Понятие и признаки акцессорного обязательства

Обязательным свойством любой сделки будет возникновение всевозможных прав и обязанностей. Количество и качество их напрямую зависит от характера этой сделки и сторон, в ней участвующих. Так, законодательством устанавливается возможность возникновения такого явления как акцессорное обязательство.

Основное понятие

Понятие и принципы акцессорных обязательств регламентируются ГК РФ. Кодексом устанавливается, что подобный вид напрямую проистекает из прямых обязательств. Это значит, что при исчезновении вторых, первые автоматически аннулируются.

Существование любого договорного обязательства подразумевает наличие целого спектра всевозможных прав. Часть из них характеризуют основные аспекты процесса, поэтому именуются основными.

Остальные разрабатываются с учетом необходимости предоставить дополнительные гарантии реализации обязательства, т. е. их основная цель – снизить риски неисполнения. Поэтому их именуют дополнительными (акцессорными обязательствами).

Они могут существовать, только пока имеются главные обязательства.

Однако такой механизм вовсе не значит, что порядок их возникновения закреплен. Т. е. вовсе не обязательно, что сперва возникает основное обязательство и только после него акцессорное. Ряд ситуаций предполагает, что дополнительное обязательство создается, чтобы обеспечить основное, которое возникнет только в будущем времени.

Понятие и признаки акцессорного обязательства

Акцессорные обязательства дают гарантию исполнения основных, появившихся, к примеру, при заключении договора

Таким образом, такое обязательство выражается в следующих факторах:

  • Оно всегда находится в прямой зависимости от основного обязательства.
  • Создается только с обеспечительной целью.
  • Для его реализации формируют независимый материальный источник исполнения.

Какие имеет свойства

Анализируя Гражданский Кодекс, можно выделить ряд общих признаков, присущих акцессорности:

  • Дополнительное обязательство, которое создается контрагентами, не может превышать объемы основного.
  • При наличии спорных моментов следует учитывать, что срок исковой давности акцессорного обязательства имеет прямую зависимость от главного.
  • При передаче основного обязательства вместе с ним одномоментно должно быть передано и дополнительное.
  • Отдельный перевод акцессорного обязательства без передачи главного законом определяется как невозможный.
  • Если основное обязательство теряет силу, то прекращает свое действие и второстепенное.
  • Наличие недостатков у обязательства не влечет их появление у основного.

Правовая основа

Когда заключается любой хозяйственный контракт (к примеру, договор купли-продажи), то, как правило, он несет в себе кроме основных и признаки акцессорности обеспечительных обязательств.

Действующий на данный момент в Российской Федерации Гражданский Кодекс дает правовую обоснованность коллизионных привязок для части таких дополнительных обязательств. Так, п. 3 ст. 1211 устанавливает, что при заключении договора поручительства опираться необходимо на право поручителей.

Если же подписывается договор залога, то соответственно – право залогодателя и залогодержателя.

Понятие и признаки акцессорного обязательства

Формирование обязательств происходит согласно законам

Если же обязательство, возникшее из соглашения, данной статьей не регламентируется, то в отношении него должен применяться закон, который наиболее близко соприкасается с обязательством. Чаще всего таковым становится закон, регулирующий основное обязательство.

Особняком в череде обязательств стоит банковская гарантия. Она хоть и выполняет роль обеспечителя исполнения, однако, не имеет зависимости от главного обязательства (ст.370 ГК РФ).

Гарантия подчинена сугубо индивидуальной коллизионной привязке. А учитывая, что она расценивается в качестве односторонней сделки, то согласно ст.

1217 ГК РФ к банковской гарантии должно быть применено право гаранта (если речь идет конкретно о дополнительных обязательствах).

Мчп об обязательствах

В рамках Международного Частного Права дополнительные обязательства не регулируются отдельными законодательными актами.

Все обязательства, которые сопутствуют внешнеэкономическим сделкам, подчинены локальным правовым актам. Т. е.

основное обязательство имеет прямое подчинение праву одной страны, а дополнительные – праву иного государства. В МЧП это явление имеет определение «множественность коллизионных привязок».

При рассмотрении дел с акцессорными обязательствами в международной правовой системе прибегают к коллизионной взаимности. Это значит, что суд того государства, в котором идет процесс основывается при вынесении решения на праве второй страны, но только при условии, что и ее суды поступают таким же образом.

Если же процесс связан с частноправовыми спорами, то коллизионная взаимность не учитывается. Право иного государства должно быть применено в местном суде вне зависимости от наличия взаимности.

Понятие и признаки акцессорного обязательства

В случае неисполнения обязательств залоговое имущество может быть изъято

Акцессорные способы исполнения обязательств

Опираясь на статьи ГК РФ, можно выделить целый ряд дополнительных способов, которые направлены на выполнение обязательств:

  • Поручительство. Выступает в качестве личностного обязательства, которое дается с целью подтверждения, что основное будет выполнено.
  • Залог. Согласно ГК кредитор в случае невыплаты долга имеет право удовлетворить свои материальные претензии, воспользовавшись имеющимся залогом. Именно поэтому его относят к акцессорным способам.
  • Ипотека. Учитывая, что ипотека расценивается в качестве залога недвижимого имущества, соответственно она автоматически приобретает черты акцессорности.
  • Неустойка. В рамках дополнительных обязанностей считается самой распространенной. Цель ее начисления – освободить кредитора от необходимости определять и доказывать размер понесенных убытков. Т. е. акцессорные признаки налицо: какова бы ни была сумма, неустойка должна быть выплачена обязательно.
  • Задаток. Такой способ служит подтверждением факта, что сделка состоялась. Даже, если одна из сторон отказывается далее выполнять свои обязательства по договору, задаток хотя бы частично компенсирует понесенный убыток второй стороне.
  • Удержание. Такой правовой способ возникает у кредитора в случае, если должник не выполнил свои обязательства. А значит, с исчезновением основного, теряет смысл и дополнительное, что автоматически ставит удержание в разряд вспомогательных способов.

Подводя итог, можно сказать, что акцессорные и неакцессорные способы обеспечения обязательств имеют ряд отличий. Самое главное заключается в том, что дополнительные проистекают из основных и существуют всегда взаимосвязано. Тогда как главные обязательства могут работать и без вспомогательных.

Узнать об обеспечении обязательств можно из видео:



Источник: https://MoyDolg.com/obyazatelstva/vidy/akcessornoe.html

Акцессорность обеспечительных обязательств: европейская правовая традиция и российская практика

В Вестнике гражданского права № 5 за 2012 напечатана первая часть моей статьи об акцессорности обеспечительных обязательств. Здесь я публикую небольшой отрывок из нее.

Акцессорность обеспечительных обязательств: европейская правовая традиция и российская практика

Р.С. Бевзенко,

кандидат юридических наук

1. Вводные замечания

Финансовый кризис 2008–2009 гг. стал для российского права, регулирующего обеспечительные сделки (залог, поручительство и банковскую гарантию), и практики его применения своеобразным тестом на прочность[1].

