Взыскание абстрактных убытков, причиненных досрочным прекращением договора: решение вс рф

Индивидуальный предприниматель (арендодатель) сдал в аренду нежилые помещения ООО (арендатор). Арендатор неоднократно задерживал арендную плату.

В связи с этим арендодатель направил арендатору извещение о досрочном одностороннем расторжении договора аренды (по условиям договора арендодатель был наделен таким правом при нарушении арендатором сроков уплаты арендных платежей более 2 раз).

ИП после расторжения договора взыскал с общества в арбитражном суде задолженность по арендной плате и коммунальным платежам, а также пени.

Далее ИП заключил договор аренды тех же нежилых помещений с другим обществом (ООО). При этом арендная плата по второму договору была ниже арендной платы, установленной предыдущим договором аренды.

Затем ИП обратился в арбитражный суд с иском к первому арендатору о взыскании убытков в виде разницы между ценой арендной платы по договору с ответчиком и ценой по договору с новым арендатором (ч. 1 ст. 393.1 ГК РФ).

В качестве основания возникновения убытков истец указал досрочное одностороннее расторжение им договора аренды ввиду нарушения арендатором обязательств по своевременному внесению арендной платы.

Суд первой инстанции, апелляционной инстанции и суд округа, рассмотревший дело по кассации, отказали истцу в его требовании. По кассации дело было рассмотрено судебной коллегией по экономическим спорам Верховного суда РФ. ВС РФ указал (определение от 04.10.2018 № 309-ЭС18-8924), что норма ч.

 1 ст. 393.1 ГК РФ содержит специальное основание для взыскания убытков. Закон предоставляет кредитору в обстоятельствах, предусмотренных ст. 393.1 ГК РФ, право взыскания абстрактных убытков, исчисляемых в виде разницы между ценой, установленной в расторгнутом договоре, и ценой замещающей сделки.

Для справки.

Если неисполнение (ненадлежащее исполнение) должником договора привело к его досрочному прекращению, а кредитор заключил взамен него аналогичный договор, кредитор вправе требовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары (работы, услуги), установленной в заменяющем договоре (ч. 1 ст. 393.1 ГК РФ).

Кроме того, ВС РФ указал, что в заседании суда была исследована в качестве доказательства аналитическая справка состояния рынка недвижимости, из которой видно, что в год расторжения договора аренды произошла переориентация рынка недвижимости, в связи с чем цены и ставки аренды значительно снизились.

При этом согласно разъяснениям, данным в п. 11 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение (ненадлежащее исполнение) договора которой повлекло его досрочное прекращение.

ВС РФ отменил решения нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

О правовых вопросах, связанных с доказательством упущенной выгоды (в том числе по ст. 391 и 391.1 ГК РФ), рассказывает наша статья «Как доказать упущенную выгоду в суде?».

Источник: https://rusjurist.ru/grazhdanskopravovaya_otvetstvennost/ubytki/vzyskanie_abstraktnyh_ubytkov_prichinennyh_dosrochnym_prekraweniem_dogovora_reshenie_vs_rf/

Вс рф разъяснил, как правильно применять положения ст. 393.1 гк рф о возмещении убытков, причиненных досрочным прекращением договора

Арендодатель досрочно в одностороннем порядке (путем направления соответствующего уведомления) расторг договор аренды нежилых помещений, поскольку арендатор неоднократно нарушал сроки внесения арендных платежей. Задолженность по арендной плате и коммунальным платежам, а также пени были взысканы с арендатора через суд (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 4 октября 2018 г. № 309-ЭС18-8924).

Впоследствии арендодатель заключил договор аренды тех же нежилых помещений с другим арендатором. Однако условия этого нового договора были менее выгодны для арендодателя: размер арендной платы по нему был ниже, чем по договору с первоначальным арендатором.

В связи с этим, по мнению арендодателя, на его стороне возникли убытки в виде разницы между размерами арендной платы по прекращенному и по вновь заключенному договорам. Поэтому арендодатель, руководствуясь ст. 393.

1 Гражданского кодекса, обратился в суд с требованием взыскать с первоначального арендатора указанные убытки.

При этом он ссылался на то, что основанием к их возникновению послужило досрочное одностороннее расторжение им договора аренды ввиду нарушения арендатором обязательств по своевременному внесению арендных платежей.

Однако суды трех инстанций пришли к выводу, что убытки возникли по вине самого арендодателя.

Они сочли, что арендодателем добровольно были включены в договор наименее выгодные для него условия относительно размера арендной платы.

К тому же в период заключения замещающего договора произошла переориентация рынка недвижимости, в связи с чем цены и ставки аренды значительно снизились. Однако, по мнению судов, первоначальный арендатор не может нести риск снижения арендной платы на рынке недвижимости.

Кроме того, суды отметили, что несмотря на отсутствие прямого указания в тексте закона, возможность требования возмещения убытков в виде разницы цен по ст. 393.1 ГК РФ возникает лишь при отрицательной разнице: когда цена заменяющего договора выше цены расторгнутого.

ВС РФ с такой позицией категорически не согласился. Он указал следующее.

Особенности взыскания убытков, вызванных ненадлежащим исполнением должником договора, повлекшее его прекращение по инициативе кредитора, урегулированы ст. 393.1 ГК РФ. Цель указанной нормы – восстановить имущественные интересы кредитора так, как если бы обязательство было исполнено должником надлежащим образом.

В рассматриваемой ситуации наличие оснований для расторжения договора аренды (систематическая просрочка внесения арендной платы) судами не было поставлено под сомнение и обратное не следует из материалов дела.

Для того, чтобы минимизировать последствия досрочного расторжения договора с первоначальным арендатором, арендодателю пришлось предпринять срочные меры для заключения нового договора на аренду освобожденных помещений. При этом у него возникли убытки в виде разницы между арендной платой по расторгнутому и замещающему договорам.

В этом случае арендодатель вправе взыскать абстрактные убытки по правилам ст. 393.1 ГК РФ.

