЕК­ТОМ (ч. 4 ст. 34 УК РФ): ОТВЕТ­СТВЕННОСТЬ СОУЧАСТНИКОВ В ПРЕСТУПЛЕНИЯХ СО СПЕЦИАЛЬНЫМ СУБЪЕК­ТОМ (ч. 4 ст.

34 УК РФ): Лица, не являющиеся специальными субъектами, но участвовавшие в совершении преступления, не могут быть признаны исполнителями.

Они несут ответственность только в качестве организатора, подстрекателя, пособника

Слайд 23Описание слайда:

ЭКСЦЕСС ИСПОЛНИТЕЛЯ Статья 36. Эксцесс исполнителя преступления   Эксцессом исполнителя признается совершение исполнителем преступления, не охватывающегося умыслом других соучастников. За эксцесс исполнителя другие соучастники преступления уголовной ответственности не подлежат.

Слайд 24Описание слайда:

Неудавшееся соучастие

Слайд 25Описание слайда:

Добровольный отказ соучастников от преступления Статья 31. Добровольный отказ от преступления … 4. Организатор преступления и подстрекатель к преступлению не подлежат уголовной ответственности, если эти лица своевременным сообщением органам власти или иными предпринятыми мерами предотвратили доведение преступления исполнителем до конца.

Пособник преступления не подлежит уголовной ответственности, если он предпринял все зависящие от него меры, чтобы предотвратить совершение преступления. 5.

Если действия организатора или подстрекателя, предусмотренные частью четвертой настоящей статьи, не привели к предотвращению совершения преступления исполнителем, то предпринятые ими меры могут быть признаны судом смягчающими обстоятельствами при назначении наказания.

Источник: https://myslide.ru/presentation/skachat-kvalifikaciya-prestuplenij—sovershennyx-v-souchastii

Квалификация неоконченных преступлений, совершенных в соучастии

Cтадия совершения преступления, вменяемая любому из соучастников, определяется в зависимости от деятельности исполнителя (соисполнителей) преступления. Если деяние исполнителя останется не доведенным до конца, то неоконченным преступлением признается и деяние каждого из соучастников.

B случае добровольного отказа исполнителя от доведения преступления до конца остальные соучастники преступления несут уголовную ответственность за соучастие в приготовлении к преступлению или покушении на преступление (в зависимости от того, на какой стадии отказался от преступления исполнитель).

Квалификация совершенных в соучастии преступлений

Хабаров А.В.

Правило об уголовной ответственности соучастников преступления за неоконченное преступление сформулировано в первом предложении ч.5 ст.

34 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) и звучит следующим образом: «В случае недоведения исполнителем преступления до конца по не зависящим от него обстоятельствам остальные соучастники несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или покушение на преступление».

Из этого вытекает, что стадия совершения преступления, вменяемая любому из соучастников, определяется в зависимости от деятельности исполнителя (соисполнителей) преступления. Если деяние исполнителя останется не доведенным до конца, то неоконченным преступлением признается и деяние каждого из соучастников.

Отсутствие в действиях исполнителя преступления признаков непосредственной направленности на совершение преступления (т.е.

начала выполнения им объективной стороны состава преступления), влечет признание деяния каждого из соучастников приготовлением к преступлению,[1] а наличие таких признаков – покушением на преступление.[2]

Казалось бы, все предельно просто. Тем не менее, данная норма не совсем точно регулирует рассматриваемую ситуацию.

Во-первых, возникает вопрос: соучастники преступления несут уголовную ответственность за приготовление к преступлению или покушение на преступление (как это буквально сказано в ч.5 ст.34 УК РФ) либо все-таки за соучастие в неоконченном преступлении?

Тот или иной ответ на этот вопрос влияет на формулу квалификации деяния, подлежащую применению в рассматриваемом случае: если первый вариант предполагает квалификацию содеянного по норме Особенной части УК РФ со ссылкой только на соответствующую часть ст.30 УК РФ, то второй – со ссылками на соответствующие части и ст.30, и ст.33 УК РФ.

Представляется, что правильным является второй вариант, поскольку он более точно отражает деяние, которое представляет собой в определенной степени удавшееся соучастие в преступлении,[3] при котором роль каждого лица должна получить юридическое закрепление. Кроме того, если ссылаться только на ст.

30 УК РФ, не будет разницы в квалификации удавшегося соучастия в неоконченном преступлении и неудавшегося соучастия.[4]

В судебной практике также нашел подтверждение подход, согласно которому при квалификации деяния соучастника неоконченного преступления необходимо ссылаться и на ст.30, и на ст.33 УК РФ.

[5] Следовательно, при недоведении исполнителем преступления до конца деяния остальных соучастников должны квалифицироваться со ссылками на соответствующие части ст.ст.30 и 33 УК РФ, а в ч.5 ст.

34 УК РФ следует сделать уточнение о том, что соучастники в таком случае несут уголовную ответственность «за соучастие в приготовлении к преступлению или покушении на преступление».

