Пленум вс рф дал разъяснения по вопросам, связанным с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве

  • Юридическая фирма «Надмитов, Иванов и Партнеры» представляет Вашему вниманию Обзор Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»
  • 21 декабря 2017 года Пленумом Верховного суда принято постановление № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».
  • Обзор

Разъяснения, содержащиеся в указанном постановлении Пленума Верховного суда даны в целях обеспечения единства практики применения судами положений Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве и приняты в связи с вступившей в силу летом 2017 года главе III.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Глава III.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» посвящена вопросам ответственности контролирующих лиц.

Постановление Пленума ВС РФ должно снять ряд возникших в связи с новым регулированием субсидиарной ответственности вопросов и упорядочить судебную практику по данному вопросу.

Верховный суд в разделе «Общие принципы привлечения контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъясняет, что субсидиарная ответственность в банкротстве — это исключительный механизм восстановления нарушенных прав кредиторов.

При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающую его имущественную обособленность, так и наличие у органов юридического лица широкой свободы усмотрения при принятии деловых решений (п. 1).

Разъяснен вопрос о соотношении применения общих норм ГК РФ и специальных норм Закона о банкротстве при привлечении к субсидиарной ответственности — общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда при привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности подлежат применению в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве.

Можно выделить существенные моменты в постановлении Пленума, в отношении которых Верховный суд сделал выводы:

  • В отношении определения контролирующего лица:

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия или отсутствия формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении) — суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника (п. 3).

Номинальность статуса руководителя не освобождает лицо от ответственности, поскольку такая роль не предполагает полную потерю возможности влияния на должника. Номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность солидарно.

Вместе с тем, размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть снижен, в случае предоставления/раскрытия информации, недоступной независимым участникам оборота, позволяющей установить фактического руководителя и/или его имущество, а также в случае совершения действий, способствующих восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (п. 6).

Верховный суд указывает, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного или недобросовестного поведения должника, является контролирующим; приводит примеры таких действий. Эта презумпция применяется в случаях, когда лицом извлечена выгода, существенная в масштабах деятельности должника (п. 7).

  • В отношении действий контролирующего лица:

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы (суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством);

В частности Верховный суд приводит пример таких неправомерных действий, связанных с принятием ключевых деловых решений с нарушением принципа добросовестности и разумности, а именно, согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.

), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

При этом Пленум обращает внимание на то, что судам необходимо оценивать совокупность сделок и операций, совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению предбанкротной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия для должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Как разъясняет Верховный суд, презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Бремя доказывания указанных критериев лежит на заявителе (п.23).

  1. Если к ответственности привлекается лицо, являющееся контролирующим лицом или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.
  2. В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства;
  3. Верховный суд разъясняет, что списание кредитором задолженности в рамках своей учетной политики (например списание безнадежной задолженности должника по ссудам), само по себе не является препятствием для последующей подачи заявления о привлечении лица, контролирующего должника, к ответственности по таким списанным обязательствам.
  • В отношении ответственности за неисполнение руководителем обязанности по подаче заявления о банкротстве:

Третий раздел постановления Пленума № 53 касается ответственности за неподачу или несвоевременную подачу заявления о банкротстве должника.

Верховный суд определил момент возникновения обязанности руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве — когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В рамках защиты руководителю необходимо будет доказать, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план. Такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (п.9).

В пункте 15 Постановления № 53 разъясняется порядок привлечения к субсидиарной ответственности нескольких последовательно сменивших друг друга руководителей должника.

Так, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока на подачу заявления должника, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Последующие руководители будут нести ответственность за период со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми Закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно.

  • В отношении обоснования заявителем статуса контролирующего лица:

В заявлении о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности заявитель должен указать и документально обосновать обстоятельства, на которых основаны утверждения заявителя о наличии у ответчика статуса контролирующего лица. В случае не соблюдения этого требования заявление оставляется без движения.

  • В отношении бухгалтерской документации:

Сформированная судебная практика по вопросу отсутствия документации должника, как правило, шла по пути привлечения руководителя к субсидиарной ответственности.

В рассматриваемом постановлении Пленума Верховного суда содержится несколько иной подход: заявитель должен обосновать, как именно отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства.

Контролирующее лицо может быть освобождено от ответственности, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Пленум ВС РФ прямо указал на право арбитражного управляющего требовать от руководителя должника в рамках обособленного спора исполнения обязанности по передаче документации должника в натуре по правилам ст. 308.3 ГК РФ (п. 24).