вывод судов о том, что первоначальный арендатор не несет риск снижения арендной платы на рынке недвижимости вследствие ухудшившейся экономической ситуации, ВС РФ счел неверным. Он пояснил, что риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение.

Не согласился ВС РФ и с суждением судов о возможности требования возмещения убытков в виде разницы цен только лишь при отрицательной разнице, то есть когда цена заменяющего договора выше цены расторгнутого.

Он отметил, что данный вывод не основан на законе.

Более того, если бы по замещающим сделкам цена аренды была выше, чем по первоначальному договору, у арендодателя не имелось бы оснований обращаться с иском по настоящему делу.

Также ВС РФ отметил, что и само по себе обращение должника к кредитору с предложением изменить условие договора о цене не может являться обстоятельством, исключающим его ответственность по ст. 393.1 ГК РФ, поскольку в отсутствие акцепта такое предложение не влечет правовых последствий.

Несостоятельным счел ВС РФ и вывод судов о том, что истец добровольно заключил замещающую сделку по цене ниже, чем по расторгнутом договору.

ВС РФ отметил, что, суды не приняли во внимание содержание имеющейся в материалах дела аналитической справки о причинах снижения арендной платы (содержащей анализ ситуации на рынке недвижимости).

В то же время приведенные в ней данные были учтены судами при обосновании отсутствия вины ответчика в снижении арендной платы. При этом суды не устанавливали, что цена по замещающим сделкам является ниже рыночной или неразумной по каким-то основаниям.

А представленные истцом заключения экспертных организаций об изменении цены аренды на рынке недвижимости не были приняты во внимание.

Сам же должник не воспользовался правом представить доказательства недобросовестности и неразумности поведения истца, содействия увеличению убытков, заключения договора по необоснованно низкой цене.

Кроме того, нижестоящие суды при рассмотрении дела обратили внимание на различные сроки действия первоначального и замещающих договоров, передачу по замещающим сделкам в аренду помещений в ином техническом состоянии, чем по первоначальному договору.

Между тем, как отметил ВС РФ, эти обстоятельства не опровергают, что заключенные с новым арендатором сделки являются замещающими, поскольку закон не содержит необходимый критерий об идентичности всех их условий.

Эти обстоятельства подлежали учету при исследовании формирования и соразмерности цены в этих договорах, определения размера убытков, подлежащих взысканию.

В итоге ВС РФ отменил все ранее принятые судебные акты и направил дело на новое рассмотрение.

Источник: garant.ru

Источник: https://uristi.ru/article/vs-rf-raziasnil-kak-pravilno-primeniat-polojeniia-st-393-1-gk-rf-o-vozmeshenii-ybytkov-prichinennyh-dosrochnym-prekrasheniem-dogovora/

Суды трех инстанций не в состоянии верно применить положения ст. 393.1 ГК РФ, или Как ВС исправляет простые ошибки нижестоящих судов

Кредитор расторгает договор, поскольку должник ненадлежащим образом исполняет его условия, затем заключает замещающую сделку, условия которой ущемляют имущественный интерес кредитора (возникли убытки в виде разницы цен между прекращенным и новым договором).

Кредитор, зная о положениях ст. 393.1 ГК РФ, обращается в суд с требованием взыскать убытки. Суды считают, что убытки возникли по вине рынка и самого кредитора, а должник не должен за это платить.

Верховный Суд не согласен с такой позицией.

Фактическая сторона дела

ИП (Арендодатель) и Компания (Арендатор) заключили договор аренды нежилых помещений, арендная плата согласована сторонами договора в размере 170 000 рублей в месяц, с возможностью Арендодателя ежемесячно корректировать в одностороннем порядке размер арендной платы с учетом уровня инфляции равной 0,75% в месяц от размера арендной платы. Срок действия договора пять лет.

  • Арендатор ненадлежащим образом исполняет взятые на себя обязательства, в частности, неоднократно допускает просрочку оплаты арендных платежей, которую Арендодатель взыскивает в судебном порядке.
  • Условия договора аренды предусматривают право Арендодателя в одностороннем порядке расторгнуть договор аренды путем направления уведомления в письменной форме, в случае нарушения более двух раз сроков платежей, предусмотренных договором, в течение срока аренды.
  • Поскольку Арендатор неоднократно нарушал условия договора о своевременном внесении арендной платы, Арендодатель, воспользовавшись правом, предоставленным ему договором аренды, направляет Арендатору уведомление об одностороннем расторжении договора.
  • Впоследствии ИП заключает договор аренды тех же нежилых помещений с Обществом, срок действия договора один год, арендная плата согласована сторонами в размере 160 000 рублей в месяц, предусматривающий право Арендодателя один раз в шесть месяцев производить корректировку размера арендной платы в одностороннем порядке с учетом уровня инфляции, но не более 10% от размера арендной платы.

Соответственно, Арендодатель после расторжения договора аренды с Компанией заключил аналогичный договор с Обществом, в котором размер арендной платы ниже. Возникли убытки на стороне Арендодателя в виде разницы между размерами арендной платы по прекращенному и по замещающему договорам.

Арендодатель обращается в суд с требованием взыскать с Компании указанные убытки на основании положений ст. 393.1 Гражданского кодекса РФ.

Решение судов нижестоящих инстанций

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляции, в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд округа оставляет судебные акты без изменений. Суды мотивировали свои решения следующим.

Суды, основываясь на положениях ст.

15 и 393 ГК РФ, сделали вывод, что для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности в форме возмещения убытков истцу необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

Вместе с тем, в материалы дела представлена аналитическая справка, из содержания которой следует, что в период прекращения договорных отношений с ответчиком и заключения нового договора аренды с иным арендатором в России происходило стремительное снижение макроэкономических показателей, что привело к значительному снижению цен и ставок на арендуемые площади.

Основываясь на совокупности указанных обстоятельств, суд делает вывод, что изменение размера арендной  платы, которая установлена в замещающем договоре, не является следствием  противоправных действий ответчика. Цены на арендуемые помещения снизились вследствие плохой экономической ситуации, утверждает суд, поэтому вины ответчика в том, что истец заключил новый договор на условиях хуже прекращенного, нет.