Именно на этот период времени, который характеризовался массовыми дефолтами по обязательствам, приходится и существенный рост споров, связанных с предъявлением кредиторами требования по обеспечительным сделкам (обращение взыскания на предмет залога, взыскание с поручителей, предъявление требований по банковским гарантиям).

Как мне представляется, российское право этот тест не прошло.

Такой вывод неизбежно следует из ряда фактов: суды, опираясь на формальное применение положений ГК РФ о залоге, поручительстве и гарантии, в массовом порядке признавали обеспечительные сделки недействительными, незаключенными, прекратившимися и освобождали лиц, выдавших обеспечение, от исполнения обязательств перед кредитором[2], а установленная законом процедура реализации «выживших» в горниле судебных баталий залогов оказалась совершенно неэффективной[3].

Все это выявило как содержательную и процедурную слабость обеспечительных конструкций, имеющих место в российской деловой практике, так и серьезнейшие проблемы в понимании и применении участниками оборота и судами соответствующих положений ГК РФ.

Это обстоятельство, соединенное еще и с традиционным недоверием к непоименованным способам обеспечения исполнения обязательств, которое довольно длительное время демонстрировали суды[4], оставило кредиторов, применявших российское право, один на один с должником: традиционные способы обеспечения обязательств легко разрушались в судах либо оказывались неэффективными, а непоименованные – чрезвычайно рискованными с точки зрения судебного признания обеспечительных прав. В итоге у кредиторов зачастую оставалось лишь то, что им предопределено этимологией самого термина «кредитор» (лат. credere – «верить»), – надежда, что должник не станет неплатежеспособным и исполнит обязательство. Картина довольно печальная для правопорядка, претендующего хотя бы и на региональное, но доминирование… 

Задачей настоящей статьи является разбор лишь одной, хотя, наверное, самой главной проблемы российского права, регулирующего обеспечительные сделки, – проблемы акцессорности обязательств, порождаемых обеспечительными сделками, т.е. их связи с обеспеченным обязательством.

Именно это свойство современного российского залога и поручительства – двух, пожалуй, наиболее распространенных в российской деловой практике обеспечительных конструкций – активно использовалось залогодателями и поручителями для «изобретения» различных способов освобождения от обязательств, возникающих из соответствующих договоров.

Однако изучение практики Президиума ВАС РФ по разрешению споров между кредиторами и лицами, выдавшими обеспечение, свидетельствует о том, что такое положение дел не устраивает высшую судебную инстанцию. Из более чем 20 споров, связанных с залогом и поручительством, которые Президиум рассмотрел в 2008–2011 гг.

, во всех без исключения случаях встречается один и тот же сюжет: кредитор попытался прибегнуть к реализации обеспечительных прав; лицо, предоставившее обеспечение, предъявило иск или возражение о наличии юридических пороков в обеспечительной сделке; нижестоящие суды, соглашаясь с ним, признали, что у кредитора обеспечительные права отсутствуют.

И во всех случаях Президиум ВАС РФ признавал позиции нижестоящих судов ошибочными, а обеспечительные права кредитора – существующими.

При этом результат анализа правовых позиций Президиума ВАС в сфере залога и поручительства должен неизбежно подтолкнуть юристов к выводу о том, что высшая судебная инстанция вовсе не считает акцессорность обязательств залогодателя или поручителя чем-то вроде «священной коровы»: «приспосабливая» довольно негибкие и консервативные нормы ГК РФ под нужды гражданского оборота, Президиум ВАС РФ, на мой взгляд, сформировал несколько генеральных линий ослабления взаимной связи обеспеченного и обеспечительного обязательства, что позволяет в значительном числе сложных случаев сохранить обеспечительные обязательства и тем самым защитить положение кредиторов.

Другой важный фактор, который подтолкнул меня к написанию этой статьи, – это грядущая реформа гражданского законодательства, в ходе которой планируется значительно изменить залоговое право, в том числе путем введения совершенно новой для российского правопорядка обеспечительной конструкции, именуемой в проекте новой редакции ГК «независимой ипотекой», а также модернизацией положений Кодекса о независимых гарантиях в части устранения законодательного ограничения круга лиц, которые могут выдавать такие гарантии (сейчас – это банки и страховые компании). Точечное изменение некоторых положений § 5 гл. 23 ГК РФ о поручительстве также приведет к ослаблению взаимной связи между обеспеченным обязательством и обязательством поручителя.

И наконец, последнее соображение: Россия пусть и является частью романо-германского правового мира, тем не менее фактически не участвует в общеевропейской правовой жизни, хотя проблемы, которые обсуждаются в ее рамках, содержательно очень близки с теми вопросами, которые встают перед разработчиками проекта новой редакции ГК РФ, судебными инстанциями, практикующими юристами. В сфере обеспечительных сделок в европейском частном праве сегодня, например, на повестке дня стоят такие вопросы, как создание конструкции так называемой евроипотеки (Euro-mortgage) (т.е. унифицированных и пригодных к использованию в любой стране – члене ЕС правил о вещном обеспечении (real security)) и переосмысление конструкции личного обеспечения (personal security), выданного физическим лицом финансовой организации. Оба этих вопроса теснейшим образом связаны с принципом акцессорности. Если в отношении евроипотеки сегодня по большей части побеждает модель неакцессорного вещного обеспечения по типу германского поземельного долга (Grundschuld) или швейцарской долговой расписки (Schuldbrief)[5], [6], то в отношении личного обеспечения (suretyship, guaranty), выдаваемого физическим лицом в обеспечение любой формы потребительского кредита, скорее предлагается усилить значение принципа акцессорности[7].

В настоящей статье я хотел бы вначале остановиться на теоретических аспектах принципа акцессорности, разобрав достоинства и недостатки его применения к обязательствам, возникающим из обеспечительных сделок.

Затем я перейду к материалу российского права и рассмотрю реализацию (как в законе, так и в судебной практике) принципа акцессорности в отношениях, связанных с залогом и поручительством.

В завершение я бы хотел рассмотреть особенности неакцессорных обеспечительных конструкций, имеющихся в действующем ГК РФ (банковская гарантия), а также в проекте модернизации гражданского законодательства (независимая ипотека и независимая гарантия).

2. Основные положения учения об акцессорности

Идея юридической связанности долга и обеспечивающего его обязательства предопределена самим существом обеспечительной сделки.

Обеспечение выдается только потому, что существует основной долг; цель предоставления обеспечения – упрочить веру кредитора в получение причитающегося ему по обязательству[8]; при отпадении этой цели должно быть восстановлено первоначальное положение, и обеспечительные права кредитора должны прекратиться[9]. Поэтому юридическая связь обеспеченного долга и обеспечительного правоотношения является абсолютно естественной[10].

В самой общей форме акцессорность одного (обеспечительного) обязательства по отношению к другому (обеспеченному) выражается краткой, но емкой формулой: нет долга – нет обеспечения[11]. Это действительно одно из наиболее заметных проявлений принципа акцессорности. Однако это далеко не полная его характеристика.

В литературе общепризнанным является мнение о том, что акцессорность проявляет себя на всех этапах существования обязательства от возникновения до прекращения.

