Предложено регулирование косвенного иска, предъявляемого для защиты хозяйственных обществ (законопроект)

Актуальность темы диссертационного исследования.

В течение многих лет практика функционирования хозяйственных обществ в России выявила несовершенство имеющегося регулирования их деятельности, а злоупотребления членов органов управления обществами не раз привлекали внимание исследователей и законодателей.

В настоящее время, в связи с активным развитием экономики и предпринимательской деятельности, необходимо тщательно урегулировать рассматриваемые вопросы. Вновь является актуальным установление того, насколько действенны складывающиеся на практике средства защиты нарушенных прав участников корпоративных отношений, прав самого общества.

В случаях возникновения убытков у хозяйственного общества в результате недобросовестных, неразумных действий членов органов управления, акционеры (участники) могут защитить права общества, применив такой способ, как косвенный иск — требование о возмещении убытков обществу.

Данный способ защиты является универсальным и единственным. Тем не менее, не смотря на такую универсальность, законодательство о хозяйственных обществах не определило косвенный иск как самостоятельный, не разрешило множество правовых проблем, возникающих в связи с его использованием.

Он является непоименованным в законе.

Так, до сих пор в отечественной правовой науке существует ряд дискуссионных, нерешенных вопросов, связанных с применением косвенных исков, что отрицательно сказывается на экономическом развитии обществ, хозяйственной деятельности, стабильности их участия в гражданском обороте.

Отсутствие легальных закрепленных норм о косвенных исках непосредственным образом отражается на состоянии действующего корпоративного законодательства, а также на правоприменительной практике, некоторые подходы которой к пониманию сути рассматриваемого иска, а также правовым проблемам применения норм права в данном способе защиты обществ, отличаются противоречивостью. В частности, это касается вопросов определения терминологии иска («косвенный» или «производный»), процессуального положения сторон в судебных заседаниях по делам о косвенных исках и многих других.

Актуальность проведения настоящего исследования определяется также тем, что косвенный иск имеет двоякую природу.

Являясь мощным средством защиты интересов хозяйственного общества, косвенный иск одновременно может нести в себе угрозу и быть использован недобросовестными миноритариями как инструмент корпоративного шантажа, с целью захвата общества, что на сегодняшний день достаточно часто происходит среди хозяйствующих субъектов различных организационно-правовых форм.

В науке существует потребность исследования рассматриваемого иска не только в качестве классического варианта защиты. Появляется необходимость выявления причин использования косвенного иска в корыстных целях, и соответственно, путей решения, правовых механизмов, которые бы препятствовали недобросовестным участникам (акционерам) хозяйственных обществ применять косвенные иски.

  • Сказанное со всей очевидностью подтверждает актуальность исследования гражданско-правовых проблем, связанных с использованием косвенных исков в качестве способа защиты хозяйственных обществ, а также создание целостной научной концепции, позволяющей выявить правовую природу, понятие, признаки косвенного иска, определить его место в корпоративных отношениях и законодательно урегулировать все существующие пробелы при его применении в любом качестве.
  • Степень научной разработанности темы.
  • В современной цивилистике отдельные вопросы применения косвенного иска, возникающие проблемы материального и процессуального характера при таком применении становятся, хотя и нечасто, предметом дискуссий на страницах научной и учебной литературы, периодических юридических изданий.

Некоторым аспектам изучения данной темы, в частности, возникновению косвенного иска, принципам деятельности органов управления при возникновении убытков по их вине уделяли внимание такие отечественные ученые, как Ф.О. Богатырев, А.Б.

Бутенко, A.C. Горячев, A.A. Грось, В.А. Гуреев, Д.И. Дедов, В.И. Добровольский, Н.Г. Елисеев, Б.А. Журбин, Б.Р. Карабельников, С.Д. Могилевский, О.В. Осипенко, Г.Л. Осокина, М.А. Рожкова, Ю.В. Романова, Г. Чернышев, И.С. Шиткина, В.В.

Яр ков.

Отдельные теоретические аспекты ответственности членов органов управления перед хозяйственными обществами рассматривались в рамках диссертационных работ Т.К. Красильникова, А.Е. Молотникова, K.JI. Нор-Аревян, Е.И. Чугунова.

Тем не менее, следует отметить отсутствие комплексных исследований косвенного иска как способа защиты хозяйственных обществ, а также проблем, возникающих в связи с его применением на практике.

Объектом исследования являются отношения, возникающие при использовании косвенного иска акционерами (участниками) хозяйственных обществ в защиту этих обществ перед членами органов управления.

Предмет исследования. Предметом настоящего исследования являются теоретические разработки, связанные с применением норм права в косвенных исках; законодательство, регулирующее отношения сторон (акционеров, участников и членов органов управления обществом) при возникновении ответственности управленцев в связи с причинением ими убытков хозяйственному обществу.

  1. Предмет исследования определяет его цели.
  2. Цели исследования — теоретическое изучение возникновения и развития косвенного иска, всестороннее исследование и выявление гражданско-правовых проблем, связанных с применением косвенных исков в корпоративных отношениях, а также судами; разработка предложений по совершенствованию действующего законодательства о хозяйственных обществах в данной сфере.
  3. Достижение указанных целей определило постановку следующих основных задач:
  4. 1) Изучение правовой природы косвенного иска, выявление его признаков и теоретическое определение терминологии «косвенный иск»;
  5. 2) Исследование основания для предъявления косвенного иска, а также принципов деятельности членов органов управления, нарушение которых способствовало возникновению убытков;
  6. 3) Определение ответственности управленцев по косвенному иску;
  7. 4) Выявление проблем материального характера в рассматриваемом иске;
  8. 5) Исследование статуса акционеров, участников, членов органов управления и самого хозяйственного общества в делах по косвенным искам;
  9. 6) Проведение комплексного анализа причин использования косвенных исков в недобросовестных целях;

7) Определение основных правовых механизмов, препятствующих использованию косвенных исков недобросовестными миноритариями.