  1. Более того, суд указывает, что заключение замещающего договора на менее выгодных условиях это предпринимательский риск истца, который, в силу свободы договора, добровольно согласовал именно такой размер арендной платы в замещающем договоре.
  2. «Само по себе установление в договоре аренды стоимости арендной платы в заниженном размере в отсутствие иных доказательств, свидетельствующих о наличии вины именно ответчика в возникших у истца убытков, не является достаточным основанием для взыскания с ответчика заявленных истцом убытков» – утверждает суд первой инстанции.
  3. Существенное нарушение норм материального права судами

Уже при первом приближении видно грубое нарушение норм материального права, в первую очередь положений ст. 393.1 ГК РФ, судами, а также неверное распределение бремени доказывания.

Статья 393.1 ГК РФ устанавливает специальное основание для взыскания убытков. Истец, который обратился в суд с требованием о взыскании убытков на основании положений указанной статьи, обязан доказать:

  • наличие договорных отношений между ним и ответчиком;
  • неисполнение или ненадлежащее исполнений условий договора ответчиком явилось поводом для прекращения указанных договорных отношений;
  • истец заключил взамен прекращенного аналогичный договор, условия которого ущемляют его имущественный интерес;
  • прекращенный и замещающий договоры заключены на аналогичных условиях, при этом законодатель не установил четкие критерии аналогичности, предполагается, что договоры относятся к одному виду и обладают схожими существенными условиями.
Читайте также:  Обзор практики процессуальных нарушений арбитражных судов при возвращении апелляционных жалоб

При этом, добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ).

Таким образом, истцу достаточно доказать, указанные обстоятельства, и его требования должны быть удовлетворены судом. Истец не обязан доказывать вину ответчика, а также причинно-следственную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением прекращенного договора и заключением замещающего договора на невыгодных для истца условиях.

Установленные ст. 393.

1 ГК РФ возможность кредитора взыскать убытки с должника и  низкие требования к доказыванию, компенсируются тем, что должник вправе представить доказательства того, что кредитор действовал недобросовестно и/или неразумно и, заключая замещающую сделку, умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (п. 1 ст. 404 ГК РФ).

Позиция Верховного Суда

ИП, не согласившись с решениями нижестоящих судов, обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд.

Тройка судей (Борисова Е.Е., Попова Г.Г., Чучунова Н.С.) Экономколлегии приняла правильное, прекрасно обоснованное решение. ВС отменил судебные акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение, указав следующее.

  • При рассмотрении дела суды установили, и это не отрицалось ответчиком, что им неоднократно допускалась просрочка внесения арендной платы, в связи с чем, истец неоднократно обращался за судебной защитой с исками о взыскании задолженности.
  • Наличие систематической просрочки внесения арендной платы явилось основанием для расторжения договора аренды в одностороннем порядке по инициативе Арендодателя на основании условий договора путем направления соответствующего уведомления.
  • Наличие оснований для расторжения договора аренды судами не было поставлено под сомнение и обратное не следует из материалов дела.

Экономколлегия не согласилась с выводом суда о том, что ответчик не несет риск снижения арендной платы на рынке недвижимости ввиду ухудшившейся экономической ситуации. ВС со ссылкой на п. 22 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.

2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»  указал, что риски изменения цен на сопоставимые товары, работы и услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение.

Кроме того, Экономколлегия также указала на несостоятельность следующего вывода судов: заключение истцом замещающей сделки по цене ниже, чем по договору с ответчиком, сделано исходя из собственного волеизъявления и в отсутствие представления им доказательств о невозможности заключения по цене, соответствующей размеру арендной платы, установленной для ответчика. Однако, в материалах дела имеется аналитическая справка о состоянии макроэкономической ситуации, которую суды учли при обосновании отсутствия вины ответчика в снижении размера арендной платы.

Вместе с тем, указанная справка подтверждает, что размер арендной платы по замещающей сделке соответствует рынку, следовательно, доказывает, что у истца не было возможности заключить договор по цене, соответствующей размеру арендной платы, установленной для ответчика.

Таким образом, очень жаль, что суды трех инстанций не смогли верно применить положения ст. 393.1 ГК РФ, которые, на мой взгляд, с точки зрения правоприменения довольно просты, а также крайне прискорбно, что ошибки, которые должны разрешаться на уровне апелляции, должен исправлять Верховный Суд. 

Источник: https://zakon.ru/Blogs/sudy_treh_instancij_ne_v_sostoyanii_verno_primenit_polozheniya_st_3931_gk_rf_ili_kak_vs_ispravlyaet_/75594

Вс пояснил, когда бывший арендатор возмещает убытки арендодателя из-за досрочного расторжения договора

Верховный Суд РФ вынес Определение № 309-ЭС18-8924 по делу № А50-14983/2017, указав, что если договор аренды расторгнут досрочно из-за неисполнения договорных обязательств арендатором, то с последнего взыскиваются убытки арендодателя, понесенные при заключении с новым арендатором договора на менее выгодных условиях.

В 2013 г. индивидуальный предприниматель Александр Глевич сдал в аренду нежилые помещения в Перми ООО «Научно-производственная компания “Медснаб”» на пять лет до июня 2018 г.

Арендная плата по договору составляла 170 тыс. руб. в месяц без НДС.

При этом арендодатель имел одностороннее право ежемесячно корректировать размер арендной платы с учетом уровня инфляции, равного 0,75% от ее размера по договору.

Договор также предусматривал возможность арендодателя досрочно расторгнуть его в одностороннем внесудебном порядке в случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения арендатором в установленный срок его письменных требований или же  нарушения сроков оплаты аренды более двух раз. Стороны также согласовали условие о том, что договор считается расторгнутым в одностороннем порядке по указанным основаниям в течение 5 дней после направления письменного уведомления арендатору.

Поскольку арендатор несвоевременно вносил арендные платежи, 19 августа 2015 г. ИП уведомил его об одностороннем расторжении договора. В рамках последующего гражданского спора суд взыскал в пользу арендодателя задолженность по арендной плате и коммунальным платежам в сумме 613,6 тыс. руб. и 398 тыс. руб. пеней.