  • В отношении тождественности исков о привлечении к субсидиарной ответственности

Не допускается повторное разрешение в рамках дела о банкротстве требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, если ранее требование о привлечении этого же лица по тем же основаниям, поданное в защиту интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, уже было предъявлено и рассмотрено в том же деле о банкротстве. Также не может быть повторно разрешен иск о привлечении лица, контролирующего должника, к субсидиарной ответственности, поданный вне рамок дела о банкротстве, если ранее требование по тем же основаниям к тому же лицу было предъявлено и рассмотрено в деле о банкротстве.

Верховный суд разъяснил, что в случае если кредиторы не реализовали право на присоединение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, утрачивают право на последующее предъявление требования к тому же контролирующему должника лицу по тем же основаниям. Исключением будут являться объективная невозможность присоединения к первому требованию. В постановлении Пленума в качестве примера приведена ситуация о неприсоединении к требованию ввиду того, что судебное решение, подтверждающее задолженность перед кредитором, не вступило в законную силу.

Пленум ВС РФ дал разъяснения по вопросам, связанным с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве

Источник: https://nplaw.ru/work/obzor-postanovlenija-plenuma-verhovnogo-suda-rf-ot-21-dekabrja-2017-goda-53-o-nekotoryh-voprosah-svjazannyh-s-privlecheniem-kontrolirujushhih-dolzhnika-lic-k-otvetstvennosti-pri-bankrotstve/

Вс рф разъяснит субсидиарную ответственность

Сегодня Пленум ВС РФ рассмотрел проект постановления «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», подготовленный в целях обеспечения единства практики применения судами положений Закона о несостоятельности. По итогам обсуждения документ был направлен на доработку.

Документ содержит в общей сложности 70 положений, касающихся принципов привлечения контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве.

В частности, разъяснены такие вопросы, как отнесение лиц к категории контролирующих должника, особенности привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве и наступления субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, а также особенности привлечения к ответственности по корпоративным основаниям при банкротстве. Кроме того, в документе объясняется действие права на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

Также разъяснены процессуальные особенности рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве и распоряжения требованием к лицу, контролирующему должника, вопросы тождественности исков о привлечении к субсидиарной ответственности и сроки исковой давности по таким требованиям. Помимо этого приведены правовые позиции относительно вознаграждения арбитражных управляющих.

По мнению старшего юриста корпоративной и арбитражной практики «Качкин и Партнеры» Александры Улезко, проект постановления является очень важным для практики документом.

«Многие разъяснения основаны на правовых позициях Верховного Суда, но главным образом в документе разъяснены положения, внесенные в нормы об ответственности контролирующих должника лиц Федеральным законом от 29 июля 2017 г. № 266-ФЗ.

Во многом они уточняют и конкретизируют правила гл. III.2 Закона о банкротстве», – пояснила она.

Как отметила эксперт, в п.

25 проекта разъяснен порядок применения введенной Законом № 266- ФЗ презумпции невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при отсутствии или искажении на дату возбуждения дела о банкротстве обязательных сведений о должнике в ЕГРЮЛ и Реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц. «Для применения данной презумпции необходимо доказать не просто отсутствие соответствующей информации (либо наличие в реестре недостоверной информации), но то, что это существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве», – пояснила Александра Улезко.

Читайте также:  Реализация имущества при банкротстве физических лиц

Также в п.

30 документа уточняются недостаточно четкие формулировки Закона о банкротстве о праве уполномоченного органа обращаться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности после возвращения уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, только если такое возвращение связано с отсутствием доказательств возможности обнаружения имущества должника для финансирования расходов по делу о банкротстве, но не по иным причинам.

«Важнейшим и давно необходимым разъяснением в случае, если проект будет принят, станет п. 38. В нем указано, что понижение очередности удовлетворения требований кредиторов, предусмотренное п. 4 ст.

142 Закона о банкротстве, применяется только в случае, когда возможность предъявления требований в двухмесячный срок, пока реестр был открыт, объективно существовала, но не была своевременно реализована кредитором.

Данное разъяснение носит, очевидно, общий характер, несмотря на то что первоочередная цель документа – разъяснить вопрос о сроке установления в деле о банкротстве контролирующего должника лица требования о возмещении им вреда в порядке субсидиарной ответственности», – подчеркнула эксперт.

Также, по мнению Александры Улезко, важным уточнением норм Закона о банкротстве является то, что лицо, подавшее заявление о принятии обеспечительных мер по заявлению о привлечении контролирующего лица к ответственности, вправе подать ходатайство о порядке рассмотрения такого заявления.

«В случае если такое лицо просит рассматривать заявление о принятии обеспечительных мер в судебном заседании, суд может ему отказать только по причине установления злоупотребления заявителем своим процессуальным правом с целью затягивания судебного процесса, воспрепятствования рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного решения», – указала она.