В связи с этим выделяют[12]: (a) акцессорность возникновения; (b) акцессорность объема требования; (c) акцессорность следования за главным требованием; (d) акцессорность прекращения; (e) акцессорность в части возможности принудительного осуществления.

Обсуждая проблему строгого проведения принципа акцессорности, проф.

van Erp подчеркивает, что акцессорность является весьма разноплановым явлением и, различая акцессорность возникновения обязательства (Entstehungsakzessorietät), акцессорность, определяющую объем дополнительного обязательства, и акцессорность, имеющую значение для этапа принудительной реализации обеспечительных прав, предлагает определять необходимость отхода от акцессорности применительно к каждому из обозначенных ее аспектов[13].

Читайте также:  Предлагается внести новый состав правонарушения при управлении многоквартирными домами (законопроект)

Шотландский ученый A.

Steven также формулирует пять правил акцессорности обеспечительных прав, которые были извлечены им из решений авторитетных шотландских судей и при этом оказались, по его собственному признанию, весьма схожими с изложенной выше классификацией: (a) должен иметь место долг; (b) этот долг должен быть определенным; (c) при переходе долга к другому лицу оно приобретает права на обеспечение; (d) при прекращении долга акцессорное право также прекращается; (e) для принудительной реализации обеспечительных прав нужен актуальный долг[14].

Таким образом, даже беглый анализ свидетельствует о том, что акцессорность проявляет себя на всех этапах существования обязательства (возникновение, переход, добровольное исполнение, прекращение, принудительное исполнение), поэтому правильным является изучение этих аспектов отдельно друг от друга.

Вряд ли правильно утверждать, что тот или иной обеспечительный институт является акцессорным или неакцессорным, опираясь, например, только на акцессорность возникновения или акцессорность прекращения.

Например, немецкая обеспечительная ипотека (Sicherungshypothek) является акцессорной с точки зрения возникновения, объема, передачи и принудительной реализации, но она не прекращается при погашении долга, превращаясь в поземельный долг собственника[15].

Однако в российской литературе этот вид ипотеки иногда ошибочно именуют «акцессорной ипотекой»[16]; в западно-европейской исследованиях Sicherungshypothek квалифицируют как преимущественно акцессорную или частично акцессорную[17]. Причина проста: из пяти пунктов теста на акцессорность Sicherungshypothek проходит только три. Поэтому о полной или строгой акцессорности этого вида обеспечения говорить не приходится.

В связи с этим изучение акцессорности того или иного способа обеспечения целесообразно осуществлять посредством проведения следующего теста: имеются ли у соответствующего способа обеспечения все проявления акцессорности, только их часть или же эти признаки вовсе отсутствуют? В российской литературе, насколько мне известно, впервые такая методика изучения акцессорности (на примере ипотеки) была предложена И.В. Дедковским[18]. Однако прежде необходимо точно установить содержание каждого из проявлений акцессорности.

[1] Прошлые экономические кризисы (начала 90-х годов, 1998–1999 гг.

) вряд ли всерьез следует рассматривать как испытание для российского гражданского права, потому что к периоду первого из упомянутых экономических потрясений его так такового еще просто не существовало, а второй кризис (1998–1999 гг.) застал российское обязательственное право на самом начальном этапе формирования – практически сразу же после принятия нового ГК.

[2] Можно, к примеру, обратиться к статистике рассмотрения дел, связанных с обеспечительными сделками, в Президиуме ВАС РФ, которую я приведу чуть ниже.

[3] Это подтверждается тем, что законодатель дважды – в самый разгар кризиса (конец 2008 г.) и после окончания кризиса (2012 г.) – принимал масштабные поправки в залоговое законодательство, направленные на совершенствование обращения взыскания и реализации предмета залога.

[4] Достаточно вспомнить хотя бы существовавшие десятилетиями проблемы с судебным признанием возможности заключения таких обеспечительных сделок, как обеспечительная передача собственности, неденежная неустойка и обеспечительный депозит.

[5] См.: The development of a European Capital Market. Report of a Group of experts appointed by EEC Commission (Segré Report). Brussels, 1966. P.

23, 152–153; The Integration of the EU Mortgage Credit Markets: Report by Forum Group on Mortgage Credit. Internal market Directorate General, 2004. P. 55; см. также: Nasarre-Aznar S.

Looking for a model for a Eurohypothec // The Conveyancer and Property Lawyer. 2005. No. 69.

[6] Хотя широко обсуждаемый в европейской юридической литературе конфуз (предъявление американскими хэдж-фондами германским заемщикам – физическим лицам, частично погасившим свои долги по кредитам, требований о платежах, которые превышали имевшиеся у них задолженности перед банками), случившийся в период финансового кризиса 2008 г.

, с использованием этой конструкции и последовавшие за этим быстрые изменения некоторых положений BGB о поземельном долге сильно ослабили данную позицию (см. подробнее: Erp S. van. Security interests: A secure start for the development of European property law (http://ssrn.com/abstract=1297282); Vliet L. van. The German Grundschuld // The Edinburgh Law Review. 2012. Vol. 16. P. 148–149, 167).

[7] Erp S. van. Surety Agreements and the Principle of Accessority – Personal Security in the Light of a European Property Law Principle // European Review of Private Law. 2005. No. 3. P. 328–331.

[8] Mata M.A. de la. Typical Personal Security Rights in the EU. Comparative Law and Economics in Italy, Spain and other EU Countries in the Light of the EU Law, Basel II and the Financial Crisis. Tübingen, 2010. P. 36. 

[9] The Interaction of Contract Law and Tort and Property Law in Europe. A Comparative Study / C. von Bar, U. Drobnig (eds.). München, 2004. P. 341.

[10] A. Steven называет ее «интуитивной» (Steven A. Accessoriness and Security over Land (http://papers.ssrn.com/sol3/papers.cfm?abstract_id=1371139).

[11] Хотя R. Zimmermann и предупреждает, что обнаружить в высказываниях римских юристов ясную концепцию акцессорности невозможно (см.: Zimmermann R. Law of Obligations. Roman Foundations of the Civilian Tradition. Oxford University Press, 1996. P. 122). Ср. тем не менее довольно недвусмысленное высказывание Ульпиана в D. 46, 3, 43:

«In omnibus speciebus liberationum etiam accessiones liberantur, puta adpromissores hypothecae pignora». «В случае прекращения обязательств прекращаются и дополнительные обязательства, например поручительство, ипотека или пигнус».

По мнению M. Kazer, принцип акцессорности сложился в эпоху ранней Республики (Kazer M. Das Römisches Privatrecht. Bd. 1. C.H. Beck, 1971. S. 465 (цит. по: Steven A. Op. cit. P. 2)). М. Kazer описывал акцессорность таким образом: «Без требования залог не может существовать; по прекращении требования залог также прекращается».

Намного более красочным является описание принципа акцессорности, принадлежащее американскому профессору из Университета Аризоны (проф. Chester Smith) и воспроизведенное в решении одного из американских судов: «Долг – это корова, обеспечение – это хвост; корова может существовать без хвоста, но хвост без коровы – не может» (Steven A. Op.

cit. P. 4).