14 сентября 2015 г. ИП заключил договор аренды тех же нежилых помещений с ООО «РостМетТрейд» на срок до 14 августа 2016 г. Арендная плата по договору составила 160 тыс. руб.

в месяц без НДС с последующим односторонним правом арендодателя 1 раз в 6 месяцев пересматривать ее размер с учетом уровня инфляции, но не более чем на 10% от арендной платы.

После окончания срока действия договор был перезаключен до 1 августа 2017 г. на аналогичных условиях, но с арендной платой в размере 176 тыс. руб.

После заключения договора с новым арендатором ИП обратился к НПК «Медснаб» с иском о взыскании убытков в виде разницы между размерами арендной платы по договору с ответчиком и по договорам с «РостМетТрейд». Истец утверждал, что понес убытки в связи с досрочным расторжением договора аренды из-за несвоевременного внесения первым арендатором арендных платежей.

Суд отказал в удовлетворении иска, апелляция и кассация поддержали это решение. Они пришли к выводу, что уменьшение размера арендной платы по вновь заключенным договорам, взамен первоначального, не является следствием противоправных действий ответчика.

Как указали суды, истец добровольно включил в договор наименее выгодные для него условия относительно размера арендной платы. Кроме того, они установили экономические различия при формировании арендной платы по первоначальному договору в 2013 г.

и последующим договорам от 2015 и 2016 гг. 

Суды высказали мнение о том, что, несмотря на отсутствие прямого указания в тексте закона, возможность требования возмещения убытков в виде разницы цен возникает лишь при отрицательной разнице, в случае, когда расходы кредитора по новому договору превышают такие расходы по первоначальному.

Не согласившись с этим, ИП обратился с жалобой в Верховный Суд.

Рассмотрев материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС напомнила, что особенности взыскания убытков, вызванных ненадлежащим исполнением должником договора, повлекшим его прекращение по инициативе кредитора, урегулированы ст. 393.1 ГК РФ. Цель данной статьи сводится к восстановлению имущественных интересов кредитора так, как если бы обязательство было исполнено должником надлежащим образом.

Также Суд сослался на Постановление Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7 о применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств.

Согласно разъяснениям кредитор может заключить несколько сделок, которые замещают расторгнутый договор, либо приобрести аналогичные товары или их заменители в той же или в иной местности и т.п.

При заключении замещающей сделки действует презумпция добросовестности кредитора и разумности его действий (п. 5 ст. 10, п. 3 ст. 307, ст. 393.1 ГК РФ).

Как указал ВС, нижестоящие суды не учли, что указанная норма права содержит специальное основание для взыскания убытков. Закон предоставил кредитору право на взыскание абстрактных убытков в случае, предусмотренном ст. 393.

1 ГК РФ, исчисляемых в виде разницы между ценами расторгнутого договора и замещающей сделки, а также любые другие понесенные им убытки. Из этой статьи и п.

12 Постановления № 7 следует, что суды при рассмотрении дела должны установить наличие обстоятельств, подтверждающих, в том числе, что неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора должником, возлагающим на него определенные обязанности, прекращение договора между сторонами явилось следствием нарушения должником условий договора; кредитором заключен аналогичный (замещающий) договор на иных по сравнению с первоначальным договором условиях, ухудшающий его имущественный интерес.  

Верховный Суд пришел к выводу о том, что заключение истцом договора аренды с «РостМетТрейд» преследовало цель минимизировать последствия досрочного расторжения договора с ответчиком.

Кроме того, Суд не согласился с выводом нижестоящих судов, что истец заключил сделки с новым арендатором по более низкой цене, исходя из собственного волеизъявления, и не доказал невозможность заключения договоров по цене, соответствующей размеру арендной платы, установленной для ответчика.

ВС отметил, что нижестоящие инстанции не приняли во внимание аналитическую справку о причинах снижения арендной платы и заключения экспертных организаций, представленные истцом.

Как указал Суд, добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются, пока должником не доказано обратное. Например, должник вправе представлять доказательства чрезмерного несоответствия цены замещающей сделки текущей цене, определяемой на момент ее заключения по правилам п. 2 ст. 393.1 ГК РФ.

Риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, которая виновна в досрочном прекращении договора, отметил ВС. Само по себе обращение должника к кредитору с предложением изменить условие договора о цене не может являться обстоятельством, исключающим его ответственность по ст. 393.

1 ГК РФ, поскольку в отсутствие акцепта такое предложение не влечет правовых последствий.

Отказ взыскать убытки в связи с отсутствием вины ответчика в причинении убытков не соответствует положениям указанной статьи и необоснованно освобождает ответчика от неблагоприятных последствий, наступивших у его контрагента после расторжения с ним договора в результате ненадлежащего исполнения им своих обязанностей, усугубившихся впоследствии по причинам, не зависящим от истца.

ВС РФ отметил, что суждение судов о возможности требования возмещения убытков в виде разницы цен только лишь при отрицательной разнице, то есть когда цена заменяющего договора выше цены расторгнутого, не основано на законе. Более того, в случае, если по замещающим сделкам истца цена аренды была бы выше, чем по договорам, заключенным с обществом, у истца не имелось бы оснований обращаться с иском по настоящему делу.

В результате Верховный Суд РФ отменил решения нижестоящих судов и отправил дело на новое рассмотрение.

Юрист адвокатского бюро КИАП Юлия Усачёва назвала позицию ВС справедливой: «Верховный Суд закрепил компенсационный принцип возмещения понесенных добросовестной стороной издержек, связанных с вынужденным досрочным прекращением договора ввиду неисполнения контрагентом своих обязанностей по договору, повлекших прекращение сделки, и необходимостью предпринимать действия по заключению нового (замещающего) договора по более низкой цене».

По ее словам, Суд, действуя в ключе общих норм о равноправии и состязательности сторон, не исключает, а, наоборот, предлагает ответчику представить доказательства недобросовестного поведения истца и неразумности его действий при заключении нового (замещающего) договора.