  • Эксперт заключила, что документ будет полезен для практики, так как во многом облегчит работу судов и лиц, участвующих в деле о банкротстве.
  • В то же время председатель КА «Сазонов и партнеры» Всеволод Сазонов считает, что, несмотря на то что отдельные положения проекта, возможно, будут в какой-то степени полезны специалистам, практикующим в сфере банкротства, а также судам, рассматривающим такие дела, в целом документ производит тягостное впечатление.
  • Он пояснил, что проект постановления имеет явно профискальную направленность и фактически дает возможность неограниченного взыскания долгов, в первую очередь в части налогов и сборов, с любых лиц, имеющих отношение к деятельности организации-должника.

«Невзирая на то что в п. 1 проекта декларируется исключительность такой меры, как привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих лиц, из дальнейшего текста следует, что исключением является скорее неприменение такой ответственности к указанным лицам, т.е.

по существу Верховный Суд провозглашает презумпцию субсидиарной ответственности участников общества.

Тем самым проект фактически денонсирует содержание федеральных законов “Об обществах с ограниченной ответственностью”, “Об акционерных обществах”, а также соответствующие положения Гражданского кодекса РФ, согласно которым участники хозяйственных обществ несут ответственность в пределах стоимости своих долей (акций)», – уверен Всеволод Сазонов.

Эксперт пояснил, что из содержания документа следует, что отнесение лица к контролирующим лицам может и должно производиться без связи с формально-юридическими признаками: «Не выдерживают критики разъяснения о том, что контролирующим может быть признано в том числе лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности».

По мнению Всеволода Сазонова, Верховным Судом в данном случае используется неуместный в подобного рода разъяснениях оценочный критерий.

В результате практического применения данной схемы, поясняет он, стать контролирующим лицом и быть привлеченным к субсидиарной ответственности имеет шанс практически любой контрагент должника, так как определить «недобросовестный характер» действий должника зачастую не представляется возможным.

«Вместе с тем здесь же декларируется отсутствие оснований для освобождения от ответственности номинального руководителя, поскольку последний, хоть и не участвовал никогда в руководстве организацией, имеет возможность оказывать влияние на организацию-должника», – указал он.

«В качестве итогового обобщения можно сказать следующее: проект является непроработанным, а его основополагающая концепция имеет негативное содержание.

Проект содержит многочисленные пороки юридической техники, в том числе чрезмерный объем оценочных категорий, могущий повлечь нарушение единообразия судебной практики.

Выводы, приведенные в проекте, зачастую не основаны на законе», – заключил Всеволод Сазонов, добавив, что документ нуждается в концептуальной переработке.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-rf-razyasnit-subsidiarnuyu-otvetstvennost/

Пленум ВС РФ разъяснил порядок привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролирующих должника

  • Полное описание
  • 21 декабря 2017 года Пленум ВС РФ принял Постановление № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53).
  • Полагаем, что этот документ можно с уверенностью признать практикообразующим для привлечения лиц к субсидиарной ответственности, поскольку ранее не существовало систематизированных правовых позиций высшей судебной инстанции по этой сфере общественных отношений.
  • Поскольку объем постановления № 53 велик, то тезисно перечислим, по нашему мнению, ключевые правовые позиции Пленума ВС РФ:
  • – даются критерии отнесения лиц к категории контролирующих: к таковым, в частности, могут быть отнесены лица, которые фактически влияли на хозяйственную деятельность должника: давали указания совершать определенные сделки, ухудшившие финансово-экономическое положение организации. При этом Пленум ВС РФ обращает внимание, что само по себе наличие родственных отношений или свойства с членами органов управления должника либо совершение обычных (ординарных) сделок в хозяйственной деятельности должника, либо работа на должности финансового директора или главного бухгалтера однозначно не указывает на то, что лицо является контролирующим;
  • – Пленум ВС РФ выделяет две категории руководителей: фактический и номинальный – по общему правилу они несут ответственность солидарно. Однако номинальный руководитель может уменьшить объем убытков, которые он должен возместить кредиторам должника – раскрыть информацию, которая неизвестна другим участникам гражданского оборотам, помочь установить фактического руководителя и местонахождение имущества должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов;
  • – если должник имел несколько управляющих, то они несут ответственность солидарно за несвоевременную подачу заявления должника о банкротстве или уклонение от исполнения этой обязанности. Учредительным документом юридического лица не может быть предоставлено конкретному директору право по обращению в суд с заявлением должника;
  • – контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов. При рассмотрении споров о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности данным правилом о защите делового решения следует руководствоваться с учетом сложившейся практики его применения в корпоративных отношениях, если иное не вытекает из существа законодательного регулирования в сфере несостоятельности;

– независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков;

– кредитор, обладающий правом на присоединение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, не реализовавший это право, утрачивает право на последующее предъявление требования к тому же контролирующему должника лицу по тем же основаниям (часть 5 статьи 225.