[12] См., например: Stöcker O.M., Sturner R. Flexibility, Security and Efficiency of Security Rights оver Real Property in Europe. Vol. III. Berlin, 2009. P. 45. Указанные авторы, в свою очередь, ссылаются на работу: Medicus D. Durchblick: Die Akzessorietät im Zivilrecht // Juristiche Sсhulung. 1971. P. 497 sqq.

[13] Erp S. van. Surety Agreements and the Principle of Accessority – Personal Security in the Light of a European Property Law Principle. P. 313.

[14] Steven A. Op. cit. P. 6–36.

[15] Вебер Х. Обеспечение обязательств. М., 2009.С. 283.

[16] Ср. например: Марочкина Ю.Н. Современные проблемы ипотечного кредитования (СПС «КонсультантПлюс»).

[17] Ср., например: Czeguhn I., Ahrens C. Fallsammlung zum Sachenrecht. Springer, 2006. S. 257; Huebner R. A History of Germanic Private Law. Boston, 1918. P. 393; Schuster E. Principles of German Civil Law. Oxford, 1907. P. 440; Vliet L. van. Op. cit. P. 149, 152–153.

[18] Дедковский И.В. Акцессорность ипотеки: Дис. … магистра юриспруденции. М., 2011. С. 36–78.

Источник: https://zakon.ru/Blogs/OneBlog/4657

Способы обеспечения исполнения обязательств

Энциклопедия МИП » Гражданское право » Обязательства » Способы обеспечения исполнения обязательств

Понятие и сущность выполнения обязательств, средства, которые обеспечивают ответственность, их отличительные признаки.

Содержание

Имеющиеся способы обеспечения исполнения обязательств, а также порядок возникновения недействительности договоров об обеспечении, регламентируются в рамках понятий ст. 329 Кодекса. Рассмотрим, при помощи каких средств реализуется выполнение обязательств, понятие акцессорного обязательства, и многие другие вопросы.

Понятие и сущность выполнения обязательств

Существует следующее понятие выполнения обязательств – это осуществление соответствующей стороной гражданских правоотношений (должником или кредитором) определенных действий, возникновение которых направлено на реализацию прав и обязанностей, предусмотренных сущностью и значением обязательства.

Сущность выполнения обязательств – это реализация соответствующим лицом действий в определенной юридической мере, установленной в соответствии с лежащей на таком лице обязанности.

Средства, которые обеспечивают ответственность, их отличительные признаки

  • Правовые средства, действующие для надлежащего обеспечения ответственности, обладают целым спектром характеристик, рассмотрение понятий которых позволяет исключить те средства, которые не могут быть рассмотрены в качестве надлежащего обеспечения ответственности.
  • И хотя имеющиеся признаки у определенного вида правового средства, не являющегося надлежащим обеспечением по ответственности, могут быть схожими с “истинными” правовыми средствами, подробный анализ поможет выявить таковые.
  • Так, способами надлежащего обеспечения ответственности нельзя считать те, которые затрагивают интересы других участников гражданских отношений, помимо сторон обязательства.

Методы обеспечения ответственности, их характеристика

Ч. 1 ст. 329 Кодекса устанавливает сравнительный перечень способов, являющихся надлежащим обеспечением по ответственности. Таковыми являются:

  • уплата неустойки;
  • осуществление процедуры по удержанию имущества дебитора;
  • взнос задатка;
  • поручительство;
  • обеспечительный платеж;
  • предоставление залога;
  • выдача гарантии;
  • отдельные способы обеспечения исполнения обязательств, указанные в законе или договоре участников процесса.

Система способов обеспечения исполнения обязательств условно делится на нижеследующие группы:

  • несущие исключительную цель по стимулированию дебитора на погашение долга;
  • служащие для защиты интересов имущественного характера в отношении кредитора;
  • способствующие к выполнению обязательств дебитором, а при неисполнении таковых – обеспечивающие общую защиту имущественных прав и интересов кредитора.

К первой группе относятся:

  • задаток;
  • неустойка;
  • обеспечительный платеж.

Неустойка как способ обеспечения исполнения обязательств, задаток и обеспечительный платеж призваны стимулировать дебитора к исполнению обязательства и погашению задолженности в силу факта очевидного повышения вероятности погашения задолженности дебитором из-за угрозы уплаты неустойки, потери задатка или обеспечительного платежа.

Ко второй группе относятся следующие понятия:

  • поручительство;
  • гарантия банка.

Поручительство как способ обеспечения исполнения обязательств и гарантия не предусматривают прямого стимулирования должника к погашению имеющейся задолженности. Вместо этого, данные способы позволяют защитить имущественные интересы кредитора посредством выплаты последнему денежных средств в качестве компенсации от стороннего физического или юридического лица.

Наконец, третья группа способов включает в себя:

  • залог;
  • удержание имущества дебитора.

Залог как способ обеспечения исполнения обязательств и удержание как способ обеспечения исполнения обязательств являются средствами для побуждения должника к погашению долга, а в случае неисполнения – и гарантировать правовую защиту имущества кредитора.

Понятие и особенность акцессорного обязательства

Акцессорное – это такое обязательство, которое является дополнительным к основному, и регламентирует особенности взаимоотношений между кредитором и лицом, которое обеспечивает должное исполнение обязательства.

Данный вид ответственности является методом реализации защиты имущественных прав кредитора в порядке обеспечения посредством банковской гарантии или поручительства.

При этом, помимо основных правоотношений между должником и кредитором, в порядке дополнительного обязательства происходит возникновение новых правоотношений – между кредитором и лицом, обеспечивающим должное выполнение обязательств (банк, поручитель и др.).

Существуют следующие особенности акцессорного обязательства:

  • акцессорное, признанное аннулированным, не повлечет за собой аннулирования основного;
  • прекращение основного будет означать прекращение и дополнительного, но только в случае, если другое нормативное положение не определено в законе или соглашении между сторонами;
  • акцессорное и само может обеспечиваться тем или иным видом обеспечения.

Акцессорное обязательство занимает особое правовое значение. Без возникновения такового невозможно существование конкретного способа обеспечения обязательств в принципе.

Так, не являются мерами обеспечения:

  • зачет взаимных требований (например, при взаимоотношениях банка и клиента по договору банковского счета, предусматривающих взаимные требования первого в отношении оплаты услуг банка за обслуживание и кредитование счета, и последнего – в отношении уплаты процентов за использование средств банком);
  • осуществление перехода риска гибели имущества при случайных обстоятельствах на другого участника гражданских отношений;
  • аккредитивный вид расчетов, при котором банк гарантирует оплату стоимости товара продавцу за покупателя.

Алгоритм выбора метода обеспечения ответственности

При сравнительном выборе метода, при помощи которого будет производиться обеспечение обязательства, следует руководствоваться не столько юридическими мотивами и целями, сколько экономической целесообразностью.