«Так, если бы суд установил, что при заключении новой сделки истец действовал неразумно и намеренно способствовал увеличению убытков путем заключения новой сделки по цене ниже рыночной, то у такого истца не имелось бы оснований обращаться с иском в суд, – пояснил эксперт.

– В рассматриваемом случае заявленные требования являлись обоснованными, так как истец представил доказательства заключения замещающего договора по рыночной цене (экспертное заключение), и, следовательно, убытки истца в виде разницы между ценой, установленной в прекращенной и замещающей сделке, справедливо подлежали возмещению в заявленном размере».

При этом Юлия Усачёва отметила, что определение ВС РФ не создает какую-либо новую практику, а лишь закрепляет позицию Суда, изложенную ранее в Постановлении Пленума № 7, которое содержит целый раздел, посвященный особенностям возмещения убытков при прекращении договора в порядке ст. 393.1 ГК РФ.

В то же время юрист практики по недвижимости и инвестициям «Качкин и Партнеры» Константин Клошко считает, что, хотя определение и основано на ранее сформулированном в Постановлении Пленума № 7 судебном толковании положений ст. 393.1 ГК РФ, выводы Суда «фактически открывают новую страницу в судебной практике по спорам о возмещении убытков при прекращении договора в качестве меры ответственности за виновное нарушение обязательств».

Эксперт указал, что решение представляет большой практический интерес, в первую очередь, с точки зрения применения судами к арендным отношениям института «замещающей сделки», ранее применявшегося исключительно в регулировании договоров поставки и ставшего универсальным в результате реформы гражданского законодательства в 2015 г.

«Ключевым является вывод о возможности взыскания в пользу стороны убытков, вызванных расторжением договора вследствие виновных действий ее контрагента, – пояснил эксперт.

– При этом суд допустил возможность определения размера возлагаемых на виновную сторону убытков, достаточного для восстановления имущественного интереса взыскателя, в зависимости от последующего поведения самого взыскателя, который может заключить замещающую сделку на иных условиях, влияющих на формирование цены».

Читайте также:  Дополнительное соглашение к трудовому договору - образец

«При этом, как указано в определении, закон не содержит необходимого критерия об идентичности всех условий первоначальной и замещающей сделки, а добросовестность кредитора при совершении последней предполагается, – полагает юрист. – ВС указал, что риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, по чьей вине досрочно прекращен договор».

По словам Константина Клошко, высшая судебная инстанция в очередной раз отметила необходимость добросовестного поведения участников гражданского оборота, применив к виновной стороне правила внедоговорной ответственности.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-poyasnil-kogda-byvshiy-arendator-vozmeshchaet-ubytki-arendodatelya-iz-za-dosrochnogo-rastorzheniya-dogovora/

Взыскание убытков при недобросовестном ведении переговоров и прекращении договора

Пленум ВС РФ разработал значительное количество новых правовых позиций, призванных защитить интересы добросовестных участников рынка при нарушении обязательств (постановление от 24.03.2016 № 7).

Юристы фирмы «Lidings» посвящают им серию обзоров, которую открыл пост о распределении бремени доказывания и применении астрента.

Настоящая публикация — о новых возможностях защиты прав путем взыскания убытков.

Рассмотрены две ситуации такого взыскания — в случаях недобросовестного ведения переговоров о заключении договора и прекращения договора.

Возмещение убытков при прекращении договора

Предприниматели часто сталкиваются с неисполнением договоров. Для многих из них это означает необходимость закупки товаров у нового контрагента для исполнения своих обязательств, недопущения остановки производства и т.д.

В каком объеме должен отвечать в этом случае должник по первому договору, и можно ли заключать новые сделки взамен нарушенной, до прекращения предыдущей, разъясняется в разделе 2 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.

2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского Кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» (далее — Постановление). Применительно к статьям 393.1 и 405 ГК РФ (ч. 1 и 2) рассматриваются варианты возмещения убытков при расторжении договора.

В зависимости от действий кредитора, который вправе заключить взамен нарушенного договора новый (замещающую сделку), или не заключать его, различаются варианты расчета его убытков. Кредитор заключил замещающую сделку.

В первом случае, если договор прекращен по вине должника, и кредитор заключил одну или несколько замещающих сделок взамен прекращенной, приобрел аналогичные товары, услуги и т.д., методика расчета следующая.

Убытки взыскиваются в виде разницы цены товаров по прекращенному договору и цены сопоставимых товаров по замещающей сделке. Важно, что добросовестность кредитора при этом предполагается, и завышение цены по замещающей сделке или недобросовестность кредитора должен доказать должник (п. 12 Постановления).

Кредитор вправе заключить замещающую сделку до прекращения, первоначального нарушенного должником договора.

Принцип расчета убытков в этом случае остается тем же, если впоследствии договор будет прекращен по причине его нарушения должником.

На практике это означает возможность заключить замещающую сделку для кредитора после нарушения договора должником, не дожидаясь истечения процедуры его прекращения, или вступления в силу судебного решения о его расторжении.

Однако такой вариант поведения кредитора предполагает, что он обязан принять исполнение должника по первоначальной сделке, сделанное до ее прекращения (п. 13 Постановления).

Кредитор не заключил замещающую сделку.

Во втором случае, если кредитор не заключил замещающую сделку взамен прекращенного договора, убытки рассчитываются в виде разницы между цены товаров по прекращенному договору и текущей ценой.

Текущей ценой является цена аналогов, актуальная на момент прекращения договора в месте его исполнения. При невозможности ее определения в указанном месте, применима цена, сформировавшаяся в ином месте, скорректированная с учетом транспортных и иных расходов до места исполнения.

Дополнительно, помимо указанных убытков в виде ценовой разницы, кредитор вправе потребовать возмещения любых иных причиненных ему должником убытков (п.14). Как определить текущую цену.

Следует отметить, что «текущая цена» не является абстрактным понятием, и кредитор, апеллирующей к ее применению при взыскании убытков, должен рассчитать ее исходя из конкретных рыночных факторов, сопроводив их соответствующими пояснениями и доказательствами.