16 АПК РФ), за исключением случаев, когда существовала объективная невозможность присоединения к первому требованию, например, кредитор не имел возможности присоединиться к первоначальному требованию ввиду того, что судебное решение, подтверждающее задолженность перед ним (или иной документ – для случаев взыскания задолженности во внесудебном порядке), не вступило в законную силу.

В постановлении № 53 приводятся также разъяснения по процессуальным аспектам рассмотрения обособленных споров по привлечению к субсидиарной ответственности, стимулирующих выплатах арбитражному управляющему, разграничиваются специальные банкротные и корпоративные основания для привлечения контролирующих лиц к ответственности.

Значимость рассматриваемых разъяснений не только в том, что они систематизируют и направляют правоприменительную практику по субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (такого раньше не было), но толкуют новые нормы главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», которая поименована законодателем как «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Источник: https://lex-pravo.ru/law-comments/65/26198/

Верховный Суд РФ дал разъяснения по вопросам субсидиарной ответственности при банкротстве

В Постановлении закреплено общее правило о том, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

При определении контролирующих лиц недостаточно лишь формальных признаков, к примеру, вхождение в состав органов управления должника, а необходимо наличие фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. С этой позиции к ответственности могут быть привлечены фактические владельцы бизнеса.

Вместе с тем, ВС РФ отметил, что руководитель не утрачивает статус контролирующего лица, если он руководил бизнесом по указанию фактического владельца или выразил явное согласие с его решениями.

ВС РФ в рассматриваемом постановлении закрепляет механизм, по сути аналогичный «сделкам со следствием», который позволяет уменьшить размер субсидиарной ответственности номинального руководителя, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности при банкротстве руководителя в случае неисполнения им обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в установленный в п. 2 ст.

9 Закона о банкротстве в срок, ВС РФ отмечает, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом, ВС ФР закрепляет презумпцию наличия причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Постановление также содержит разъяснения по вопросам привлечения к субсидиарной ответственности при банкротстве за невозможность полного погашения требований кредиторов, а также  затрагивает процессуальные  особенности рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве.

В свете расширения применения механизмов субсидиарной ответственности, Постановление Пленума ВС РФ №53  «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» приобретает особую актуальность и значимость для правоприменительной практики. Несмотря на изобилие в постановлении оценочных понятии и категорий,  разъяснения ВС РФ, по нашему мнению, должны стать общим ориентиром при разрешении вопросов о привлечении к субсидиарной ответственности.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 53 г. Москва 21 декабря 2017 г. «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц
к ответственности при банкротстве»

Адвокат Коллегии «Терновцов и партнеры»
Татьяна Пузанова

Источник: https://gtlaw.ru/2017/12/27/razyasneniya-po-voprosam-subsidiarnoj-otvetstvennosti-pri-bankrotstve/

Субсидиарная ответственность лиц, контролировавших компанию-банкрота: детальная инструкция от Верховного Суда

30.08.2018

В конце 2017 г. Верховный Суд РФ выпустил ряд важных документов, в которых дал разъяснения по вопросам применения различных правовых институтов.

В частности, 21 декабря Пленум Верховного Суда РФ принял Постановление N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее — Постановление N 53).

В этом документе даны подробные разъяснения того, как на практике должны применяться положения вступившей в силу в июле 2017 г. главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве).

Изменения в правовом регулировании ответственности за банкротство юридического лица и исполнения обязательств перед его кредиторами нельзя назвать неожиданными. Еще с 2009 г. в течение нескольких лет происходило поступательное реформирование ст.

10 Закона о банкротстве, регулировавшей вопросы ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве. В ходе этих изменений в российском праве было, по сути, введено достаточно детальное регулирование так называемой доктрины снятия корпоративного покрова при несостоятельности.

Реформирование этих норм законодатель продолжил и в 2017 г. В результате из Закона о банкротстве исчезла ст. 10, а вместо нее появилась новая глава III.2, регулирующая вопросы привлечения руководителей и контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности перед его кредиторами (введена Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ).

Читайте также:  Квартира в счет уплаты алиментов

Как применять положения главы III.2, которая на сегодняшний день действует всего несколько месяцев, разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении N 53. Надо отметить, что проект постановления приняли не сразу — после обсуждения 28 ноября его отправили на доработку.