Методологическую основу исследования составляет комплекс научных методов познания и исследования.

Используются общенаучные методы (диалектический метод познания, статистический, сравнительно-правовой, методы дедукции, индукции и классификации), а также историко-правовой метод, сравнительный правовой анализ.

Теоретическая основа работы.

Теоретическую основу исследования составляют, помимо названных выше, труды следующих выдающихся дореволюционных, советских и современных ученых-цивилистов: С.С. Алексеева, А.Б. Венгерова, В.В. Витрянского, А.И. Вицина, П.Н. Гуссаковского, О.С. Иоффе, А.И.

Каминки, Д.В. Ломакина, М.Ф. Лукьяненко, Г.К. Матвеева, О.В. Петниковой, В.Ф. Попондопуло, А. Рабиновича, М.Г. Розенберга, A.A. Серебряковой, М.Ю. Тихомирова, Д.О. Тузова, В.А. Туманова, С.А. Чибиревой, Г.С. Шапкиной, A.B. Широкова и других правоведов.

Эмпирическую основу настоящего исследования составляют гражданское законодательство Российской Федерации, регламентирующее корпоративные отношения, специальное законодательство о хозяйственных обществах, иные правовые и нормативные акты, постановления Пленумов Высших судов, информационные письма и иные акты Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а также иных судов.

Научная новизна исследования.

В настоящем диссертационном исследовании впервые в российском праве проведен всесторонний комплексный анализ гражданско-правовых характеристик косвенного иска как способа защиты хозяйственных обществ. В работе предложено решение большинства дискуссионных, а также не нашедших должного освещения в юридической литературе вопросов применения косвенных исков.

Произведено исследование причин возникновения убытков хозяйственного общества, а также принципов деятельности членов органов управления, нарушение которых способствует возникновению убытков в обществе. Обозначены проблемы и найдены пути их решения в области применения норм права.

Определен статус акционеров, участников, членов органов управления и хозяйственного общества в делах по косвенным искам.

Научная новизна диссертации определяется также тем, что в ней выделен и обоснован ряд новых положений, имеющих значение для развития как теории, так и практики.

В частности, проведен комплексный анализ причин использования косвенных исков в недобросовестных целях, выявлены и названы основные правовые механизмы, препятствующие использованию косвенных исков недобросовестными акционерами (участниками) хозяйственных обществ.

  • В результате проведенного анализа сформулированы следующие положения, выносимые на защиту.
  • 1. Определено, что косвенный иск как способ защиты включает в себя следующие элементы:
  • • Обращение участника хозяйственного общества;
  • • Требование о защите нарушенного или оспариваемого права;
  • • Требование о защите интереса хозяйственного общества;
  • • Требование о защите интереса самого участника (акционера).
  • Таким образом, косвенный иск представляет собой обращение участника юридического лица (хозяйственного общества) с требованием о защите нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса юридического лица (хозяйственного общества), а также охраняемого законом косвенного интереса самого участника путем разрешения спора о праве.

2. Установлено в качестве основополагающей причины, влекущей возникновение убытков в хозяйственном обществе, нарушение членами органов управления принципов добросовестности и разумности в ходе своей деятельности.

С целью не возникновения различных трактовок указанных принципов, предложено законодательно закрепить определение, согласно которому «добросовестным и разумным» в корпоративных отношениях считается тот член органа управления хозяйственным обществом, который действует с соблюдением норм законодательства, учредительных документов, внутренних предписаний общества, заинтересован в его положительном развитии, а также осознает и объективно оценивает свои действия в отношении общества, принятия решений, наступления возможных последствий, в том числе неблагоприятных, для общества и его акционеров (участников).

При этом «заинтересованность в положительном развитии» предполагается устанавливать посредством анализа исполнения членом органа управления своих обязанностей, закрепленных в учредительных документах или трудовом договоре с обществом.

Источник: https://www.dissercat.com/content/grazhdansko-pravovye-problemy-primeneniya-kosvennogo-iska-kak-sposoba-zashchity-khozyaistven

Закон об АО могут дополнить нормами, регулирующими порядок подачи косвенных исков

27.03.

2018

  • 26 марта 2018 года Минэкономразвития России на федеральном портале проектов нормативных правовых актов разместил для публичного обсуждения и антикоррупционной экспертизы проект федерального закона «О внесении изменений в федеральные законы «Об акционерных обществах» и «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в части совершенствования регулирования косвенных исков, предъявляемых в защиту интересов акционерного общества)» (далее – проект).
  • Проектом предлагается воспроизвести в тексте закона следующие положения.
  • Учитывая, что российский правопорядок содержит специфичную модель косвенного иска, при которой участники (акционеры) имеют возможность свободно предъявлять такие требования от имени общества, а также принимая во внимание возможные риски злоупотреблений, законопроектом предлагается воспроизвести в тексте закона правило о том, что судебные расходы по такого рода делам должны возлагаться на лиц, предъявивших косвенный иск, а также, соответственно, возмещаться в их пользу в случае удовлетворения требований.