Во-вторых, в ч.5 ст.34 УК РФ сказано, что установленное ей правило распространяется только на случай недоведения исполнителем преступления до конца «по не зависящим от него обстоятельствам».

Возникает вопрос о том, по каким же правилам несут ответственность соучастники преступления, если исполнитель добровольно отказался от доведения преступления до конца. По смыслу ст.

31 УК РФ добровольный отказ от преступления исполнителя не исключает уголовной ответственности иных соучастников преступления, которые не отказались от его совершения в соответствии со специально установленными для них правилами. Но за что они должны отвечать?

Теоретически здесь мыслимы две позиции. Согласно первой из них, соучастники преступления должны нести уголовную ответственность в таком случае за приготовление к преступлению (без ссылки на ст.33 УК РФ и независимо от того, на какой стадии прервал свою деятельность исполнитель), т.к. здесь отсутствует один из объективных признаков соучастия в преступлении – совместность деятельности.[6]

Другими словами, данная ситуация должна разрешаться по правилам о неудавшемся соучастии,[7] т.к. «при таком положении вещей добровольный отказ фактически уничтожает все этапы развития преступной деятельности, имевшие место до него».[8]

Второй подход предполагает, что соучастники преступления несут в рассматриваемом случае уголовную ответственность за соучастие в приготовлении к преступлению или покушении на преступление в зависимости от того, на каком этапе добровольно прервал свою деятельность исполнитель преступления, т.е. данная ситуация разрешается по правилам о соучастии в неоконченном преступлении, не доведенного исполнителем до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

При анализе данных двух вариантов следует, прежде всего, отметить, что говорить об отсутствии признаков соучастия, исполнителя преступления, здесь все-таки нельзя: на определенной стадии соучастие имело место, несколько лиц объединяли свои усилия для подготовки к совершению преступления или даже для попытки его непосредственного совершения.

Другое дело, что впоследствии исполнитель выбыл из такого соучастия, что не свидетельствует о том, что соучастия не было. Кроме того, не очень логично будет вменять соучастникам приготовление к преступлению, если исполнитель отказался от преступления на стадии покушения на него.

Читайте также:  Когда возможен принудительный перевод со спецрежима на общий: разъяснение фнс

Сам по себе такой «поворот стадий» совершения преступления от покушения к приготовлению вызывает сомнения, т.к. не предусмотрен уголовным законом.

  Погашение судимости в уголовном праве России

Кроме того, получается, что пока исполнитель от преступления не отказался, остальным соучастникам грозит ответственность за покушение на преступление, а стоит исполнителю отказаться, как пределы ответственности соучастников преступления понижаются, т.к.

для приготовления к преступлению установлено более низкое ограничение максимума наказания (ч.2 ст.66 УК РФ), а то и вообще деяние фактически декриминализируется, т.к. уголовная ответственность наступает за приготовление только к тяжким и особо тяжким преступлениям (ч.2 ст.30 УК РФ).

Но ведь со стороны иных соучастников в рассматриваемом случае никакого позитивного в уголовно-правовом смысле поведения не последовало.

В этом смысле правильным представляется решение, содержащееся в упомянутом уже определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ № 5-о 04-215 по делу Макарова: суд, установив, что Макаров организовал убийство по найму, которое не было доведено до конца по независящим от воли Макарова обстоятельствам, поскольку нанятый им исполнитель сообщил о готовящемся преступлении потерпевшему и в правоохранительные органы (т.е. сделал ничто иное, как добровольно отказался от преступления), квалифицировал его действия по ч.1 ст.30, ч.3 ст.33, п. «з» ч.2 ст.105 УК РФ.

Следовательно, в случае добровольного отказа исполнителя от доведения преступления до конца остальные соучастники преступления несут уголовную ответственность за соучастие в приготовлении к преступлению или покушении на преступление (в зависимости от того, на какой стадии отказался от преступления исполнитель), т.е. по тем же правилам, что установлены в первом предложении ч.5 ст.34 УК РФ. Будет логично исключить из текста данного предложения слова «по не зависящим от него обстоятельствам».[9]