Однако изменений в принятой 21 декабря итоговой версии Постановления оказалось немного. Первый раздел Постановления N 53 посвящен общим принципам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В нем Пленум ВС РФ обращает особое внимание на то, что привлечение контролирующих компанию-банкрота лиц к ответственности по ее долгам перед кредиторами является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов.

Комментируя эти положения, судья ВС РФ Иван Разумов пояснил, что привилегии, связанные с использованием в ходе ведения бизнеса корпоративных форм, в том числе ограничение ответственности участников корпорации, не должны применяться при действиях, в которых имеет место злоупотреблением правом. Злоупотребление правом — тот самый исключительный случай, в котором самостоятельность корпорации как субъекта права может быть проигнорирована.

В Постановлении N 53 отмечается, что более общими правилами по отношению к специальным, установленным в главе III.2 Закона о банкротстве являются правила глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда, которые применяются в части, не противоречащей специальным правилам.

Как определяются контролирующие должника лица?

Второй раздел Постановления N 53 посвящен вопросам определения статуса контролирующего должника лица. По общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (п. 3 ст. 53.

1 ГК РФ, п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве). При этом осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия формально-юридических признаков аффилированности.

В каждом конкретном случае суд будет устанавливать степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Закон о банкротстве устанавливает трехлетний период подозрительности, в течение которого анализируется круг лиц, потенциально контролирующих должника (п. 1 ст. 61.10). Пункт 4 Постановления N 53, в котором разъясняется, как этот период определять, в процессе доработки текста проекта после первого рассмотрения был уточнен.

Так, для целей применения положений законодательства о субсидиарной ответственности должен учитываться контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет.

Речь здесь идет об объективном банкротстве — когда должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. Как пояснил И. Разумов, п.

4 Постановления N 53 имеет целью разграничить ситуации временного кассового разрыва, который сам по себе не свидетельствует о банкротстве компании и преодолевается стандартными процедурами, в том числе кредитованием, и ситуации действительного банкротства, которые характеризуются превышением долговых обязательств над суммарным объемом активов.

Также в Постановлении N 53 подробно раскрывается содержание опровержимых презумпций контроля над должником. В частности, в п. 7 приводятся два примера, когда лицо признается контролирующим выгодоприобретателем — лицом, извлекшим существенную относительно масштабов деятельности должника выгоду, которая не могла бы образоваться, если бы руководитель должника вел себя добросовестно (подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве).

Пример 1.

Третье лицо получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой им организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом (фирмой-«однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Опровергая презумпцию контроля над должником в этом случае, привлекаемое к ответственности лицо сможет доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Пример 2.

Выгодоприобретатель извлек существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота) совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки.

В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретателю придется доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Ответственность за неподачу заявления должника

Отдельный блок разъяснений касается ответственности за неподачу или несвоевременную подачу заявления о банкротстве должника.

Пленум ВС РФ обратил внимание на необходимость соблюдения баланса между разнонаправленными обязанностями руководителя юридического лица: обязанностью по обращению в суд, с одной стороны, и обязанностью принимать меры по преодолению кризисной ситуации при временной нехватке денежных средств и возникновении угрозы обращения взыскания на заложенное имущество — с другой. Руководитель должника может попытаться доказать, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности в компании не свидетельствовало об объективном банкротстве и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал преодолеть их в разумный срок, приложил для этого необходимые усилия, выполнял экономически обоснованный план. Соответственно, он может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах (п. 9 Постановления N 53).

В пункте 15 Постановления N 53 детально разъясняется порядок привлечения к субсидиарной ответственности нескольких последовательно сменивших друг друга руководителей должника.

Так, первый из них несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, возникшим в период со дня истечения месячного срока на подачу заявления должника, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

Последующие руководители будут нести ответственность за период со дня истечения увеличенного на один месяц разумного срока, необходимого для выявления ими как новыми руководителями обстоятельств, с которыми Закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве. При этом по обязательствам должника, возникшим в периоды ответственности, приходящиеся на нескольких руководителей одновременно, они отвечают солидарно.

Ответственность за доведение компании до банкротства

В Постановлении N 53 приведены примеры неправомерных действий контролирующего лица, которые могут являться причиной банкротства компании (п.