В целях устранения конфликта интересов лицо, заключавшее оспариваемую сделку, либо причинившее убытки, за возмещением которых обратились участники (акционеры) или члены наблюдательного совета, лишается права представлять общество при рассмотрении соответствующего косвенного иска в суде. Вместо этого допускается возможность назначения экстраординарного представителя для представления интересов общества в ходе рассмотрения дела в  суде.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) наделяются правом требовать от общества возмещения издержек, понесенных в связи с рассмотрением дела в суде, учитывая, что указанные лица, предъявляя такие требования, действуют как лица, ведущие чужое  дело (по аналогии с абзацем вторым пункта 2 статьи 975, статьей 1001 ГК РФ).

Основываясь на наличии у участников непубличных обществ широкой автономии воли, законопроект разрешает единогласным решением участников (акционеров) включать в устав непубличного общества положения, устанавливающие срок исковой давности иной по сравнению с общими сроками исковой давности, предусмотренными гражданским законодательством.

Проект разработан Минэкономразвития России во исполнение пункта 13 плана мероприятий («дорожной карты») «Совершенствование корпоративного управления», утвержденного Распоряжением Правительства Российской Федерации от 25 июня 2016 г. № 1315-р.

Публичное обсуждение и независимая антикоррупционная экспертиза документа завершатся 13 апреля 2018 года.

Проект федерального закона «О внесении изменений в федеральные законы «Об акционерных обществах» и «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в части совершенствования регулирования косвенных исков, предъявляемых в защиту интересов акционерного общества)»

Читайте также:  Форма приказа на увольнение по собственному желанию

Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы получить доступ ко всем материалам

Источник: https://aogazeta.ru/novosti/Zakon_ob_AO_mogut_dopolnit_normami_reguliruyushchimi_poryadok_podachi_kosvennykh_iskov/

Косвенный иск как средство защиты корпоративных прав

Малицкая А. И., Макарова О. А. Косвенный иск как средство защиты корпоративных прав [Текст] // Юридические науки: проблемы и перспективы: материалы VII Междунар. науч. конф. (г. Казань, май 2018 г.). — Казань: Молодой ученый, 2018. — С. 26-30. — URL https://moluch.ru/conf/law/archive/298/14240/ (дата обращения: 20.09.2019).



Развитие фондовых и финансовых рынков, повышение инвестиционной привлекательности являются основными факторами, обеспечивающими стабильность экономического развития Российской Федерации. Основой данного развития является разработка и непрерывное совершенствование юридических механизмов защиты хозяйственных обществ и их участников.

Одним из наиболее эффективных средств такой защиты является косвенный иск.

Конституционный̆ Суд РФ неоднократно указывал на необходимость установления в законодательном порядке баланса законных интересов, с одной̆ стороны, самого акционерного общества, которое стремится к снижению своих издержек, и, с другой̆ стороны, акционеров, чьи права собственности затрагиваются принимаемыми решениями по управлению обществом [1]. Данное отношение обусловлено социальным характером государства, которое стремится обеспечить социальное равенство, взаимную ответственность членов общества.

Актуальность данной статьи заключается в потребностях современной экономики и общества в установлении механизма обеспечения прав общества и акционеров, мажоритарных и миноритарных акционеров, соблюдении баланса интересов вышеуказанных лиц и справедливом разрешении противоречий между ними. В настоящей работе представлена попытка критического анализа внедрения косвенного иска как средства защиты корпоративных прав в правовую систему Российской Федерации

Косвенный иск представляет собой способ защиты общества от действий управляющих, в результате которых общество понесло убытки, и направлен на защиту его участников, интерес которых заключается в возрастании стоимости акций и увеличении активов общества. Данный иск получил свой современный вид в странах англосаксонского права в XX веке. Концепция косвенного иска появилась за долго по формирования первых корпораций и берет свое начало с английского траста (доверительного управления чужим имуществом).

Дореволюционное законодательство России не допускало предъявления косвенного иска акционером. В законодательстве содержались только общие правила ответственности директоров. Так, в соответствии со ст. 2181 Книги четвертой «Об обязательствах по договорам» ч. 1 т.

X Свода законов Российской империи директора компании или члены правления действуют в качестве ее уполномоченных и потому в случае законопротивных распоряжений и преступления пределов власти подлежат ответственности перед компанией на общих основаниях законов.

Вместе с тем, доктрина того времени предусматривала иск акционера против общества в защиту своих интересов [2], например, требование о выдаче акционеру дивидендов, требование о признании постановления общего собрания недействительным.

В случае причинения вреда акционеру, предлагалось руководствоваться общими положениями «за убытки, причиненные недозволенными действиями» [3], таким образом, в дореволюционной России начал свое развитие прямой иск акционера, при этом ответчик по данному иску оставался неясным — компания либо управители.

Но необходимость в образовании средства защиты корпоративных прав акционеров посредством косвенного иска была очевидной. Так, ст.

2361 проекта Гражданского уложения 1905 года устанавливала право на предъявление иска к директорам и членам ревизионной комиссии о вознаграждении за убытки, причиненные товариществу, кроме общего собрания предоставлялось также меньшинству акционеров, владеющих по крайней мере 1/10 частью основного капитала, и при условии, что требование указанного меньшинства о предъявлении иска было заявлено в том же общем собрании, которое отказалось предъявить иск [4]. Однако, указанные положения не были закреплены на законодательном уровне и так и остались лишь отражением доктрины того времени.

Стоит отметить, что во многих странах на законодательном уровне закреплён непосредственно институт косвенного иска: в Италии, Великобритании, Германии, Китае, Австралии [5].

В то время как российский законодатель не использует термин «косвенный иск», а лишь указывает на его некоторые сущностные элементы. Так, в п. 1 ст. 53.