Так, простое указание на разницу цен, без учета критериев идентичности однородности сопоставимости, дисконта, площади, местоположения и др. для конкретного недвижимого имущества является недостаточным для удовлетворения иска (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2016 по делу № А40-111798/15).

Истец, который доказывает убытки, отталкиваясь от «текущей цены», должен доказать ее объективный рыночный размер, раскрыть все факторы, которые ее формируют и имеют значение применительно к конкретным свойствам того имущества, по поводу которого возник спор.

Таким образом, стандарт доказывания по таким делам остается весьма высоким. Истцам стоит рекомендовать принять во внимание при формулировании исковых требований такие доказательства, как отчеты о рыночной стоимости, исследования рынков, официальные статистические данные и заключения экспертов.

Ответственность за недобросовестное ведение переговоров

Этот институт достаточно нов для российского права. Он призван защитить права лиц в тех ситуациях, когда их контрагенты в переговорах причиняют вред, например, вступают в переговоры исключительно с целью выведать коммерческие секреты конкурента. Постановление дает следующие разъяснения для этих случаев.

Презюмируется добросовестность ведения переговоров всеми сторонами. В этой связи само по себе прекращение переговоров, без указания причин не считается проявлением недобросовестности.

В суде недобросовестность доказывается самим истцом в случаях, если ответчик вступал в переговоры исключительно для получения коммерческой информации или для того, чтобы воспрепятствовать заключению договора между истцом и третьим лицом.

Однако, в случаях, если истцу в ходе переговоров представлена неполная или недостоверная информация, или прекращение переговоров произошло неоправданно при обстоятельствах, в которых он не мог этого ожидать (п. 2 ст. 434.1 ГК РФ), добросовестность такого поведения доказывается ответчиком.

  • При взыскании убытков, причиненных недобросовестным поведением при переговорах потерпевшей стороне возмещаются убытки, исходя из общего принципа о том, что он должен быть приведен в такое положение, в котором находился бы, если бы вел переговоры с добросовестным контрагентом.
  • В состав этих убытков могут быть включены расходы, связанные с ведением переговоров, приготовлению к заключению договора, а также особый вид убытков — понесенные в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.
  • Если нарушение при ведении переговоров заключается в предоставлении неполной или недостоверной информации, либо умолчании о существенных для договора обстоятельствах, сторона вправе потребовать признания договора недействительным, (если он был заключен), и возмещения вызванных недействительностью убытков.

По ее выбору она может также использовать те способы защиты, которые предусмотрены для случаев не предоставления информации при заключении отдельных видов договоров, например, информации о товаре при купле — продаже (ст.

495 ГК РФ), информации для заказчика о предстоящей работе по договору подряда (ст. 732 ГК РФ), информации, предоставляемой экспедитору при транспортной перевозке (ст.

804 ГК РФ), информации, предоставляемой страхователем при заключении договора страхования (ст. 944 ГК РФ).

Если же сторона отказалась от заключения договора по причине сокрытия информации, или ее недостоверности, то она вправе требовать возмещения убытков в указанном выше объеме по ст. 434.1 ГК, включая понесенные в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Споры об убытках при ведении переговоров пока не распространены в арбитражной практике. Очевидно, что они являются крайне сложными, и будут требовать от юристов нетрадиционных подходов в собирании и предоставлении доказательств.

Однако, сама по себе возможность требовать убытков в ситуации, когда сторона из-за нахождения в переговорах с недобросовестной стороной лишилась возможности заключения другого выгодного контракта, является несомненным шагом вперед для правовой системы.

Источник: http://www.lidings.com/ru/articles2?id=110

Взыскание убытков в связи с досрочным расторжением договора аренды

ПЕРВЫЙ СТОЛИЧНЫЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ЦЕНТР г. Москва, Лубянский проезд, д. 5, стр. 1 (495) 649-11-65; (985) 763-90-66

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕот 16 октября 2014 г. по делу N А75-11084/2013

Резолютивная часть постановления объявлена 09 октября 2014 годаПостановление изготовлено в полном объеме 16 октября 2014 годаАрбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:председательствующего Бушмелевой Л. В.судей Тамашакина С. Н.Тихомирова В. В.

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи рассмотрел кассационную жалобу Ханты-Мансийского негосударственного пенсионного фонда на решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры от 25.02.2014 (судья Сердюков П. А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2014 (судьи Золотова Л. А., Сидоренко О. А., Шиндлер Н. А.) по делу N А75-11084/2013

по иску Ханты-Мансийского негосударственного пенсионного фонда (628012, г. Ханты-Мансийск, ул. Комсомольская, 59А, ИНН 8601010255, ОГРН 1028600512270)к обществу с ограниченной ответственностью «Варта» (628602, г. Нижневартовск, ул. 60 Лет октября, 52А, ИНН 8603148361, ОГРН 1078603009330)о взыскании убытков.

Другие лица, участвующие в деле: общество с ограниченной ответственностью „Прайд“, общество с ограниченной ответственностью „СВ-Диод“, открытое акционерное общество „Государственная страховая компания «Югория“, общество с ограниченной ответственность „Босфор“, индивидуальный предприниматель Посадова Дина Васильевна.

В заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью „Варта“ — Ошуев А. А. по доверенности от 01.10.2014 N 05.

Суд

установил:

Ханты-Мансийский негосударственный пенсионный фонд (далее — пенсионный фонд) обратился в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа — Югры с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Варта» (далее — ООО „Варта“, общество) о взыскании убытков в размере 699 000 руб.Исковые требования со ссылками на статьи 10, 12, 15 Гражданского кодекса РФ мотивированы возникновением убытков в связи с досрочным расторжением договора аренды от 12.03.2013 N 200/86.

Суд отклонил заявленное пенсионным фондом в процессе судебного разбирательства ходатайство об уточнении исковых требований, а именно, о признании договора аренды от 12.03.2013 N 200/89 недействительным.

КонсультантПлюс: примечание.В тексте документа, видимо, допущена опечатка: решение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры по данному делу имеет дату 25.02.2014, а не 25.03.2014.