Источники, литература и примечания

  1. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 2004 года, утвержденный постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2005 года. – Определение № 5-о04-215 по делу Макарова // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2005 – № 7 – С.14.
  2. Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении. Учебник для вузов. Под ред. доктора юридических наук, профессора Н.Ф. Кузнецовой и кандидата юридических наук, доцента И.М. Тяжковой. – М.: ИКД «Зерцало-М», 2002. – С.412; Уголовное право. Общая часть. Учебник для вузов. Ответственные редакторы – доктор юридических наук, профессор И.Я. Козаченко и доктор юридических наук, профессор З.А. Незнамова. – М.: Издательская группа НОРМА–ИНФРА-М, 1998. – С.246.
  3. Ковалев М.И. Соучастие в преступлении: Монография. – Екатеринбург: Изд-во УрГЮА, 1999. – С.47 – 48.
  4. Справедливости ради, стоит отметить, на существование теоретического подхода, согласно которому выделить исполнителя преступления и другие виды соучастников на стадии приготовления к преступлению невозможно: поскольку объективная сторона состава преступления выполняться к этому моменту еще не начала, основной объективный критерий для разграничения ролей лиц, подготавливающих преступление, отсутствует (Ребане И.А. О соучастии на стадии предварительной преступной деятельности (вопросы квалификации) // О соучастии в преступлении: Сб. статей / Отв. ред. К. Нигола. – Тарту: ТГУ, 1985. – С.7 – 9). Таким критерием, видимо, может выступать только предполагаемая роль в совершении преступления в будущем, т.е. он носит субъективный характер.
  5. Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 3 апреля 2002 года № 115п02 по делу Поротикова // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2002 – № 10 – С.11; Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2002 года, утвержденный постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 4 декабря 2002 года. – Определение № 16-Д02-7 по делу Оболонского // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2003 – № 3 – С.10; Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2002 года № 580п02пр по делу Тропина // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 2003 – № 9 – С.8 – 9.
  6. Никонов В.А. Основы теории квалификации преступлений (алгоритмический подход): Учебное пособие. – Тюмень: Издательство Тюменского государственного университета, 2001. – С.156 – 157.
  7. Курс уголовного права. Общая часть. Том 1: Учение о преступлении… – С.449; Тарбагаев А.Н. Теоретические проблемы квалификации неудавшегося соучастия // Современные проблемы уголовного права и уголовного процесса: Материалы междунар. науч.-практ. конф. В 2 т. Т.1. – Красноярск: ИЦ КрасГУ, 2003. – С.99.
  8. Безбородов Д.А. К вопросу о неудавшемся подстрекательстве // Новое уголовное законодательство России: проблемы теории и практики / Сб. статей. Под общ. ред. проф. В.А. Никонова. – Тюмень: Тюменский юридический институт МВД России, 1999. – С.42.
  9. Савельев Д.В. Преступная группа: вопросы уголовно-правовой интерпретации и ответственности: Монография. – Екатеринбург: Изд-во УрГЮА, 2002. – С.74 – 75.

Источник: https://advokatsidorov.ru/kvalifikacija-prestuplenij-souchastii.html

Кладков А. Квалификация преступлений, совершенных в соучастии. // Законность, 1998, № 8

Кладков А.Законность, 1998.

А. Кладков, профессор кафедры уголовного права МГЮА.

Часть 1 ст. 34 УК РФ устанавливает, что ответственность соучастников преступления определяется характером и степенью фактического участия каждого из них в совершении преступления. Несомненно, что характер участия каждого соучастника в совершенном преступлении должен найти отражение и в квалификации содеянного им. Однако указания УК требуют уточнения.

Действия соисполнителей в соответствии с ч. 2 ст. 34 УК должны быть квалифицированы только по статье Особенной части без ссылки на ст. 33 УК, в которой дается определение каждого вида соучастника.

Рассмотрим вначале ситуацию, когда исполнителем преступления было одно лицо. Хотя в ч. 2 ст. 34 УК говорится о соисполнителях, но изложенное в ней требование относится и к единоличному исполнителю преступления.

Выполнение указанного в ч. 2 ст. 34 УК требования означает, что квалификация деяния исполнителя скроет тот факт, что преступление совершил он не один, а в соучастии (так называемом сложном соучастии, т.е.

с распределением ролей, когда помимо исполнителя есть хотя бы еще один преступник — организатор, подстрекатель или пособник либо все сразу).

Чтобы отразить в этом случае факт соучастия, надо бы предусмотреть в УК, что и действия исполнителя (при сложном соучастии) следует квалифицировать со ссылкой на ст. 33 УК и ту ее часть, в которой дается понятие исполнителя.

В той связи целесообразно изложить понятия исполнителя и понятие соисполнителя преступления в разных частях ст. 33 УК, указав, что под соисполнителем понимается лицо, выполнившее полностью или частично совместно с другим (другими) объективную сторону преступления.

Это необходимо сделать потому, что при наличии двух или более исполнителей (соисполнителей) преступления оно признается совершенным группой и при назначении наказания за него должны учитываться требования об обязательном усилении назначаемого наказания, изложенные в ч. 7 ст. 35 УК. При нынешней редакции ч. 2 ст.

34 УК на нее нельзя ссылаться при квалификации деяний исполнителя преступления, если он один, ибо в ней сказано о соисполнителях.

Деяния организатора, подстрекателя и пособника ч. 3 ст. 34 УК требует квалифицировать по статье Особенной части со ссылкой на ст. 33 УК, однако не обязывает указывать соответствующую часть этой статьи, в которой дается понятие вида соучастника.

Однако для отражения характера участия в совершенном преступлении необходимо указывать не только ст. 33 УК, но и ее часть.

А если соучастник выступал в нескольких качествах, например, подстрекателя и пособника, то ссылка должна делаться на обе части (в данном случае на ч. 4 и ч. 5 ст. 33 УК). Это, кстати, возможно и без внесения каких-либо изменений и дополнений в УК.