1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) [6] указано, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Аналогичное регулирование установлено в п. 2 ст. 71 Федерального закона «Об акционерных обществах» (далее — Закон об акционерных обществах) [7] и п. 2 ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон об обществах с ограниченной ответственностью) [8]. В вышеуказанных нормативных правовых актах не только не раскрывается понятие косвенного иска как правового явления, но и создается неясность, касающаяся определения процессуальной роли участника юридического лица, предъявляющего косвенный иск к его руководству, а именно является ли участник истцом по косвенному иску наряду с юридическим лицом, или он является законным представителем истца — корпорации.

Косвенный характер иска участников компании к ее руководству направлен на то, чтобы предотвратить возможные злоупотребления корпоративного менеджмента при предъявлении такого иска. Так, согласно ч. 3 ст.

49 Федерального закона «Об исполнительном производстве» (далее — Закон об исполнительном производстве) [9] исполнительный лист по соответствующему решению выдается процессуальному истцу — участнику общества — что, таким образом, препятствует возникновению риска отказа от взыскания в случае, если бы исполнительный лист выдавался самому обществу в лице его корпоративного менеджмента.

Чаще всего косвенный иск предъявляется миноритарными владельцами акций, при этом обоснованность такого поведения не всегда является очевидной. Однако, преимущества данного корпоративного поведения становятся ясными при детальном анализе последствий, получаемых по результатам удовлетворения соответствующих требований.

Во-первых, в случае выигрыша истца по косвенному иску, сумма убытков компании, взысканная с директора, пополняет активы хозяйственного общества, в результате чего возрастает балансовая стоимость активов и рыночная стоимость акций в том числе и тех, которые принадлежат истцу — миноритарию, что косвенным образом влияет на выигрыш истца по косвенному иску. Во-вторых, такое поведение миноритариев является стимулом для корпоративного менеджмента в добросовестном поведении, поскольку это говорит последним, что за их деятельностью наблюдают участники общества. В-третьих, данная деятельность является примером для остальных участников в отстаивании прав юридического лица, участниками которого они являются. И, в-четвертых, потенциальным соискателям вакансии топ-менеджеров в данную корпорацию стоит иметь понимание того, что данная компания отличается повышенной критичностью миноритариев, и лицо будет привлечено к ответственности за свои неправомерные действия.

Теперь перейдем к актуальным проблемам современного российского законодательства, с которыми сталкиваются участники корпоративных отношений при предъявлении косвенного иска. И первая из них это исчисление срока исковой давности.

Существует несколько возможных вариантов исчисления срока исковой давности по косвенному иску: с момента, когда о нарушении узнало юридическое лицо в лице недобросовестного директора [10]; когда о нарушении узнало иное лицо, действующее от имени юридического лица без доверенности; когда о нарушении узнал участник общества.

Первый вариант наиболее подвержен критике, так как он практически нивелирует институт косвенного иска и потворствует недобросовестности директора, который может в течение срока исковой давности скрыть факт совершения оспоримой сделки.

Второй вариант являет собой ситуацию, когда о нарушении узнал иной законный представитель, например, новый директор или иной директор в случае, если их несколько. В абз. 2 п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.

2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», сказано, что срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении.

Преимуществом данного подхода является то, что он не потворствует недобросовестному директору, и в тоже время не является средством оспаривания сделки «через участника», когда, злоупотребляя правом, можно найти участника, который оспорит сделку в выгоду общества. Но вопрос возникает, если директор не будет сменен и по прошествии десяти лет.

Тогда представляется возможным в качестве начала исчисления срока исковой давности считать момент проведения очередного общего собрания по итогам периода, в который произошло нарушение.

Третий вариант получил наибольшее распространение на практике всех судов и выбран Верховным Судом Российской Федерации как наиболее жизнеспособный. Примечательным является Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2016 N 305-ЭС16–3884 в подтверждение третьего подхода.

Данное Определение затрагивает вопрос момента начала течения срока исковой давности по иску об оспаривании сделки с заинтересованностью.

Судебная коллегия Верховного Суда отмечает, что для исчисления срока исковой давности имеет значение момент, когда участник узнал или должен был узнать о соответствующем нарушении.

Иное ставило бы участников корпорации в ситуацию, где они не способны были бы защищать свои законные права и интересы, так как, таким образом, орган управления мог бы скрывать факт совершения сделки с заинтересованностью до момента истечения срока исковой давности.

В п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.

2014 года N28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» введена презумпция, согласно которой «предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки»…. Представляется, что правило, указанное в Постановлении, является наиболее объективным и учитывающим права и интересы как участника корпорации, так и контрагента общества по сделке. Законодателю необходимо только установить определенный срок начала течения срока исковой давности, например, три года с даты проведения общего собрания по итогам периода, в который произошло нарушение, в том числе совершение сделки.

Вопрос о применении гражданско-правового принципа эстоппель по отношению к участнику корпорации как к истцу по косвенному иску стоит особо остро.

Пункт 1 ст. 65.2 ГК РФ наделяет участников хозяйственного общества правом оспаривать его сделки по основаниям, указанным в пунктах 1 и 2 статьи 174 Кодекса (действуя при этом в качестве законных представителей корпорации как материального истца). А согласно п. 2 ст. 431.

1 ГК РФ сторона, принявшая от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнившая свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, что является примером принципа эстоппель, закрепленного в п. 5 ст. 166 ГК РФ.

Таким образом, при прочтении данных норм можно усмотреть противоречие, а именно: участник оспаривает сделку от имени юридического лица, а юридическое лицо в лице своих исполнительных органов исполнило условия оспариваемой сделки либо иным образом подтвердило ее сохранение, в связи с чем юридическое лицо и, как следствие, процессуальный истец по косвенному иску — участник общества — утрачивают право на оспаривание такой сделки.