Решением арбитражного суда от 25.03.2014, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2014 в удовлетворении исковых требований отказано по мотиву недоказанности.

В поданной кассационной жалобе пенсионный фонд, ссылаясь на неправильное применение и истолкование судами норм материального права, просит решение и постановление отменить, принять новый судебный акт о взыскании убытков в размере 699 000 руб.

, понесенных в результате злоупотребления обществом права на одностороннее расторжение договора и ошибочного совершения фондом действий в своем интересе.

По утверждению пенсионного фонда, суды не применили подлежащие применению статьи 10, 987 Гражданского кодекса РФ; не учли довод о том, что, проводя ремонт, он исходил из предполагаемой добросовестности общества и действовал в своем интересе, а также о том, что общество в нарушение статьи 621 Гражданского кодекса РФ заключило договор аренды этого же помещения с иным лицом.

ООО «Варта» в представленном отзыве отклонило доводы кассационной жалобы, просило обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании представитель общества высказался против удовлетворения кассационной жалобы, поддержав возражения, изложенные в отзыве.

Согласно пункту 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса РФ кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие представителя пенсионного фонда и третьих лиц, извещенных надлежащим образом о судебном заседании, в том числе и публично путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Западно-Сибирского округа.

Проверив в порядке статей 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса РФ правильность применения судами норм действующего законодательства, соответствие выводов судов обстоятельствам дела, суд кассационной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, между пенсионным фондом (арендатор) и обществом (арендодатель) был подписан договор аренды от 12.03.2013 N 200/86, по условиям которого арендодатель обязался предоставить арендатору во временное владение и пользование под офис нежилое помещение, расположенное по адресу: г. Нижневартовск, ул. 60 лет Октября, д. 52 общей площадью 164,1 кв. м.

По акту приема-передачи от 12.03.2013 общество передало, а пенсионный фонд принял объект аренды.Пунктом 2.2 договора аренды срок действия договора установлен с даты подписания сторонами акта приема-передачи помещения по 28.02.2018.Пунктом 4.1.

7 договора установлена обязанность арендодателя по осуществлению государственной регистрации договора, а также всех изменений и дополнений к нему, исходящих от арендодателя.

На арендатора в соответствии с пунктом 5.1.

20 договора возложена обязанность с даты заключения договора застраховать объект аренды за свой счет и на его полную стоимость на весь срок аренды в пользу арендодателя (выгодоприобретателя).

Условием пункта 5.1.8 договора закреплена обязанность арендатора своевременно и за свой счет производить текущий ремонт внутри объекта аренды в предварительно согласованном объеме, а также обеспечить оказание эксплуатационных услуг.

Данным пунктом договора сторонами согласовано, что стоимость текущего ремонта, а также стоимость эксплуатационных услуг в отношении объекта аренды не подлежит возмещению или зачету в счет арендной платы, если иное не установлено соглашением сторон.

При наличии предварительного письменного разрешения арендодателя, а также (при необходимости) компетентных органов (архитектурно-градостроительных, пожарных, санитарных и пр.

) арендатор имеет право производить за свой счет текущий ремонт, переоборудование, дооснащение и перепланировку объекта аренды, вызванные производственной необходимостью арендатора, устанавливать внутри и снаружи объекта любые знаки, стенды, щиты, вывески и рекламу, заключать договоры на получение телекоммуникационных услуг с согласованными арендодателем организациями, оказывающими такие услуги (пункт 5.3.2 договора).

Из содержания раздела 6 договора следует, что неотделимые улучшения объекта аренды являются собственностью арендодателя, вне зависимости от того, произведены они арендатором с согласия или без арендодателя.

Неотделимые улучшения подлежат передаче арендатором арендодателю в составе объекта аренды при прекращении договора по любому основанию. Стоимость неотделимых улучшений возмещению арендатору не подлежит.В пункте 6.

2 договора указано, проведение перепланировок, переоборудования и дооснащения объекта аренды арендатором не является основанием для уменьшения размера арендной платы. Их стоимость не подлежит возмещению арендодателем, если иное не установлено дополнительным соглашением сторон.Согласно пункту 6.

4 договора, все отделимые улучшения объекта аренды, произведенные арендатором, являются собственностью арендатора.

Пунктом 11.2 договора предусмотрено право арендодателя расторгнуть договор в одностороннем порядке, уведомив арендатора за 30 (тридцать) дней до даты расторжения.

Источник: http://portal-law.ru/vzyskanie-ubytkov-v-svyazi-s-dosrochnym-rastorzheniem-dogovora-arendy/

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19.07.2016 N 59-КГ16-9

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 19 июля 2016 г. N 59-КГ16-9

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

Читайте также:  Зарплату в некоторых случаях можно будет выплачивать в валюте

председательствующего Горшкова В.В.

судей Асташова С.В., Киселева А.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Бородай Д.А. к Шагжиеву А.С. о возмещении ущерба причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, по кассационной жалобе Бородай Д.А. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 17 июня 2015 г.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горшкова В.В., Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

Бородай Д.А. обратился в суд с иском к Шагжиеву А.С. о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, указав в обоснование требований, что на праве собственности ему принадлежит автомобиль года выпуска, государственный регистрационный знак 15 августа 2013 г. около 21 часа 40 минут в г.

Благовещенске на регулируемом перекрестке улицы Студенческая и улицы Игнатьевское шоссе произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля истца и автомобиля «» без государственного регистрационного знака под управлением Шагжиева А.С. Виновным в указанном дорожно-транспортном происшествии признан Шагжиев А.С., нарушивший требования пункта 6.

2. Правил дорожного движения Российской Федерации. Шагжиев А.С. выехал на регулируемый перекресток на запрещающий красный сигнал светофора, не уступив дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестков, за что был привлечен к административной ответственности по статье 12.

13 части 2 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации.

В результате дорожно-транспортного происшествия повреждены детали, механизмы и конструктивные элементы автомобиля Бородай Д.А. Гражданская ответственность Шагжиева А.С. застрахована в ОАО «СК «Альянс». Бородай Д.А.