Некоторые основания и нюансы для выбора:

  • поручительство будет нецелесообразным, если за дебитора поручается малоимущее физическое лицо (в этом случае, возникновение поручительства будет лишь юридическим фактом, и вряд ли сможет гарантировать возмещение кредитору понесенных убытков в случае неисполнения дебитором своих обязательств);
  • при выборе в качестве способа надлежащего обеспечения неустойки, задатка или обеспечительного платежа следует руководствоваться значением платежеспособности дебитора (при отсутствии у такового материальной возможности уплатить соответствующие суммы, использование неустойки, задатка или обеспечительного платежа будет экономически нецелесообразным);
  • залог как способ обеспечения исполнения обязательств рекомендуется к выражению в виде того объекта имущества, которое имеет наибольшую ценность (родовую, фамильную и др.) для должника, и/или стоимость которого существенно выше размера задолженности (в противном случае, стимулирующая роль будет слабо выражена или полностью утрачена);
  • при выборе банковской гарантии следует исходить из характеристики финансового положения кредитной организации, наличия у нее соответствующей репутации и др.

Источник: https://advokat-malov.ru/obyazatelstva/sposoby-obespecheniya-ispolneniya-obyazatelstv.html

Понятие и способы обеспечения исполнения обязательств

Каждое обязательство основывается на вере кредитора в надлежащее исполнение должником своей обязанности, которая базируется на воз­можности применения в отношении неисправного должника мер граж­данско-правового принуждения в виде:

  • мер ответственности;
  • мер защиты.
Читайте также:  Система корпоративного управления ао изменена

Поэтому необходимыми оказываются особые дополнитель­ные правовые средства, специально предусмотренные для предварительного обеспечения имущественных интересов кредитора путем создания особых га­рантий надлежащего исполнения обязательства должником. Закрепляющие их нормы составляют институт обеспечения исполнения обязательств.

В соответствии с п. 1 ст. 329 ГК исполнение обязательств может обес­печиваться:

    • неустойкой;
    • залогом;
    • удержанием вещи должника;
    • поручительством;
    • независимой гарантией;
    • задатком;
    • обеспечительным платежом;
    • другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (статья 330 ГК РФ). По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков. Кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

В силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом (статья 334 ГК РФ). В случаях и в порядке, которые установлены законами, удовлетворение требования кредитора по обеспеченному залогом обязательству (залогодержателя) может осуществляться путем передачи предмета залога в собственность залогодержателя.

Удержание вещи должника заключается в праве кредитора, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено (статья 359 ГК РФ). Удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели. Кредитор может удерживать находящуюся у него вещь, несмотря на то, что после того, как эта вещь поступила во владение кредитора, права на нее приобретены третьим лицом.

По договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части (статья 361 ГК РФ). Договор поручительства может быть заключен также для обеспечения обязательства, которое возникнет в будущем.

В силу независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом (статья 368 ГК РФ).

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями. К обязательствам иных лиц, выдавших независимую гарантию, применяются правила о договоре поручительства.

Задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения.

Соглашение о задатке независимо от суммы задатка должно быть совершено в письменной форме.

В случае сомнения в отношении того, является ли сумма, уплаченная в счет причитающихся со стороны по договору платежей, задатком,  эта сумма считается уплаченной в качестве аванса, если не доказано иное.

Обеспечительный платеж — определенная денежная сумма, вносимая одной из сторон в пользу другой стороны, и которая по соглашению сторон обеспечивает денежное обязательство, в том числе обязанность возместить убытки или уплатить неустойку в случае нарушения договора, и обязательство, возникшее по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 1062  ГК РФ (предусматривающих обязанность стороны или сторон сделки уплачивать денежные суммы в зависимости от изменения цен, курсов валют, величины процентных ставок и т.д.). Обеспечительным платежом может быть обеспечено обязательство, которое возникнет в будущем.

При наступлении обстоятельств, предусмотренных договором, сумма обеспечительного платежа засчитывается в счет исполнения соответствующего обязательства.

Сущность специальных способов обеспечения исполнения обяза­тельств

Сущность специальных способов обеспечения исполнения обяза­тельств сводится к предоставлению кредитору дополнительного обес­печения в виде определенного эквивалента сделанного им предостав­ления, которое экономически выглядит как кредит:

  • личный (если наряду с должником личную ответственность за его долг принимает на себя какое-то третье лицо) в форме:
    1. поручительства;
    2. независимой гарантии;
    3. неустойки.
  • ре­альный (если из имущества известного лица выделяется отдельный объ­ект, из стоимости которого может быть предоставлено удовлетворение кредитору в случае неисполнения должником обязательства) в форме:
    1. задатка;
    2. залога;
    3. удержания;
    4. обеспечительного платежа.

Такие способы обеспечения исполнения обя­зательств, как поручительство и независимая гарантия, являются фор­мами личного кредита, ибо при их установлении кредитор руково­дствуется принципом: верю не только личности должника, но и лич­ности поручителя (гаранта).

Соглашаясь с установлением неустойки, кредитор получает определенный дополнительный личный кредит от должника, так как неустойка является дополнительной санкцией по отношению к основной общей санкции за нарушение обязательства — возмещению убытков (ст. 393 ГК).

Задаток, залог, удержание, обеспечительный платеж как спосо­бы обеспечения исполнения обязательств представляют собой формы реального кредита, ибо при их установлении кредитор руководствует­ся принципом: верю не личности должника, а имуществу.

Акцессорные и неакцессорные способы обеспечения исполнения обязательств

Способы обеспечения исполнения обязательств подразделяются на:

  • акцессорные (дополнительные):
    1. неустойка;
    2. за­даток;
    3. поручительство;
    4. залог;
    5. (удержание):
    6. обеспечительный платеж.

Со­глашение об установлении какого-либо акцессорного обеспечения исполнения обязательств порождает принадлежностное, акцессорное (obligationes accessoriae) обязательство, призванное обес­печить исполнение главного, основного (obligationes principals) обяза­тельства.

Акцессорные обязательства, обеспечивающие исполнение основного обязательства, могут возникать также непосредственноиз предписаний закона при наступлении определенных юридических фактов. Так, в силу закона при наличии условий, предусмотренных п. 3 ст. 334 ГК, может возникнуть право залога.

Удержание как способ обеспечения исполнения обязательства име­ет черты сходства с акцессорными способами обеспечения исполнения обязательств. Из нормы п. 1 ст. 359 ГК вытекает, что право на удержа­ние не может существовать помимо обязательства, исполнение кото­рого оно обеспечивает.

Акцессорность характера обязательства, обеспечивающего испол­нение основного обязательства, означает:

    1. не­действительность основного обязательства влечет недействительность обеспечивающего его обязательства, если иное не установлено законом (п. 3 ст. 329 ГК);
    2. недействительность соглашения об обеспе­чении исполнения обязательства не влечет недействительности обеспе­чиваемого обязательства (основного обязательства) (п. 2 ст. 329 ГК);
    3. при замене кредитора в обеспечиваемом обязательстве, если иное не установлено законом, соглашением сторон или не противоре­чит существу средства обеспечения исполнения обязательства, к ново­му кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение основно­го обязательства (переданного права требования) (ст. 384 ГК).