Читайте также:  Заявление на выдачу трудовой книжки

Представляется, что принцип эстоппель не должен распространяться на исковые требования участника общества. Для подтверждения данной позиции следует обратиться к ст.ст.

45 и 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, где указано, что решение об одобрении и совершении обществом крупной сделки либо сделки с заинтересованностью принимается советом директоров (то есть коллегиальным исполнительным органом, осуществляющим волеобразование и волеизъявление юридического лица).

Вместе с тем в акционерном обществе аналогичное решение принимает единоличный исполнительный орган, осуществляющий соответствующее волеизъявление с предварительного одобрения (волеобразования) советом директоров (статьи 79 и 83 Закона об акционерных обществах). Аналогичное регулирование содержится в ст.ст. 79 и 83 Закона об акционерных обществах.

Таким образом, исходя из анализа вышеуказанных норм участник не выражает воли на исполнение сделки, а значит и недобросовестность в его действиях по оспариванию отсутствует. Исключением из этого вывода могут служить те случаи, когда ответчику удастся доказать, что участник знал об оспариваемой сделке и оспаривает ее по поручению менеджмента.

Не менее актуальным и значительным является вопрос о возможности предъявления требований по косвенному иску залогодержателем корпоративных прав. Так, п. 2 ст.358.

15 ГК РФ предусматривает, что до момента прекращения залога права участника общества осуществляются залогодержателем.

Однако, объем соответствующих прав залогодержателя не регламентирован, что, как следствие, порождает вопрос о допусти обращения залогодержателя корпоративных прав с косвенным иском к руководству компании.

Заслуживающим внимания по данному вопросу является решение Арбитражного суда Уральского округа [11], из материалов дела которого следует, что между производственной фирмой и коммерческим банком был заключен договор залога, предметом которого являлись права на участие в фирме.

В последующем банк-залогодержатель принял участие в общем собрании акционеров, где выбиралась кандидатура на должность председателя совета директоров, и отдал свой голос лицу, которое впоследствии был утверждён на соответствующую должность.

Однако, миноритарии в судебном порядке оспорили решение общего собрания, указывая, что банк не мог участвовать в управлении фирмой, так как это противоречит природе залога.

Суды отказали в удовлетворении указанных требований, утверждая, что «гражданско-правовой принцип свободы договора в системном толковании с принципом диспозитивности означает, что, если стороны не договорятся об ином, залогодержатель осуществляет права участника юридического лица в полном объеме».

В известном деле Ritchie v. McMullen [12] Верховным Судом США было признано: «Залогодержатель корпоративных прав вправе предъявлять к руководству компании, акции которой находятся у него в залоге, косвенный иск, поскольку он как никто другой заинтересован в ее благополучии и процветании».

Федеральный Верховный Суд Германии в Постановлении от 12.03.2015 по делу V ZB 41/14 [13] определил, что «косвенное участие в корпоративном капитале представляет собой возможность лица осуществлять права участника соответствующего общества опосредованно, то есть через аффилированных лиц или корпоративный договор, заключенный с третьим лицом».

Источник: https://moluch.ru/conf/law/archive/298/14240/

Решу егэ

Прочитайте текст и выполните задания 21—24.

Право на осуществление предпринимательской деятельности должно реализовываться в рамках границ, очерченных нормативными правовыми актами, содержащими как позитивные правила поведения, так и запреты, применяемые в данной сфере.

Совокупность правил, приемов и способов государственного регулирования предпринимательской деятельности образует режим ее осуществления.

Говорят как об общем правовом режиме, распространяющимся на всех субъектов (например, регистрационный режим), так и о специальном режиме, под действие которого попадает либо определенная часть субъектов предпринимательского права (например, банки, биржи), либо субъекты, осуществляющие определенный вид деятельности (лицензионный режим).

Конституционное право на осуществление предпринимательской деятельности обеспечено гарантиями.

Среди гарантий в первую очередь необходимо назвать возможность судебной защиты прав в случае их нарушения, равную защиту всех форм собственности, возможность ограничения прав только на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо для защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны и безопасности государства.

К гарантиям права на осуществление предпринимательской деятельности относят возможность свободного выбора: вида, сферы деятельности; территории осуществления деятельности; организационно-правовой формы осуществления деятельности.

Под организационно-правовой формой предпринимательской деятельности понимают совокупность имущественных и организационных отличий, способов формирования имущественной базы, особенностей взаимодействия собственников, учредителей, участников, их ответственности друг перед другом и контрагентами.

Действующее законодательство устанавливает следующие организационно-правовые формы предпринимательской деятельности: хозяйственные товарищества (полные и коммандитные), хозяйственные общества (с ограниченной ответственностью, с дополнительной ответственностью, акционерные), производственные кооперативы, государственные и муниципальные унитарные предприятия. Перечисленные организации по законодательству Российской Федерации являются коммерческими.

Помимо коммерческих действующим законодательством предусмотрена возможность создания организаций некоммерческих.

Некоммерческие организации могут создаваться в форме общественных и религиозных организаций (объединений), некоммерческих партнерств, учреждений, автономных некоммерческих организаций, социальных благотворительных и иных фондов, ассоциаций и союзов, а также в других формах, предусмотренных федеральными законами.

В том случае, если некоммерческой организации законом или уставом предоставлено право заниматься предпринимательской деятельностью, соответствующей целям, ради которых эта организация создана, прибыль от такой деятельности не распространяется между ее участниками, а направляется на достижение уставных целей.