16): — принятие ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности; — дача указаний по совершению явно убыточных операций; — назначение на руководящие должности лиц, результат действий которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой ими организации; — создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое получение выгоды третьими лицами во вред должнику и его кредиторам. Суды не будут ограничиваться исследованием лишь последней сделки, после которой появились признаки банкротства, а будут оценивать всю совокупность операций, совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению кризиса и его развитию вплоть до банкротства. При этом контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия для должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Речь идет о так называемом правиле защиты делового решения, признаваемом многими зарубежными правопорядками. Применяя это правило, суды должны будут руководствоваться сложившейся практикой его применения в корпоративных отношениях. В Постановлении N 53 подробно разъясняются также опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве. Здесь стоит обратить внимание на несколько моментов. Если причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника, благодаря поведению которого получение выгоды стало возможным. Еще Пленум ВС РФ прямо указал на право арбитражного управляющего требовать от руководителя должника в рамках обособленного спора исполнения обязанности по передаче документации должника в натуре по правилам ст. 308.3 ГК РФ (п. 24).

  • В Постановлении N 53 ряд положений также посвящен разъяснению таких вопросов, как право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, тождественность исков о привлечении к субсидиарной ответственности и исковая давность, вознаграждение арбитражного управляющего, а также особенностям привлечения к ответственности по корпоративным основаниям при банкротстве и процессуальным особенностям рассмотрения соответствующих споров.
  • И. Разумов

Источник: http://www.sudmos.ru/articles/dolgi/kredit_864.html

Новости права — Разъяснения Верховного Суда РФ о применении новелл законодательства о банкротстве в части привлечения контролирующих лиц к ответственности

22 декабря 2017

Разъяснения Верховного Суда РФ о применении новелл законодательства о банкротстве в части привлечения контролирующих лиц к ответственности

21.12.2017 г. Пленум Верховного Суда РФ выпустил Постановление «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц должника к ответственности при банкротстве», разъясняющее порядок применения положений главы III.2 Федерального закона №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

  • Прокредиторская позиция Верховного Суда
  • Верховный Суд РФ продолжает следовать взятому ранее «прокредиторскому курсу».
  • Во-первых, новые разъяснения, как и последние изменения в Закон о банкротстве, содержат множество оценочных категорий и предусматривают широкое судейское усмотрение при решении вопросов о привлечении контролирующих должника лиц (далее – КДЛ) к ответственности.
  • В частности, комментируемое Постановление предписывает суду самостоятельно установить степень вовлеченности КДЛ в процесс управления должником, проверить, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений, а также определить насколько полученная КДЛ выгода из незаконного поведения должника являлась существенной по сравнению с масштабами деятельности должника.
  • При этом ни Закон о банкротстве, ни разъяснения Верховного Суда РФ не позволяют выявить объективный критерий для определения «существенного актива должника», «существенного вреда» для должника, а также «существенного ухудшения финансового положения», при том, что данные показатели играют ключевую роль в вопросах определения КДЛ и установления причинно-следственной связи между действиями КДЛ и банкротством должника.
  • Во-вторых, Верховный Суд РФ без раскрытия мотивов впервые высказался о возможности восстановления для юридических лиц срока исковой давности, при том, что такое толкование беспрецедентно и прямо противоречит общему правилу о том, что срок исковой давности может быть восстановлен только для физических лиц.
  • Хотя данное разъяснение касается заявлений о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности, нельзя исключить, что такое разъяснение будет применяться к другим случаям по аналогии, что на наш взгляд совершенно недопустимо.

В третьих, в зону риска попадают контрагенты должников, получившие выгоду по сделке с должником при недобросовестном поведении руководителя должника.

Теперь такие контрагенты презюмируются КДЛ и во избежание привлечения к солидарной ответственности должны будут доказывать отсутствие как юридической, так и фактической аффилированности с должником, а также рыночных характер сделок с должником и несущественность полученной выгоды.

Возможность освобождения КДЛ от ответственности

Верховный Суд РФ, несмотря на общий «прокредиторский курс» комментируемого Постановления, указал, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, а также предусмотрел возможность для добросовестных КДЛ защититься от необоснованного привлечения к субсидиарной ответственности.

Так, Верховный Суд РФ разъяснил наличие у КДЛ права на защиту делового решения, даже если такое решение негативно сказалось на деятельности должника.

Для реализации указанного права необходимо доказать, что «действия (бездействия), повлекшие негативные последствия не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов единого гражданско-правового сообщества».

  1. КДЛ также может быть освобожден от ответственности или ее размер может быть уменьшен, в случае представления доказательства наступления банкротства должника, в том числе по причине внешних факторов.
  2. Кроме того, КДЛ освобождается от субсидиарной ответственности за тот период, пока выполнение экономически обоснованного плана, несмотря на признаки неплатежеспособности, являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.
  3. Роль арбитражного управляющего в вопросах привлечения КДЛ к ответственности
Читайте также:  Заявление об установлении факта признания отцовства

Верховный Суд РФ, подтвердив право арбитражных управляющих на получение стимулирующего вознаграждения в виде 30 %, в качестве обязательного условия получения такого вознаграждения указал на необходимость активной позиции арбитражных управляющих, предусматривающей принятие мер по поиску КДЛ и их активов, предоставление доказательств и заявление ходатайств, стремление привлечь к ответственности не только номинального руководителя, но и фактического и т.п.