В противном случае (со ссылкой только на ст. 33 УК) квалификация будет скрывать роль и, соответственно, опасность соучастника.

В соответствии с ч. 1 ст. 35 УК преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя (а точнее, соисполнителя) преступления. Соответственно ст. 35 УК указывает четыре вида преступных групп.

Совершение же преступления при сложном соучастии, т.е. с распределением ролей, УК не относит к числу преступлений, совершенных группой. Такая позиция не безупречна, ибо и в таком случае преступление совершает не один человек — двое или более преступников объединяют свои усилия.

Когда преступление совершено группой соисполнителей, возникает вопрос: как квалифицировать действия каждого из них, если нормой Особенной части УК группа (или ее вид) не предусмотрена в качестве обязательного или квалифицирующего признака состава?

Исходя из требования, изложенного в ч. 2 ст. 34 УК, деяния каждого соисполнителя должны быть квалифицированы только по статье Особенной части УК. Если, например, группой лиц (причем независимо от степени ее соорганизованности) совершен вандализм (ст.

214 УК), то действия каждого преступника будут квалифицированы как действия исполнителя — одиночки. Ясно, что такая квалификация не отражает, а, наоборот, скрывает истинное положение вещей, маскирует роль каждого из соучастников.

Такая квалификация не соответствует требованию обязательного усиления наказания, предусмотренному ч. 7 ст. 35 УК.

Положение может быть исправлено дополнением ст. 35 УК о том, чтобы квалифицировать действия соисполнителя преступления в случаях, когда группа не указана в норме Особенной части УК как обязательный или квалифицирующий признак состава, по статье Особенной части с обязательной ссылкой на соответствующую часть ст. 35 УК в зависимости от того, членом какой группы был соисполнитель.

Новый УК не решил вопрос, как квалифицировать действия исполнителя преступления, если в группе только он один отвечал признакам субъекта преступления, а остальные члены такими признаками не обладали, например, были невменяемы или не достигли указанного в законе возраста. Известно, что только по трем видам преступлений — грабеж, разбой и изнасилование — даны разъяснения Пленума Верховного Суда РФ признавать их в подобных случаях совершенными группой, несмотря на то, что к уголовной ответственности привлекается только один человек.

А как быть с остальными преступлениями? Распространять указанные разъяснения Пленума Верховного Суда РФ на них тоже? Ответ на этот вопрос — по существу вопрос об основании (или отсутствии основания) применения даже санкции, предусматривающей смертную казнь. Если убийство, совершенное в подобных случаях, считать групповым, его надо квалифицировать по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК (санкция за убийство допускает смертную казнь), если нет, то по ч. 1 ст. 105 УК (максимальное наказание — лишение свободы до 15 лет).

Читайте также:  Представитель в административном процессе по кас рф

Этот вопрос должен решить сам УК. При положительном его решении, т.е. о признании преступления групповым, возникает другой сложный вопрос: с какого минимального возраста лицо может считаться членом группы, хотя и не являющимся субъектом преступления.

Нельзя же считать преступление групповым на том основании, что оно совершено вместе, например, с дошкольником. Ведь фактически дети выступают «в руках» преступника в качестве «орудия» совершения преступления.

Но нельзя отрицать и тот факт, что у группы, особенно когда ее члены лишь немного не «дотягивают» до установленного законом возраста, больше возможностей для совершения преступления, опасность его повышается.

Для поиска правильного законодательного решения вопроса необходимо обобщение судебной практики и предложений научных и практических работников.

В ч. 4 ст. 34 УК сказано, что лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части УК (специальным субъектом), участвовавшее в совершении преступления, предусмотренного этой статьей, несет уголовную ответственность за данное преступление в качестве его организатора, подстрекателя или пособника.

Это положение не вызывает трудностей, когда выполнение объективной стороны преступления невозможно не специальным субъектом, например, при дезертирстве (ст. 338 УК). Но в некоторых составах преступления со специальным субъектом есть такая возможность. Например, при изнасиловании (ст.

131 УК), специальным субъектом которого является мужчина. Объективная сторона этого состава состоит из полового сношения и физического насилия или угрозы его применения.

Ясно, что часть объективной стороны — применить насилие или угрожать его применением — может и женщина, не являющаяся специальным субъектом этого преступления. По предыдущему УК они признавались субъектами группового изнасилования.

Новый УК предложил считать их в подобных случаях пособниками изнасилования. Но пособник (женщина) и исполнитель (мужчина) не образуют группу, дающую основание в соответствии со ст. 35 УК для признания изнасилования групповым.

В связи с этим новый УК обладает обратной силой в отношении групповых изнасилований, совершенных до 1 января 1997 г., с участием женщин, когда они признавались соисполнителями. Однако применение обратной силы порождает ряд вопросов. И не только связанных со снижением наказания. Если изнасилование в силу отсутствия группы подлежит переквалификации по ч. 1 ст.

131, то для возбуждения уголовного дела требуется заявление потерпевшей. Но его сейчас по тем или иным причинам может быть и невозможно получить, тем более когда речь идет о распространении обратной силы на отбывающих или даже отбывших наказание.