Государственное регулирование предпринимательской деятельности может быть прямым (директивным) и косвенным (экономическим)… В рыночных условиях хозяйствования приоритет отдается косвенным методам регулирования с применением различных экономических рычагов и стимулов.

(И.В, Ершова)

Источник: https://soc-ege.sdamgia.ru/problem?id=2363

Косвенные иски: проблемы теории и практики

  • (Ярков В.) («Корпоративный юрист», 2007, N 11)
  • КОСВЕННЫЕ ИСКИ: ПРОБЛЕМЫ ТЕОРИИ И ПРАКТИКИ
  • В. ЯРКОВ
  • Ярков Владимир, доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой гражданского процесса Уральской государственной юридической академии.

В статье предложены пути решения ряда практических вопросов, возникающих при рассмотрении косвенных исков, в частности: подведомственности и подсудности, возбуждения дел, определения процессуального статуса акционера и общества, распределения судебных расходов, обязанностей по доказыванию и т. д.

Вопросы, связанные с защитой прав инвесторов с помощью такого средства исковой защиты, как косвенный (производный) иск, периодически возникают в судебной практике и доктрине, поскольку незавершенность правовых конструкций не позволяет однозначно разрешить все возникающие проблемы в судебном процессе.

Вместе с тем это дает возможность высказать самые различные точки зрения и подходы применительно к использованию косвенного иска. Начиная с 1996 г. мы неоднократно обращались к этой тематике и в настоящей статье попытаемся осветить некоторые современные вопросы теории и практики косвенного иска в развитии доктрины за данный период.

——————————— См., например: Ярков В. В. Косвенные иски. Новое в защите прав мелких инвесторов // Журнал для акционеров. 1996. N 3. С. 35 — 38; Защита прав мелких инвесторов в суде // ЭКО. 1996. N 3. С. 134 — 142; Последнее прибежище акционера // Российская газета. 12.03.1996. С.

15; Судебная защита интересов АО и его акционеров // Экономика и жизнь. 1996. N 20. С. 38; Корпоративное право: косвенные иски // Рынок ценных бумаг. 1997. N 18. С. 78 — 81; Защита прав акционеров по Закону «Об акционерных обществах» с помощью косвенных исков // Хозяйство и право. 1997. N 11. С. 72 — 78, N 12. С.

40 — 51; Защита прав инвесторов. Учебно-практический курс / Под ред. В. В. Яркова. СПб., 2006. С. 264 — 351.

Косвенный иск как новое исковое средство защиты

Косвенные иски занимают особое место в системе исковой защиты прав и относятся к числу новых категорий для российского процессуального права.

Выделение косвенного иска в качестве самостоятельного вида происходит при классификации исков по характеру защищаемого интереса и выгодоприобретателя по данному требованию.

По этому критерию различают иски прямые, в защиту публичных и государственных интересов, в защиту прав других лиц, косвенные и групповые . ——————————— См.: Ярков В. В. Новые формы исковой защиты в гражданском процессе (групповые и косвенные иски) // Государство и право. 1999. N 9. С. 32 — 40.

По косвенному иску при его удовлетворении прямым выгодоприобретателем выступает само общество, в пользу которого взыскивается присужденное. Выгода акционеров является косвенной, поскольку в случае выигрыша дела им причитается только возмещение со стороны ответчика понесенных ими судебных расходов.

Необходимость выделения косвенного иска в связи с развитием частноправовых способов защиты была в целом поддержана специалистами , но возникали и некоторые возражения. В частности, Г. Л.

Осокина взамен понятия косвенного иска предлагала использовать термин «корпоративный иск» как охватывающий самые различные требования, связанные с защитой прав акционерного общества — коллективного субъекта права и корпоративных отношений .

Такую критику сложно назвать плодотворной, поскольку выделение корпоративных исков основано на совершенно других критериях, нежели выделение косвенных исков, и проистекает из давно известной процессуальному праву классификации исков по материально-правовому признаку (т. е.

характеру материального правоотношения, из которого возникли соответствующие спор и требование). ——————————— См., например: Бушев А. Ю., Скворцов О. Ю. Акционерное право. Вопросы теории и судебно-арбитражной практики. М., 1997. С. 94 — 95; Тузов Д. О. Иски, связанные с недействительностью сделок: Теоретический очерк. Томск, 1998. С. 57; Аболонин Г. О.

Групповые иски в гражданском процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 1999. С. 10; Метелева Ю. А. Правовое положение акционера в акционерном обществе. М., 1999. С. 171 — 176; Зубович М. М., Семеусов В. А. Акционерное право: правовые аспекты. Иркутск, 2000. С. 117 — 126; Чугунова Е. И.

Производные иски в законодательстве и теории гражданского процесса // Арбитражный и гражданский процесс. 2001. N 4. С. 13 — 17; Рожкова М. А. Средства и способы правовой защиты сторон корпоративного спора. М., 2006. С. 347; Раздьяконов Е. С. Особенности исковой формы защиты прав и законных интересов акционеров. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2007. С. 12 — 13 и др. Осокина Г. Л. Чьи права защищаются косвенными исками? // Российская юстиция. 1999. N 10. С. 18 — 19; Иск (теория и практика). М., 2000. С. 89 — 106.

В доктрине стало встречаться и несколько странное понимание новых видов исков. Например, М. И.

Клеандров, исследуя групповые иски по искам о защите прав инвесторов, пишет о возможности «предъявления производного коллективного иска» , что крайне затрудняет понимание данного вопроса, поскольку производный иск и названный автором коллективный иск представляют собой разные средства исковой защиты. ——————————— Клеандров М. И. Экономическое правосудие в России: прошлое, настоящее, будущее. М., 2006. С. 450.