При этом Верховный Суд РФ разъяснил, что фактически выплаченное арбитражному управляющему стимулирующее вознаграждение подлежит взысканию в качестве судебных издержек с КДЛ, и арбитражный управляющий обязан обратиться в суд с соответствующим заявлением, в противном случае с него могут быть взысканы убытки.

Общие выводы

Источник: https://epam.ru/rus/legal-updates/view/legal-alert-razyasneniya-verhovnogo-suda-rf-o-primenenii-novell-zakonodatelstva-o

Постановление Пленума Верховного Суда о субсидиарной ответственности при банкротстве

1. Понятие контролирующего лица и основания привлечения к ответственности. 

Основной критерий признания лица контролирующим – фактическая возможность давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

  Введена презумпция наличия контроля у лиц, которые извлекают выгоду из незаконного или недобросовестного поведения руководителей должника.

  Верховный Суд указал отдельно, что в каждом случае суд устанавливает степень вовлечённости лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений по деятельности должника.

Отдельно указано, что список оснований для признания лица контролирующим должника не является исчерпывающим, и арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника по иным основаниям.  

Период времени, за действия в котором лицо может быть признано контролирующим должника, отсчитывается теперь от момента, когда должник стал неспособен в полном объёме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов(объективное банкротство), а не от момента принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.  Таким образом, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности может быть подано в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

  • Для привлечения лица к субсидиарной ответственности заявителю необходимо доказать:
  • —  что в течение трёх лет до момента объективного банкротства лицо отвечало признакам, позволяющим признать его контролирующим должника лицом (далее – КДЛ),
  • — что у должника существуют признаки объективного банкротства в виде невозможности полного погашения требований кредиторов,  и

— что имеется одно из обстоятельств, с которыми законодатель связывает возникновение субсидиарной ответственности КДЛ по обязательствам должника (презумпции против КДЛ).  Эти обстоятельства мы рассмотрим подробнее в пункте 2. 

Причинно-следственная связь между действиями КДЛ и невозможностью полного удовлетворения требований кредиторов при наличии соответствующих презумпций законодателем презюмируется, то есть пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий/бездействия КДЛ.

Пленум Верховного суда пояснил, что по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо.

 Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

 Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

КДЛ, вследствие действий или бездействий которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несёт субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует, если оно действовало согласно обычаям делового оборота , добросовестно и разумно в интересах должника и его кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе, опровергая презумпции против КДЛ, КДЛ вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной коньюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса и т.п.).

2. Опровержимые презумпции против контролирующих лиц.

2.1.  Пока не доказано иное, предполагается, что полное удовлетворение требований кредиторов должника невозможно вследствие действий/бездействия КДЛ при наличии одного из следующих обстоятельств:

1) Причинён существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения КДЛ или в пользу КДЛ или при его одобрении одной или нескольких сделок должника;

Понятие существенности вреда является нововведением.  При этом законом не определено, какой именно вред должен признаваться существенным.

  ФНС в своём письме №NСА-4-18/16148@ рекомендует руководствоваться аналогией закона (Закон об АО, Закон об ООО) и считать существенным вред, причинённый сделками с активами должника на суму, эквивалентную 20-25% общей балансовой стоимости имущества должника.

  Пленум ВС указал, что к числу сделок, причиняющих существенный вред кредиторам, относятся сделки, значимые для него и при этом являющиеся существенно убыточными.

  К значимым относятся, например, крупные сделки, совершённые на условиях существенно отличающихся от рыночных в худшую для долника сторону а так же сделка, заключённая по рыночной цене, .если в результате неё должник полностью утратил возможность осуществлять направление хозяйственной деятельности, приносившее ему ранее существенный доход.  

  1. 2) к моменту введения наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом, отсутствуют документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) которых установлена законами РФ;
  2. 3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, если решение о привлечении должника или его должностных лиц к ответственности за это правонарушение вступило в силу, превышают 50% общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включённой в реестр требований кредиторов;
  3. Добавлены два новых случая, в которых наличие этой связи презюмируется, пока не доказано обратное:

4) утрата или недостоверность корпоративной документации (хранение документов является обязательным в силу законодательства об АО, об ООО, о рынке ценных бумаг и т.п.);

5) недостоверность сведений о должнике в ЕГРЮЛ и ЕФРСФДЮЛ.