Подлежит ли в таком случае дело прекращению за отсутствием жалобы потерпевшей, а отбывающий наказание освобождению от него?

В составе изнасилования в качестве квалифицирующего признака указана организованная группа (п. «б» ч. 2 ст. 131 УК). Члены организованной группы признаются соисполнителями преступления, хотя лично кто-то из них может и не выполнять объективную сторону преступления. Членом такой организованной группы может быть и женщина и в этом качестве признаваться соисполнителем изнасилования.

Представляется, что ч. 4 ст. 34 УК целесообразно было бы продолжить, указав после слова «пособника»: «за исключением случаев, когда не специальный субъект является членом организованной группы или в составе иной группы выполняет хотя бы частично объективную сторону преступления и, следовательно, является соисполнителем».

Источник: https://juristlib.ru/book_817.html

Совершенствование практики квалификации преступлений совершенных в соучастии

Самостоятельную и малоизученную проблему правоприменительной практики при реализации положений института соучастия образует конкуренция норм общей и особенной частей. Как справедливо указывает Л.В. Иногамова-Хегай, данный вид конкуренции имеет место при сочетании норм о неоконченном преступлении и норм о соучастии.

[16] «Нормы о приготовительных действиях, описанные в ст. ст. 208, 209, 210 УК, представляют собой частные случаи нормы о приготовлении, указанном в ч. 1 ст. 30 УК, т.е. являются специальными по отношению к общей», — пишет автор.

И далее: «Действия, реально образующие покушение в случаях, предусмотренных Особенной частью уголовного закона, представляют собой оконченные самостоятельные преступления с усеченным составом. Нормы об этих преступлениях, конкретизирующие норму о покушении, предусмотренную как в общей ч. 3 ст. 30 УК, являются специальными.

При квалификации указывается только норма Особенной части УК». Следует также согласиться с суждением автора относительно разрешения конкуренции норм о соучастии: «Конкуренция норм о соучастии возникает, когда в преступлении описаны признаки, в общем виде указанные в ст. 33 либо ст. 35 УК.

Конкуренция действий исполнителя/соисполнителя, указанных в ч. 2 ст. 33 и статьях Особенной части УК, решена в самом уголовном законе. Коллизионное правило ч. 2 ст. 34 УК РФ устанавливает, что соисполнители отвечают по статье Особенной части без ссылки на ст. 33 УК.

В статье Особенной части УК, подробно описывающей конкретные действия исполнителя/соисполнителя, закрепляется норма специальная, а в ч. 2 ст. 33 Общей части УК, в обобщенном виде указывающей на любые действия исполнителя, предусматривается норма общая».

Как известно, в случае конкуренции общей и специальной норм правила квалификации преступлений предполагают приоритетность более специальной нормы. Именно этим правилом и следует руководствоваться правоприменителю при реализации норм Общей и Особенной части Уголовного кодекса, касающихся правовой оценки соучастия и его сложных форм.[4]

В ряде случаев в процессе квалификации преступлений, совершенных в соучастии, правоприменителю необходимо решить вопрос о разграничении подстрекательства как вида соучастия от преступлений, объективная сторона которых в диспозиции сформулирована фактически как действия соучастника. Классическим образцом является диспозиция ч. 3 ст.

212 УК РФ, в которой речь идет о призывах к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно призывах к насилию над гражданами. В данном случае следует указать на максимальное смысловое сходство призывов и вовлечения, склонения, подстрекательства.

В данном случае речь вновь пойдет о конкуренции общей нормы (ч. 4 ст. 33 УК) и нормы специальной (ч. 3 ст. 212 УК), где также должно применяться правило квалификации о приоритете более специальной нормы.

Кроме того, мы согласны с представленным в литературе суждением о том, что при совершении преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору либо организованной группой квалифицировать фактически содеянное следует по соответствующим статьям Особенной части УК, предусматривающим в качестве квалифицирующего признака форму соучастия, без ссылки на ст. 35 УК РФ.[16] Такое правило квалификации в целом воспринято судебной практикой, о чем свидетельствует проведенный нами анализ уголовных дел, рассмотренных судами Республики Адыгея в 1998 — 2005 гг.

Квалификация преступлений по делам, направляемым в суд с вменением такого квалифицирующего признака, как совершение преступления организованной группой, как правило, получает существенную корректировку при вынесении приговора. Зачастую данный квалифицирующий признак вообще исключается судом из обвинения.

Это происходит из-за неясности границ предмета доказывания при вменении данного признака, а именно: практически невозможно определить однозначно параметры устойчивости группы.

Действующее законодательство дает чрезвычайно расплывчатое понятие организованных преступных проявлений и не считает необходимым раскрыть хотя бы основные их характеристики.[48] Перед правоприменительной практикой стоит задача поиска формализованного критерия для толкования показателя устойчивости группы.

Он должен быть четким и недвусмысленным, чтобы позволять точно разграничивать организованную группу с группой лиц, совершающих преступление по предварительному сговору.