обратился в указанную страховую компанию за выплатой страхового возмещения, ему произведена выплата в размере 58549 рублей 84 копейки, в последующем на основании решения Благовещенского городского суда Амурской области от 24 декабря 2013 г.

дополнительно выплачена сумма 61450 рублей 16 копеек, в общей сумме 120000 рублей.

Согласно заключению ООО «Методический центр» рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля, с учетом амортизационного износа, составляет 227551 рублей 83 копейки. Просил взыскать с Шагжиева А.С.

в свою пользу 107551 рублей 83 копейки — в счет компенсации материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 10000 рублей — в счет компенсации расходов по изготовлению отчета об оценке, 7000 рублей — в счет компенсации расходов на оплату услуг представителя, 3351 рублей 4 копейки — в счет компенсации расходов по оплате государственной пошлины.

В связи с реализацией транспортного средства за 150000 рублей по договору купли-продажи от 23 октября 2014 г., истец требования уточнил, просил взыскать 100000 рублей — разницу между рыночной стоимостью автомобиля истца (с учетом, износа) на момент причинения ущерба 370000 рублей, страховым возмещением 120000 рублей и суммой от реализации автомобиля в неотремонтированном виде 150000 рублей.

Ответчик исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении.

Решением Благовещенского городского суда от 8 апреля 2015 г. иск удовлетворен в части: с Шагжиева А.С. в пользу Бородай Д.А. в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, взыскано 80000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя 3000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 2600 рублей, в общей сумме 85 600 рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 17 июня 2015 г. решение суда первой инстанции отменено, постановлено новое решение, которым Бородай Д.А. в удовлетворении исковых требований отказано.

Бородай Д.А. подана кассационная жалоба, в которой ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены принятого по делу апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 17 июня 2015 г.

В связи с поданной Бородай Д.А. 10 марта 2016 г. кассационной жалобой на указанное судебное постановление и сомнениями в его законности судьей Верховного Суда Российской Федерации Горшковым В.В. 22 апреля 2016 г.

дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации для проверки по доводам кассационной жалобы и определением этого же судьи от 30 июня 2016 г. кассационная жалоба Бородай Д.А.

с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

  • Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются основания, предусмотренные законом для удовлетворения кассационной жалобы и отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 17 июня 2015 г.
  • В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
  • Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что при рассмотрении данного дела существенное нарушение норм материального и процессуального права допущено судом апелляционной инстанции.

Отменяя решение Благовещенского городского суда от 8 апреля 2015 г. о взыскании в пользу Бородай Д.А. с Шагжиева А.С.

возмещения материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда исходила из того, что стороной истца не подтвержден размер причиненного ущерба, фактически установить причиненный истцу ущерб в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 15 августа 2013 г., не представляется возможным, поскольку доказательств, достоверно и бесспорно подтверждающих размер ущерба, истцом в материалы дела не представлено.

  1. С данными выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя, поскольку они основаны на неправильном толковании норм материального права.
  2. В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
  3. Согласно пункту 2 данной правовой нормы под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом.

В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

В соответствии со статьей 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из указанных правовых норм следует, что размер убытков (реальный ущерб), причиненных повреждением автомобиля в результате дорожно-транспортного происшествия, зависит от степени повреждения имущества и сложившихся цен.

Уменьшение стоимости имущества истца по сравнению с его стоимостью до нарушения ответчиком обязательства или причинения им вреда является реальным ущербом даже в том случае, когда оно может непосредственно проявиться лишь при отчуждении этого имущества в будущем (например, утрата товарной стоимости автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия).

Как усматривается из материалов дела, Бородай Д.А. своевременно обратился в страховую компанию.

В соответствии с Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» самостоятельно произвел оценку в ООО «Методический центр» поврежденного транспортного средства и в установленном законом порядке предъявил требование в суд о взыскании с ответчика разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба, причиненного автомобилю в размере 107000 рублей.

  • Как установлено судебными инстанциями, стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца превышает сумму страхового возмещения, выплаченного ему ОАО «СК «Альянс».
  • В соответствии со статьей 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
  • В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований — в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.
  • Надлежащим исполнением обязательств по возмещению имущественного вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, является возмещение причинителем вреда потерпевшему расходов на восстановление автомобиля в состояние, в котором он находился до момента дорожно-транспортного происшествия.

Таким образом, у Шагжиева А.С., как причинителя вреда, возникла обязанность по возмещению Бородай Д.А. расходов на восстановление его автомобиля в виде разницы между выплаченным ему страховым возмещением и стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства истца.

Продажа потерпевшим поврежденного автомобиля не является основанием для освобождения причинителя вреда от обязанности по его возмещению и не может препятствовать реализации имеющегося у потерпевшего права на возмещение убытков, причиненных в результате дорожно-транспортного происшествия, поскольку является правомерным осуществлением права на распоряжение принадлежащим ему на праве собственности имуществом.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации также находит, что с выводами суда апелляционной инстанции об отказе в удовлетворении требований истца по основаниям отсутствия доказательств, позволяющих фактически установить размер ущерба, причиненного истцу в результате дорожно-транспортного происшествия, согласиться нельзя. Данный вывод сделан без учета того обстоятельства, что размер причиненного ущерба истцу уже определялся на основании представленных Бородай Д.А. документов, в частности при установлении размера страховой выплаты и судебными постановлениями о взыскании в его пользу суммы страхового возмещения.

При возмещении убытков в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, учитывая, что при предъявлении требований о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков, размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Согласно части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 данного Кодекса.

Повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2012 г. N 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции»).

Принимая во внимание, что поименованные выше требования закона и указания Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом апелляционной инстанции при рассмотрении настоящего дела выполнены не были, а также необходимость соблюдения разумных сроков судопроизводства (статья 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 17 июня 2015 г. подлежащим отмене с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Амурского областного суда от 17 июня 2015 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

——————————————————————

Источник: https://legalacts.ru/sud/opredelenie-verkhovnogo-suda-rf-ot-19072016-n-59-kg16-9/

Ссылка на основную публикацию