Косвенные иски выделяются в рамках принципиально иной классификации, о которой уже говорилось выше, — в зависимости от характера защищаемого интереса и выгодоприобретателя по иску.

Что касается остальных проблем, возникших в связи с появлением данной категории, в особенности о процессуальном положении акционеров, предъявивших иск в интересах акционерного общества, то они вполне разрешимы в рамках действующих АПК РФ и ГПК РФ, а также могут быть устранены в процессе совершенствования процессуального законодательства и судебной практики.

Читайте также:  Отличие трудового договора от договора подряда

Нормативная основа косвенного иска

В качестве правовой основы косвенного иска рассматривался п. 3 ст. 53 ГК РФ. Согласно данной норме, лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. Указанная норма содержится в § 1 гл.

4 ГК РФ, и подобное ее размещение не является случайным, поскольку тем самым данное общее правило об ответственности лиц, действующих от имени юридического лица, распространяется практически на все формы организации юридических лиц. Кроме того, приведенное положение, хотя и помещено в ГК РФ, имеет помимо материально-правового и процессуальное значение.

Общие признаки косвенного иска, содержащиеся в ст. 53 ГК РФ, заключаются в следующем. Во-первых, устанавливается субъектный состав участников данных отношений в материальном и процессуальном праве.

Материально-правовое требование принадлежит юридическому лицу, а обязанным субъектом, который должен возместить убытки, является лицо, выступающее от имени юридического лица. С точки зрения процессуальных правил право на предъявление иска предоставлено участникам юридического лица, которые рассматриваются в качестве истцов. Во-вторых, норма п. 3 ст.

53 ГК РФ в части определения надлежащих ответчиков является отсылочной, поскольку круг лиц, наделенных правом выступать от имени юридического лица, закрепляется в законе либо в учредительных документах. Поэтому следует анализировать прежде всего положения, например, Федерального закона от 26 декабря 1995 г.

«Об акционерных обществах» (далее — Закон об акционерных обществах) и Федерального закона от 8 февраля 1998 г. «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также учредительных документов (в основном уставов) с целью установления уполномоченных лиц, которым предоставлено право выступать от имени юридических лиц.

В-третьих, определен характер искового требования, которое заключается в возмещении убытков, причиненных управляющими юридическому лицу.

Какие-либо иные требования (например, о признании сделки недействительной) могут предъявляться только с учетом положений действующего законодательства, поскольку признание в качестве надлежащих истцов по указанным требованиям акционеров и участников обществ с ограниченной ответственностью, членов кооперативов и других лиц связано с соблюдением правил п. 2 ст. 166 ГК РФ. В-четвертых, в п. 3 ст. 53 ГК РФ установлены пределы ответственности лиц, выступающих от имени юридических лиц, а именно если они не освобождены от возмещения убытков законом либо договором. Таким образом, в этой части данное положение п. 3 ст. 53 ГК РФ также носит отсылочный характер.

Основные теоретико-прикладные проблемы понимания и использования косвенного иска

Интересно проследить степень освоения данной тематики, которая уже более 10 лет обсуждается в нашей литературе. В 1997 г.

нами выделялись следующие основные проблемы доктрины и правового регулирования косвенных исков, затрудняющие их использование как средств правовой защиты: 1) понимание косвенного иска (в частности, вопрос о том, можно ли рассматривать в качестве косвенных иски акционеров о признании сделок с участием обществ недействительными); 2) подведомственность и подсудность дел по косвенным искам; 3) истец по косвенному иску (кто может рассматриваться в таком качестве, каково правовое положение акционера, предъявившего иск, и акционерного общества); 4) ответчик по косвенному иску; 5) порядок уплаты государственной пошлины по косвенному иску; 6) особенности доказывания по косвенным искам; 7) характер ответственности ответчиков по косвенному иску; 8) возможные варианты судебного решения по косвенному иску . ——————————— См.: Ярков В. В. Защита прав акционеров по Закону «Об акционерных обществах» с помощью косвенных исков // Хозяйство и право. 1997. N 11. С. 72 — 78, N 12. С. 40 — 51.

В целом эти же вопросы дискутируются и поныне. Однако то, что к данной теме было привлечено внимание науки, а появление соответствующей судебной практики дало импульс продолжению дискуссии, можно оценивать только положительно.

Отдельные вопросы применения косвенных исков выносились для обсуждения на заседание научно-консультативного совета в виде проекта информационного письма ВАС РФ, которое, к сожалению, не было принято .

Попытка законодательного урегулирования этой сферы предпринималась в известном, но пока не завершенном проекте Минэкономразвития по разрешению корпоративных споров. ——————————— См.: Ерш А. В.

По материалам заседания гражданско-правовой секции научно-консультативного совета при Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации // Вестник ВАС РФ. 2006. N 4. С. 147 — 148.

Кроме того, появились достаточно серьезные исследования в отношении косвенных исков в русле материального права (в частности, А. А.

Маковской ), которые позволяют уточнить многие цивилистические и процессуально-правовые вопросы природы и порядка рассмотрения таких исков, особенно с точки зрения доказывания и содержания судебного решения как наиболее связанных с процессуальной тематикой. ——————————— Маковская А. А.

Гражданско-правовая ответственность руководителей акционерного общества перед обществом за причиненные убытки // Суд и право. Сборник статей к 10-летию Федерального арбитражного суда Уральского округа / Отв. ред. Б. М. Гонгало, И. Ш. Файзутдинов. Екатеринбург, 2005. С.