К неакцессорным способам обеспечения исполнения обязательств относится независимая гарантия, так как предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром (лицом, которому предназначен денежный платеж, получатель денег, выгоды, прибыли, доходов) не зависит в от­ношениях между ними от того основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, даже если в гарантии содержится ссылка на это обязательство (ст. 370 ГК). Иначе говоря, обязательст­во гаранта перед бенефициаром сохраняется даже в случае недействи­тельности основного обязательства (п. 2 ст. 376 ГК).

Обязательства, обеспечивающие исполнение основных обязательств, но не носящие характер акцессорных, являются просто взаимосвязанны­ми с основными обязательствами. В случаях, когда имеет место простая, т.е.

без признаков акцессорности, взаимосвязь основного и обеспечи­тельного обязательств, действительность обеспечительного обязатель­ства может сохраниться даже в случае признания недействительности основного обязательства.

Неакцессорным характером помимо банков­ской гарантии обладают и некоторые другие способы обеспечения ис­полнения обязательства, отнесенные законом к иным.

Обеспечительный характер всех способов обеспечения надлежаще­го исполнения обязательств и их взаимосвязь с основным обязатель­ством означают, что соглашения об их установлении должны иметьместо до факта неисполнения (ненадлежащего исполнения) основно­го обязательства.

Если такие соглашения совершаются после наруше­ния обязательства и исполняются с целью удовлетворения требований кредитора, то чаще всего такие сделки являются притворными со все­ми вытекающими последствиями.

Например, соглашение о неустой­ке, заключенное после факта неисполнения основного обязательства, фактически прикрывает сделку об отступном, а договор поручительст­ва, заключенный после факта неисполнения основного обязательства и исполненный поручителем, в действительности прикрывает сделку возложения исполнения нарушенного обязательства на третье лицо.

Если соглашение о залоге совершается после факта неисполнения или ненадлежащего исполнения денежного обязательства с целью предос­тавления кредитору преимущественного права перед другими креди­торами, то оно должно быть признано недействительным как проти­воречащее закону (ст. 168 ГК) и нарушающее права третьих лиц.

Источник: https://jurkom74.ru/ucheba/ponyatie-i-sposobi-obespecheniya-ispolneniya-obyazatelstv

Обязательства акцессорные — Энциклопедия по экономике

Обязательства акцессорные

ОБЯЗАТЕЛЬСТВО АКЦЕССОРНОЕ — см. АКЦЕССОРНЫЙ ДОГОВОР
 [c.469]

АКЦЕССОРНЫЙ ДОГОВОР -придаточный, дополнительный договор, присоединяемый к другому, главному договору (обязательству).
 [c.21]

Таким образом, поручительство создает дополнительное (акцессорное) обязательство поручителя по отношению к основному обязательству другого лица (должника, в нашем случае поставщика) перед кредитором (заказчиком).
 [c.290]

Залог, являясь одним из способов обеспечения исполнения обязательства, выступает в роли акцессорного (дополнительного к основному) обязательства. Однако залогу присущи отдельные элементы не обязательственного, а вещно-правового характера. Можно выделить следующие черты, позволяющие рассматривать залог в качестве вещно-правового способа обеспечения исполнения обязательств  [c.251]

Залогодержатель — это всегда кредитор основного обязательства. Данное правило вытекает из самого смысла залога как способа обеспечения исполнения обязательства.

Надлежащее исполнение обязательства имеет, прежде всего, значение для кредитора (управомоченного субъекта) этого основного обязательства и ни для кого больше.

Кроме того, на совпадение кредиторов основного и акцессорного обязательств
 [c.255]

По российскому законодательству ипотека носит строго акцессорный характер и учреждается в двух формах с выдачей закладной и без выдачи закладной.

Закладная не может быть выдана, если предметом ипотеки является предприятие как имущественный комплекс, земельные участки из состава земель сельскохозяйственного назначения, леса, и право аренды перечисленного выше имущества, а также, если ипотекой обеспечивается денежное обязательство, сумма долга по которому на момент заключения договора не определена и ко-
 [c.281]

Это связано с тем, что поручительство является акцессорным обязательством по отношению к основному и существует постольку, поскольку существует основное обязательство.

Естественно, что с отпадением основного обязательства (в частности, если оно недействительно) поручительство прекращается. Главное условие, предъявляемое п. 3 ст. 329 ГК к требованию, обеспеченному поручительством, — его действительность.

Поручительством можно обеспечивать обязательство, которое возникнет в будущем.
 [c.301]

Однако такой недостаток, на наш взгляд, легко устраним путем внесения в действующий ГК изменений, касающихся взаимосвязи между основным обязательством и банковской гарантией. Банковская гарантия, как и другие способы обеспечения, должна зависеть от основного обязательства, должна носить акцессорный характер, чего в ГК РФ нет.
 [c.314]

Согласно правилам, установленным гл. 4 Положения, платеж по векселю может быть обеспечен авалем — вексельным поручительством. Суть его состоит в том, что за любое ответственное по векселю лицо может поручиться третье лицо — авалист. Аваль, именуясь поручительством в вексельном праве, отличается от общегражданского поручительства. Ст.

32 Положения предусматривает, что авалист отвечает также, как и тот, за кого он дал аваль. При этом обязательство авалиста действительно даже в том случае, если то обязательство, которое он гарантировал, окажется недействительным по любому иному основанию, чем дефект формы.

Таким образом, обязательство авалиста имеет ограниченно акцессорный ха-
 [c.552]

Обеспечения представляют собой дополнительные, так называемые акцессорные (от латинского a essorius — добавочный), обязательства по отношению к основному. Их перечень установлен главой 23 ГК РФ.
 [c.590]

В этой связи хотелось бы высказать некоторые сомнения. Конечно, государство в силу ПС может быть участником гражданских правоотношений и стороной в договоре залога. Непривычным здесь выглядит то, что гражданско-правовыми способами обеспечивается исполнение публичной обязанности.

И если залогодателем выступает сам налогоплательщик, а не третье лицо, то происходит некое раздвоение государство и налогоплательщик, будучи сторонами в публичном правоотношении, для обеспечения исполнения публичной обязанности становятся контрагентами в гражданско-правовом обязательстве.

Между тем до сих пор безусловно существующая взаимосвязь основного и акцессорного обязательств традиционно основывалась на единстве их правовой природы.
 [c.191]

Во-вторых, по общему правилу, закрепленному ст. 329 ГК РФ, обязательство, обеспечивающее исполнение, является дополнительным, акцессорным, по отношению к основному обязательству. В связи с этим возникает вопрос, может ли гражданско-правовое обязательство обеспечивать налоговое правоотношение, в котором стороны находятся в отношениях субординации.

Можно ли в принципе говорить о том, что между налогоплательщиком и налоговым органом может быть заключен договор залога, в котором налогоплательщик является залогодателем, а налоговый орган — залогодержателем. Ведь обязанность уплатить налоги и сборы вытекает не из договора, а из закона и имеет исключительно публично-правовой, а не договорный характер.
 [c.