Развитие и видоизменение той или иной формы соучастия в процессе ее существования и функционирования, на наш взгляд, представляет самостоятельную проблему квалификации сложных форм соучастия.

Не вызывает сомнения и это подтверждается практическими наблюдениями, что характеристики преступной группы, деятельность которой по какой-либо причине не была своевременно пресечена, постепенно усложняются, т.е. от менее сложных форм соучастия группа «восходит» к более сложным формам.

При этом совершенно не исключено, что группа приобретает некоторые черты организованной, но, возможно, не в полном объеме, т.е. не в том объеме, как это предусмотрено действующим уголовным законодательством. В.М.

Быков предлагает в данном случае следующее квалификационное решение: «Следует прежде всего принять во внимание признаки организованной группы обязательные, указанные в законе, а затем уже и другие, факультативные, из указанных нами выше.

Если даже некоторые из признаков организованной преступной группы не будут установлены, то это еще не означает, что такую группу нельзя признать организованной. Например, в отдельных группах может отсутствовать общий денежный фонд, или преступные доходы делятся в равных долях, как это имеет место в простой группе лиц, и это не является препятствием для признания группы организованной».

[9] Данная точка зрения представляется нам ошибочной. Нет никакого смысла оценивать в конкретной группе наличие или отсутствие факультативных признаков организованной группы, если отсутствует хотя бы один основной. Как мы уже неоднократно подчеркивали, законодатель закрепляет данные основные признаки в ч. 3 ст.

35 УК РФ, относя к ним количественный показатель группы, ее устойчивость и наличие специальной цели объединения — совершения одного или нескольких преступлений. Полагаем, что при трансформации соучастия по предварительному сговору группой лиц в организованную группу, усложнение уголовно-правовых признаков связано, прежде всего, с критерием устойчивости.

Если группа его не приобрела, если критерий устойчивости не представлен вполне явно и определенно, то нельзя говорить о том, что такую группу следует признавать организованной. Это же относится и к трансформированию организованных групп в преступное сообщество. До тех пор пока преступное объединение не приобретет отчетливо и явно всех тех признаков, посредством которых уголовный законодатель характеризует именно преступное объединение (ч. 4 ст. 35 УК), вменение соответствующего преступления невозможно. В противном случае будет грубо нарушен принцип законности, закрепленный в ст. 3 Уголовного кодекса Российской Федерации: «Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом».[21]

В науке имеются точки зрения, что групповую преступность следует объяснять с позиций социологии. Если к групповой преступности подходить только с этой стороны, то утрачивается представление о ее общественной опасности.

Криминология — юридическая наука, поэтому, характеризуя групповую преступность, следует, как я уже отметил, обосновывать выводы отдельными положениями уголовного права. Социология нужна для более глубокого познания групповых характеристик.

О соучастии в преступлении говорится в ст. ст. 32, 33, 34, 35 Уголовного кодекса Российской Федерации. В отдельных статьях Особенной части уголовно-правового закона «группа лиц» является квалифицирующим признаком, например п. «ж» ч. 2 ст.

105 УК РФ говорит о совершении убийства группой лиц по предварительному сговору как об отягчающем признаке при назначении наказания. На подобное указывается в ч. 2 ст. 159 УК РФ, где говорится о мошенничестве, совершенном группой лиц по предварительному сговору, а в ч.

4 этой же статьи отмечен более отягощающий признак — мошенничество, совершенное организованной группой.

Читайте также:  Кассационная жалоба в арбитражный суд - образец

По уголовному праву группой лиц признаются два или более человека, объединенных преступным умыслом при совершении преступления.

По социологии группой лиц признается общность людей, объединенных либо умыслом, либо совместными действиями. За базовое число берется три человека.

Под групповой преступностью понимается совокупность преступлений, совершенных преступными группами, существующими или существовавшими в конкретном времени и на определенной территории.

В теории и практике возникновения, развития и существования групп они объединяются по видам преступлений, по характеристикам личности (несовершеннолетние, рецидивисты, женщины и т.п.), по месту работы, по месту жительства, по признаку землячества, по интересам — алкоголики, наркоманы, проститутки, гомосексуалисты, фанаты искусства, спорта, музыки и тому подобное.

Преступные группы различаются объединением без предварительного сговора (спонтанные или стихийные) и с предварительным сговором.

Вторая форма объединения является более опасной, так как действия объединяются заранее, и такая группа может совершить достаточно сложные для раскрытия преступления, в том числе и тяжкие, многоэпизодные, изощренные преступления, и может быстрее перерасти в организованную преступную группу.

Преступные группы могут объединиться спонтанно в местах концентрации тех или иных лиц, которые имеют криминальную установку, например в пивных барах, около вокзалов, стадионов, винных торговых точек, казино, игорных домов, банков и иных местах.

Нередко лица, объединяемые в группы, предварительно знакомятся, проверяя друг друга, а затем возникает преступный умысел. После совершения преступления группа может продолжать преступную деятельность, но может и самораспуститься.