В этих двух случаях лицо, обращающееся с заявлением о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности, должно пояснить, как именно отсутствие документации или информации в реестре повлияло на проведение процедур банкротства, а привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть эти презумпции, доказав, что недостатки документации или отсутствие информации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

2.2. Неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленных статьёй 9 Закона о банкротстве, влечёт за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых законом возложена эта обязанность.

Обязанность доказывания отсутствия причинно-следственной связи между нарушением этой обязанности и невозможностью удовлетворения требований кредитора лежит на привлекаемых к ответственности лицах.

2.3. В случае, если КДЛ не предоставило отзыв на заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности или возражения оказались явно неполными, суд может возложить бремя доказывания отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на это лицо.

3. Введена норма, устраняющая проблемы, связанные с необходимостью признать сделку недействительной до обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.  Это относится к сделкам, в том числе подозрительным (ст. 61.2.

Закона о банкротстве) или к сделкам с оказанием предпочтения одному из кредиторов (ст. 61.3. Закона о банкротстве), в результате совершения которых КДЛ или в пользу КДЛ или одобрения им одной или нескольких сделок имущественным правам кредиторов причинён существенный вред.

 

  • Установлен ряд случаев, когда субсидиарная ответственность может быть возложена на КДЛ независимо от того, были ли эти сделки признаны судом недействительными, а именно:
  • — если заявление о признании сделки недействительной не подавалось;
  • — если заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен;
  • — если судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности её оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал или стал отвечать в результате её совершения признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества.
  • При этом при наличии судебных актов о признании сделок недействительными, они по-прежнему являются доказательством факта-основания для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности (в случаях признания недействительными подозрительных сделок должника или сделок с предпочтением одного из кредиторов, если такие сделки были совершены КДЛ, или в его пользу, или были им одобрены).

4.

Предусмотрено правило, позволяющее КДЛ освободиться от субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции управления номинально), и при этом такое КДЛ предоставило сведения, позволившие установить фактически контролировавшее должника лицо.

  1. 5. Кредиторы теперь могут выбирать, как им распорядиться правом требования о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности:
  2. — взыскать долг;
  3. — продать это право на торгах;
  4. — уступить это право другому кредитору.
  5. Если в течение 20 рабочих дней кредитор не сделал выбор способа, он считается выбравшим продажу требования на торгах.

6. Сроки давности привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности.

Заявление о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности может быть подано в течение трёх лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии оснований для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности, но не позднее трёх лет со дня признания должника банкротом и не позднее 10 лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействия, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

7. Привлечение КДЛ к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве.

Право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве возникает после завершения дела о банкротстве или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с недостаточностью денежных средств для финансирования судебных расходов, у лиц, имеющих непогашенные требования к должнику (текущие, включённые в реестр, подлежащие погашению после требований, включённых в реестр), если в деле о банкротстве аналогичное заявление не рассматривалось. 

8. Взыскание убытков при банкротстве.

  • При введении в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о взыскании в пользу должника убытков, причинённых ему его руководством, учредителями, иными лицами, имеющими право определять действия юридического лица, рассматривается в рамках дела о банкротстве должника и может быть предъявлено руководителем должника, арбитражным управляющим, конкурсным кредитором, работниками должника, уполномоченными органами.
  • Вне дела о банкротстве такое требование может быть предъявлено также:
  • — уполномоченными органами в случае возврата арбитражным судом заявления о банкротстве должника в связи с отсутствием средств, достаточных для оплаты судебных расходов на проведение процедур в деле о банкротстве;
  • — конкурсными кредиторами или уполномоченными органами в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур в деле о банкротстве.
  • 9. Мировое соглашение КДЛ с кредиторами

Установлено право КДЛ заключить мировое соглашение с кредиторами, при условии раскрытия КДЛ сведений об имуществе, достаточном для исполнения такого соглашения.

  Такое соглашение может быть утверждено только в отношении всех лиц на стороне лица, подавшего заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, и в отношении всех лиц на стороне лица, привлекаемого к ответственности.

  Условия мирового соглашения должны быть единогласно одобрены всеми лицами на стороне лица, подавшего заявление о привлечении к ответственности.

*       *       *

В августе 2017 года ФНС выпустила письмо (NСА-4-18/16148@ от 16.08.2017 г.

), в котором детально рассмотрены положения главы закона о банкротстве, посвящённой субсидиарной ответственности КДЛ, а так же даны комплексные практические рекомендации о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности.  Очевидно, ФНС предполагает активно пользоваться положениями этой главы в целях пополнения бюджета.  

Источник: http://www.p-consult.ru/news/item/479-postanovlenie-plenuma-verkhovnogo-suda-o-subsidiarnoj-otvetstvennosti-pri-bankrotstve

Ссылка на основную публикацию