164]

Источник: https://economy-ru.info/info/5700/

Акцессорные и неакцессорные обязательства в гражданском праве

Для возникновения акцессорного права необходимо наличие долга: без него у кредитора не возникают акцессорные обеспечительные права, вытекающие из соглашения об обеспечении, – неважно, будь то соглашение о личном обеспечении или о вещном обеспечении.

Читайте также:  Премии руководства госкомпаний будут введены в рамки (законопроект)

Кредитором по обеспечиваемому долгу должно быть лицо, в пользу которого установлено обеспечение. Однако должником может быть как лицо, установившее обеспечение (например, давшее залог), так и третье лицо (таковым всегда является поручитель; залог может быть предоставлен третьим лицом).

В подавляющем большинстве случаев, когда фигуры должника и обеспечителя не совпадают, обеспечение предоставляется третьим лицом по долгу должника в связи с тем, что между ними имеются какие-либо отношения, объясняющие такое участие третьего лица в делах должника. Эти отношения обычно именуют отношениями покрытия.

Как правило, покрытием поручительства или залога третьего лица являются обязательственные либо корпоративные отношения, связывающие должника по обязательству и лицо, выдавшее обеспечение.

Так, дать согласие на выдачу поручительства может тот, кто уже имеет обязательство перед должником, срок исполнения которого незначительно меньше, равен или превышает срок исполнения обеспечиваемого обязательства. В этом случае, исполнив кредитору должника и получив в порядке суброгации требование к должнику, поручитель может провести зачет.

Другой пример обязательственной связи, объясняющей выдачу поручительства, – это наличие у обеспечителя обязательства перед должником, содержанием которого как раз и является обязанность выдать обеспечение (заключить с кредитором договор поручительства, обременить залогом собственное имущество, выдать гарантию и т.п.).

Как правило, договоры о выдаче обеспечения заключаются в случае, если эта деятельность является профессиональной деятельностью обеспечителя и он взимает с лиц, прибегающих к его услугам, вознаграждение.

Еще один пример отношений покрытия, объясняющих выдачу поручительства по долгу другого лица, — это корпоративная связь, когда поручительство или залог представляется дочерней компанией за материнскую, учредителем – за свое юридическое лицо и т.п. В данном случае договор о выдаче обеспечения не нужен, так как должник и обеспечитель фактически являются одним экономическим субъектом; разумеется, никакого вознаграждения за выдачу обеспечения обеспечитель не получает, а уплаченные им кредитору денежные средства рассматриваются как имущественные потери всего бизнеса в целом [4, с. 29]

Изучение отношений покрытия имеет значение для ответа на такой вопрос: прекращает ли их отпадение обеспечительные обязательства? Например, договор о выдаче поручительства был признан недействительным; юридическое лицо, давшее залог по долгу должника, более не входит с ним в одну предпринимательскую группу и т.п.

Ответ на этот вопрос должен быть отрицательным, так как права по обеспечительной сделке устанавливаются в пользу кредитора, не являющегося участником отношений покрытия. Поэтому на него не могут быть возложены риски, связанные с этими отношениями.

Однако отпадение отношений покрытия может быть включено в обеспечительную сделку как отменительное условие.

В случае же если должником и лицом, предоставившим обеспечение, являются физические лица, то зачастую участие третьего лица в делах должника объясняется родственными связями, дружескими и иными личными отношениями, не имеющими экономического содержания. Такие отношения не регулируются правом, и потому их изменение также не должно оказывать влияние на отношения между кредитором и обеспечителем.

Даже самое строгое понимание акцессорности не требует, чтобы требование, которое обеспечивается акцессорным обязательством, было по своей природе способным к принудительному осуществлению, т.е. чтобы у кредитора уже имелось бы право на взыскание с должника долга.

Более того, это в некотором смысле вошло бы в противоречие с природой обеспечительных отношений, для которых обеспечение требований, уже просроченных к моменту заключения обеспечительной сделки, все же является нехарактерным. Обеспечение, как правило, устанавливается на случай неисполнения, т.е. в тот момент, когда просрочки еще нет.

Поэтому следует считать допустимым возникновение акцессорного обязательства и тогда, когда основное обязательство возникло, но права кредитора по нему не являются «созревшими» (таковы обязательства, подлежащие исполнению в будущем либо до востребования) либо находятся в состоянии «подвешенности» (обязательства, возникающие из сделок, совершенных под отлагательным условием; обязательства, которые требуют наступления так называемого «условия права» – conditio iuris).

Более сложным является примирение принципа акцессорности с ситуацией, когда обеспечиваемые права кредитора таковы по своей природе, что для их возникновения требуется не только заключение договора, но и совершение самим кредитором каких-либо действий. Этот случай хорошо иллюстрируется примером обычного кредитного договора.

Для того чтобы у банка возникло право (пусть даже и «несозревшее») требовать возврата кредита, он должен быть выдан заемщику.

Спрашивается: в какой момент заключение обеспечительной сделки будет допустимым с точки зрения акцессорности? С момента фактического получения заемщиком кредита? Но ни один кредитор не пойдет на это, ведь имеется вероятность того, что обеспечительная сделка не будет заключена и требование кредитора останется необеспеченным.

В момент заключения кредитного договора? Но ведь непосредственно после заключения кредитного договора у кредитора отсутствуют какие-либо требования к должнику, а это препятствует созданию акцессорного права. По сути, требование непременного наличия обязательства для установления обеспечения загоняет кредитора в тупик…

Экономическая целесообразность и изучение практических казусов требуют значительного ослабления акцессорности возникновения обеспечительных обязательств, если не полного отказа от этого принципа.

В связи с тем, что столь строгое проведение акцессорности в отношении возникновения обеспечительного права лишено практического смысла, все правопорядки, придерживающиеся принципа акцессорности в отношении обеспечительных обязательств, допускают обеспечение будущих требований.

При этом возможны различные вариации: например, указание при заключении обеспечительной сделки на то, что обеспечение устанавливается в отношении «всех будущих долгов» (all monies), «текущего счета» (current account contract), «будущей ответственности, ограниченной суммой», «открытого кредита» (open credit), «любого долга, могущего возникнуть в будущем» и т.п. [1, с. 30 — 31].

Необходимо внести ясность в конструкцию обеспечения будущих требований. Мыслимы два подхода.

Первый заключается в том, что обеспечительное право, установленное в обеспечение будущих требований, возникает с момента заключения обеспечительной сделки (либо выполнения необходимых формальностей: внесение в реестр и т.п.

), но кредитор не может его принудительно реализовывать, так как требование по-прежнему является будущим.

Второй подход состоит в том, что, несмотря на заключение обеспечительной сделки, обеспечительные права возникнут у кредитора только тогда, когда обеспеченное обязательство из разряда «будущих» переместится в разряд «настоящих». Самого по себе этого факта (при наличии соглашения об обеспечении) будет достаточно для того, чтобы такое требование с момента его возникновения считалось обеспеченным [4, с. 29].