При наличии устойчивости преступных намерений, общих взглядов, в какой-то мере длительного делинквентного образа жизни преступная группа может перерасти в организованную преступную группу или преступную группировку, то есть усложненную групповую криминальную общность.

Вместе с тем следует отметить, что только при повышении криминального профессионализма членов группы она может преобразоваться в организованную преступную группу и даже в преступную организацию.

Наряду с этим организованная преступность возникает при усложнении криминально-криминогенных отношений групп без предварительного сговора с группами с предварительным сговором, то есть в наиболее опасные формы соучастия.

Например, при возникновении и разрешении противоречий из-за контроля над территорией, где находятся объекты отдыха (бары, рестораны, кинотеатры, дискоклубы, танцплощадки, спортивные сооружения и т.п.).

В этой связи не совсем понятна точка зрения законодателя, который ставит знак равенства в Уголовном кодексе России в некоторых диспозициях статей между преступной группой, преступной группой по предварительному сговору и организованной преступной группой.[30].

Ведь никто не будет отрицать, что организованная преступная группа более организованна, имеет усложненно-конспиративный внутренний характер связи, чем преступная группа по предварительному сговору, то есть представляет высокую общественную опасность. Последняя, в свою очередь, также опасна, чем просто преступная группа, потому что она имеет предварительный сговор, который позволяет квалифицированно, нелегально совершить преступление и своевременно скрывать следы преступления.

Преступная организация представляет собой симбиоз (объединение) организованных преступных групп, коммерческих организаций, учреждений, предприятий с стоящим над ними руководящим криминальным звеном, объединенных целью получения криминальных и иных сверхдоходов и супердоходов. Она представляет собой усложненно-организационный уровень.

Преступное сообщество — это криминальное объединение организаторов и руководителей преступных организаций и организованных преступных групп, а также лидеров преступной среды, создаваемое для координации и упорядочения широкомасштабной преступной деятельности, решения межрегиональных и межгосударственных криминальных вопросов.

Преступное сообщество представляет собой организационно-идеологическо-третейский организационно-усложненный уровень. В Уголовном кодексе России ст. ст. 35 и 210 рассматривается несколько иная классификация.

Она построена таким образом, что крайне трудно на практике создать доказательственную базу против организаторов и руководителей преступных организаций и сообществ, например коррумпированности с государственным аппаратом.

Думается, что одной из уголовно-правовых мер решения данной проблемы явилось бы введение в ч. 1 ст. 33 «Виды соучастников» в Общей части УК РФ термина «корпоративный соучастник», где раскрыть его понятие и активно применять в следственно-судебной практике по делам об организованной преступности.

Это облегчило бы значительным образом доказывание на следствии и суде соучастия в сообществе (преступной организации), предусмотренных ч. ч. 1 и 2 ст. 210 УК РФ, или в организованной преступной группе, предусмотренной диспозициями других статей УК РФ.

Термин «корпоративный соучастник» выводится из понятия «корпорация», под которой понимается объединение, союз, общество; совокупность лиц, объединившихся для достижения какой-либо цели; является юридическим лицом, — совершения тяжкого или особо тяжкого преступления криминальной корпорацией, как-то: преступной организацией либо преступным сообществом.

[7] Преступная организация и преступное сообщество юридическим лицом не являются, юридическим лицом они делают свои гласные официальные структуры, например общество с ограниченной ответственностью, закрытое общество акционерного типа и т.п.

Так кто же такой «корпоративный соучастник»? Это, по нашему мнению, должностное лицо, принужденное к преступным действиям либо руководителями государственного или негосударственного предприятия, учреждения (юридического лица) или организации, либо просто сослуживцами, являющимися не только организаторами или руководителями, но и активными участниками преступной организации или преступного сообщества. Почему мы назвали «корпоративным соучастником» должностное лицо — это экстраполировано из понятия «корпорация», данного в Большой советской энциклопедии, которое называет корпорацию юридическим лицом. Статья 48 ГК РФ, п. 2 ч. 3, юридическим лицом в первую очередь называет государственное предприятие. Наряду с этим примечание N 1 к ст. 285 УК РФ называет должностными лицами осуществляющих постоянно, временно или по специальному полномочию функции представителя власти либо выполняющих организационно-распорядительные функции, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах РФ, других войсках и воинских формированиях РФ. Исходя из последнего, имеется более широкий круг лиц, которые в криминально-криминогенных ситуациях могут стать «корпоративными соучастниками».

Признание следователем или судом подсудимого по делам об организованной преступности «корпоративным соучастником», даже без его согласия, должно влечь за собой более мягкое наказание либо освобождение от него.

Это будет более справедливым решением о наказании, нежели это делается сейчас, когда все участники «стригутся под одну гребенку», и будет вносить определенные противоречия в отношения между членами организованных преступных общностей.

В дальнейшем, даже во время отбытия наказания или находясь на свободе, при освобождении от наказания, а не только на следствии и в суде, такой соучастник может дать правдивые показания о деятельности организаторов и руководителей, что поможет изобличить их в различных преступлениях.