182 — 211; Основание и размер ответственности руководителей акционерного общества за причиненные обществу убытки // Убытки и практика их возмещения. Сборник статей / Отв. ред. М. А. Рожкова. М.: Статут, 2006. С. 329 — 371.

Остановимся на отдельных аспектах современной дискуссии по данной теме (в основном на примере ст. 71 Закона об акционерных обществах).

Предъявление иска с требованием о признании сделки недействительной: правовая природа

Кроме права на предъявление иска о взыскании убытков в пользу юридического лица, участники юридических лиц имеют право на обращение в суд с иском о признании недействительными сделок, заключенных юридическим лицом с нарушением норм действующего законодательства и не соответствующих интересам самого юридического лица.

На наш взгляд, такие иски являются разновидностью косвенных и могут быть направлены на защиту прав общества. Вместе с тем ряд специалистов высказались против такого подхода, например А. А. Грось и Д. И. Дедов . ——————————— Грось А. А., Дедов Д. И. Проблемы реализации косвенных исков // Закон. 2007. N 3. С. 157 — 158.

Для понимания этого вопроса целесообразно исходить из ранее обоснованного критерия — характера интереса и выгодоприобретателя по иску. Чьи интересы защищаются акционером в случае предъявления иска о признании недействительной, например, сделки с заинтересованностью (п. 2 ст.

84 Закона об акционерных обществах)? Надо ли акционеру при предъявлении подобного иска доказывать, что его права были нарушены такой сделкой? Здесь сложились разные подходы.

Например, в одном из дел в практике ВАС РФ компания «Болен Коммершиал Лтд» обратилась в арбитражный суд с иском к ОАО «Нефтяная компания «Роснефть» о признании недействительным договора купли-продажи, заключенного компанией и ОАО «Роснефть-Пунефтегаз» (далее — общество). Общество было привлечено к участию в деле третьим лицом.

Решением суда первой инстанции иск был удовлетворен, апелляционной и кассационной инстанцией жалобы были отклонены. Президиум ВАС РФ удовлетворил протест в порядке надзора, среди прочего отметив, что п. 1 ст. 84 Закона об акционерных обществах предусматривает право акционера предъявлять иски о признании сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, недействительными.

Однако реализация этого права возможна в том случае, если оспариваемой сделкой нарушены права или охраняемые законом интересы акционера общества и целью предъявленного иска является восстановление этих прав и интересов. Истец не указал, какие реально его права как акционера нарушены и какие конкретно неблагоприятные последствия повлекла для него данная сделка . ——————————— Постановление Президиума ВАС РФ от 12.11.2002 N 6288/02.

Такая же позиция отражена в п. 38 Постановления Пленума ВАС РФ от 18 ноября 2003 г. N 19: иски акционеров о признании недействительными сделок, заключенных акционерными обществами, могут быть удовлетворены в случае представления доказательств, подтверждающих нарушение прав и законных интересов акционера.

На наш взгляд, поскольку предъявленный акционером иск о признании сделки с заинтересованностью недействительной направлен на защиту интересов общества, то едва ли истец должен доказывать нарушение лично принадлежащих ему имущественных прав, ведь, как уже отмечалось ранее, косвенный иск характеризуется опосредованной связью имущественных интересов истца и акционерного общества, в защиту которого и предъявляется косвенный иск. Такой подход более соответствует духу и содержанию Постановлений КС РФ от 10 апреля 2003 г. N 5-П и от 24 февраля 2004 г. N 3-П, подчеркивающих, что при разрешении корпоративных споров требуется анализ правовой стороны защиты прав акционеров, а не экономической составляющей подобных судебных дел. Последнее Постановление Пленума ВАС РФ от 20 июня 2007 г. N 40 (далее — Постановление N 40) также свидетельствует о правильности подобного подхода. В п. 3 Постановления N 40 отмечено, что при рассмотрении дел об оспаривании сделок с заинтересованностью судам необходимо исходить из того, что условием для признания сделки с заинтересованностью недействительной является наличие неблагоприятных последствий, возникающих у акционерного общества или акционеров в результате ее совершения. Доказательства отсутствия неблагоприятных последствий представляются ответчиком. При этом исследуется, какие цели преследовали стороны при совершении сделки, отвечающей признакам сделки с заинтересованностью, было ли у них намерение таким образом ущемить интересы акционеров, повлекла ли эта сделка убытки для акционерного общества, не являлось ли ее совершение способом предотвращения еще больших убытков для акционерного общества. При разборе указанных дел учитывается, что на истца возлагается бремя доказывания того, каким образом оспариваемая сделка нарушает его права и законные интересы. При установлении арбитражным судом убыточности сделки для акционерного общества следует исходить из того, что права и законные интересы истца нарушены, если не будет доказано иное. Здесь делается акцент не только на нарушении личных прав акционера, но и на неблагоприятных последствиях для общества в целом, которые могут выражаться, например, в убыточности сделки для общества, что в конечном счете отражается и на имущественных интересах акционера. Г. С. Шапкина в этом плане справедливо отмечала, что «основанием предъявления таких исков является все-таки не прямое ущемление прав и интересов конкретного акционера (акционеров), а нарушение обществом требований законодательства при совершении сделки, причем иногда это нарушение затрагивает публично-правовые, а не частные интересы» . ——————————— Шапкина Г. С. О применении акционерного законодательства // ВВАС РФ. 2004. N 2. С. 122.

Вместе с тем со стороны истца возможно и злоупотребление правом, чем нередко характеризуются корпоративные споры, однако это уже проблема, требующая отдельного анализа и использования других средств правовой защиты.

Подведомственность дел по косвенным искам

Источник: http://center-bereg.ru/b11633.html

Ссылка на основную публикацию