На мой взгляд, концепции акцессорности возникновения в большей степени соответствует второй подход. Первый же подход в значительной степени игнорирует акцессорность и стремится освободить обеспечительное обязательство от какой-либо зависимости от основного долга.

Тем не менее сама по себе возможность обеспечения будущих долгов существенно размывает идею акцессорности возникновения, и поэтому представляется вполне справедливым утверждение O.M. Stöcker и R.

Sturner о том, что целесообразнее говорить о том, что акцессорное обеспечение не может существовать без юридически действительного основного правоотношения, из которого будут возникать обеспеченные требования, и не упоминать при этом классическую фразу о необходимости существования долга. A.

Steven, обсуждая проблему обеспечения будущих требований, также приходит к выводу о том, что акцессорность возникновения следует понимать как «accessoriness in posse rather than in esse», т.е. скорее как связанность с возможным, а не существующим долгом [1, с. 30 — 31].

Еще одна проблема, которая зачастую обсуждается в контексте акцессорности возникновения обеспечительного обязательства, заключается в том, что в некоторых случаях возникновение у кредитора прав, вытекающих из обеспечительной сделки, связано не только с наличием основного долга, но и с внесением в особые реестры записи о соответствующей сделке (либо обременениях, порожденных этой сделкой). Речь идет, разумеется, прежде всего, о залоге. Все без исключения европейские правопорядки связывают с внесением в реестр либо само возникновение права залога, либо возможность его предоставления третьим лицам (новым приобретателям или иным кредиторам) [6, с. 64-83]. Поэтому неизбежна следующая коллизия: с одной стороны, в реестре может быть запись об ипотеке, но пока обеспеченное обязательство не возникло, эта запись не может предоставлять лицу, в пользу которого обременена недвижимость, каких-либо обеспечительных прав. С другой стороны, эта запись в реестре может ввести в заблуждение третьих лиц, которые, доверившись ей, например, вступят в отношения с кредитором.

Ответ на этот вопрос следует искать в праве, регулирующем значение и ведение реестра прав на недвижимое имущество. Если регистрационная система является негативной (т.е.

запись сама по себе не создает право — для возникновения права всегда нужно еще и должное правовое основание), то никаких проблем не возникает.

При отсутствии обеспеченного обязательства (например, кредит, в обеспечение которого была зарегистрирована ипотека, еще не выдан), несмотря на внесенную в реестр запись об ипотеке, в силу акцессорности возникновения залоговое право у кредитора не возникает.

Иначе дела обстоят в позитивной регистрационной системе (когда запись сама по себе создает право – надлежащее правовое основание для этого не имеет значение). В этом случае акцессорность возникновения ипотеки вступает в резкое противоречие с материально-правовым значением записи.

На это обращал внимание один из разработчиков проекта BGB Reinhold Johow, который заметил, что последовательное проведение принципа публичной достоверности поземельной книги «немного оставляет от акцессорности», так как в этом случае теряется связь между обеспеченным обязательством и ипотекой.

В таком случае необходима конструкция, которая смогла бы примирить запись в реестре и акцессорность ипотеки как обременения недвижимости, устанавливаемого с обеспечительной целью.

В германском праве этой цели служит следующий юридический прием: до возникновения обеспечиваемого долга Sicherungshypothek рассматривается как поземельный долг (Grundschuld), установленный в пользу собственника; с момента возникновения обеспеченного долга эта фикция перестает действовать.

При помощи данной конструкции принцип акцессорности оказывается вполне совместимым с регистрационным режимом и в позитивной регистрационной системе [1, с. 30 — 31].

Есть еще одно обстоятельство, которое, как мне представляется, необходимо подчеркнуть: даже оставаясь на позиции жесткого проведения принципа акцессорности, заключение договора об обеспечении до момента возникновения основного обязательства нельзя рассматривать как основание для недействительности этого соглашения или признания его незаключенным. Оно вполне действительно, но до возникновения основного долга просто не порождает у кредитора тех обеспечительных прав, на которые он рассчитывал, заключая это соглашение.

Теперь перейдем к рассмотрению проявлений принципа акцессорности обеспечительных обязательств по российскому гражданскому праву.

Несмотря на то, что тема акцессорности обеспечения не оставлена без внимания в современной российской юридической литературе [5, с.

25], вряд ли было бы правильным утверждать, что хорошо разработанная континентально-правовая доктрина акцессорности в полной мере не то чтобы воспринята, но хотя бы в какой-то мере известна современным российским юристам [3, с. 25].

Отдельные аспекты учения об акцессорности обеспечительных обязательств, безусловно, обсуждаются и в учебной, и в практической, и в научной литературе.

Так, например, общепринятой является точка зрения, что при недействительности основного обязательства таковым же является и обеспечительное обязательство, но недействительность последнего не затрагивает силу основного обязательства.

Кроме того, широко известным является такой аспект акцессорности: по акцессорному обязательству кредитор не может взыскать больше, чем должен основной должник. Однако идея акцессорности обеспечительных обязательств не воспринимается современным российским правом как гибкая многоэлементная конструкция. Например, весьма распространенным является мнение о том, что обеспечительные конструкции могут быть либо строго акцессорными, либо неакцессорными, причем отношение к последним со стороны как представителей академической науки, так и практикующих юристов скорее можно обозначить как настороженно-подозрительное [2, с. 26].

Этот факт является тем более удивительным, что материал современного российского права содержит не только неакцессорный способ обеспечения обязательств (банковскую гарантию), но и довольно значительное количество примеров гибкого подхода законодателя к акцессорности двух основных обеспечительных сделок: залога и поручительства.

Именно законодатель позволяет, на мой взгляд, утверждать, что и российское законодательство (при правильном его прочтении), во-первых, может дать почву для формулирования многоэлементной и гибкой конструкции акцессорности и, во-вторых, послужить фундаментом для дальнейших манипуляций с отдельными проявлениями принципа акцессорности и даже для дальнейшего общего ослабления акцессорности обеспечительных сделок.

Рассмотрим современные российские конструкции залога и поручительства в том виде, в котором они существуют в позитивном праве, сквозь призму пяти описанных выше проявлений акцессорности.

Список литературы

  1. The suretyship in the law of the Member States of the European Communities. Study prepared by the «Max-Planck-Institut für ausländisches und internationales Privatrecht» / U. Drobnig (ed.). Hamburg, 1971.
  2. Буркова А.Ю. Акцессорные обязательства // Вестник арбитражной практики. 2012. N 2.
  3. Демушкина Е.С. Проблемы применимости акцессорности и вещной защиты ипотеки в российском гражданском праве. М., 2011.
  4. Крашенинников М.П. К вопросу об акцессорности // Семейное и жилищное право. 2012. N 2.
  5. Туктаров Ю. Акцессорность залога // Legal insight. 2011. N 3(4).
  6. Церковников М.А. Регистрация сделок с недвижимостью во Франции: принцип противопоставимости// Вестник ВАС РФ. 2012. N 3.  

2015 © Лутовинова Н.В.

Источник: http://nauka-rastudent.ru/18/2700/

Ссылка на основную публикацию