Это также отрицательно повлияет на устойчивость преступной организации или сообщества и активизирует борьбу не только с организованной преступностью, но и наиболее опасной ее частью, преступными сообществами, а также явится существенным подспорьем для профилактики коррумпированности государственного аппарата, от его закабаления организованной преступностью.

Источник: https://studwood.ru/1523569/pravo/sovershenstvovanie_praktiki_kvalifikatsii_prestupleniy_sovershennyh_souchastii

Квалификация преступлений, совершенных в соучастии

А) Общие правила квалификации деяний соучастников

Квалификация деятельности исполнителя (соисполнителей) состоит во вменении ему лишь соответствующей нормы Особенной части УК РФ без ссылки на ст.33 УК РФ (ч.2 ст.34 УК РФ). Остальные же соучастники несут ответственность по той же статье Особенной части УК РФ со ссылкой на соответствующую часть ст.33 УК РФ (БВС. 2000, № 7, с.13): организатор – на ч.3 ст.

33, подстрекатель – на ч.4 ст.33, пособник – на ч.5 ст.33. Если же организатор, подстрекатель или пособник наряду с указанными действиями непосредственно поучаствовали в совершении преступления, то они несут ответственность по норме Особенной части УК РФ без ссылки на ст.

33 УК РФ, однако их роль как организатора преступления должна быть отмечена в приговоре суда и с учетом нее назначается наказание.

В ряде случаев организаторская или подстрекательская деятельность выделена как особые виды составов преступлений (как правило, усеченных): организация незаконного вооруженного формирования (ч.1 ст.208 УК РФ); создание или руководство бандой (ч.1 ст.209 УК РФ); организация преступного сообщества (ч.1 ст.

210 УК РФ); организация массовых беспорядков (ч.1 ст.212 УК РФ); организация либо содержание притонов для потребления наркотических средств (ст.232 УК РФ), длят занятия проституцией (ст.241 УК РФ); организация объединения, посягающего на личность и права граждан (ч.1 ст.239 УК РФ); организация вооруженного мятежа (ч.1 ст.

279 УК РФ); планирование, подготовка агрессивной войны (ст.353 УК РФ), вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления (ст.150 УК РФ); при этом содеянное квалифицируется по совокупности ст.150 УК РФ и нормы, предусматривающей ответственность за преступление, в которое вовлекается несовершеннолетний (в зависимости от вида соучастника – п.

9 ППВС РФ от 14.02.2000 № 7), принуждение к даче показаний (ст.ст.302, 309 УК РФ); такое преступление признается оконченным независимо от того, выполнит ли принуждаемый требуемые от него действия; содеянное квалифицируется только по указанной норме (дополнительной квалификации как подстрекательства по ст.ст.307 или 308 УК РФ не требуется).

Сходны с подстрекательством и ряд составов преступлений, предусматривающих ответственность за призывы, адресованные неопределенному кругу лиц (ст.ст.212 (ч.3), 239 (ч.2), 280, 282, 354 УК РФ).

Если подстрекательство к преступлению осуществляется должностным лицом путем отдачи заведомо незаконного приказа, есть основания для квалификации содеянного по совокупности со ст.286 УК РФ “Превышение должностных полномочий”.

Совершение преступления группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой нередко указывается в Особенной части УК РФ как квалифицирующее обстоятельство.

В этом случае деяния всех участников такой группы производится по данному признаку.

Но если для соисполнителей преступления ссылка на нормы Общей части УК РФ не делается, то для других соучастников – данный признак вменяется со ссылкой на соответствующую часть ст.33 УК РФ.

Если в статье Особенной части УК РФ установлены дополнительные признаки субъекта преступления (специальный субъект), исполнителем такого преступления может быть признан только лицо, отвечающее признакам такого субъекта.

Другие лица несут ответственность по данной норме со ссылками на соответствующие части ст.33 УК РФ как организаторы, подстрекатели или пособники.

Содеянное может квалифицироваться как совершенное группой лиц лишь при условии, что в преступлении участвовали два или более лица, отвечающих признакам субъекта преступления (п.13 ППВС РФ от 10.02.2000 № 6).

Б) Особенности квалификации преступлений, совершенных в составе организованной группы

В целом ряде составов умышленных преступлений данные виды соучастия признаются квалифицирующими или особо квалифицирующими признаками. Совершение преступления в составе преступного сообщества не называется квалифицирующим признаком в Особенной части УК РФ, т.е.

в таких случаях квалификация производится по признаку организованной группы.

Не совсем понятно, можно ли производить квалификацию преступления, совершенного организованной группой, в нормах, не предусматривающих такого квалифицирующего признака, по признаку совершения преступления в составе группы лиц или группы лиц по предварительному сговору (п.“а” ч.2 ст.194 и п.“а” ч.2 ст.199 УК РФ).

Источник: https://students-library.com/library/read/20700-kvalifikacia-prestuplenij-soversennyh-v-soucastii

Ссылка на основную публикацию