Обзор практики применения антимонопольного законодательства фас рф

18мая Обзор практики применения антимонопольного законодательства ФАС РФПрактика применения норм антимонопольного законодательства (далее – АМЗ) имеет особое значение. Так, располагая знаниями о сложившихся подходах в применении норм АМЗ, можно прогнозировать перспективы и целесообразность обжалования актов антимонопольных органов в административном либо в судебном порядке. Юридическая фирма VEGAS LEX представляет вашему вниманию обзор практики применения норм АМЗ в марте – апреле 2018 года[1]. I. Злоупотребление доминирующим положением 1. Нарушение общего запрета на злоупотребление доминирующим положением Решение Псковского УФАС России от 2 марта 2018 года по делу № 41/10/17-ТР о нарушении АМЗ

  • Товарный рынок: связь, телекоммуникационные услуги.
  • Вывод: признаны злоупотреблением доминирующим положением и нарушением запрета, установленного частью 1 статьи 10 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), действия хозяйствующего субъекта, выразившиеся в установлении необоснованной цены на услугу по предоставлению в пользование места в кабельной канализации для прокладки волоконно-оптического кабеля, что привело к ущемлению интересов в сфере предпринимательской деятельности другого хозяйствующего субъекта.
  • — Хозяйствующий субъект признан занимающим доминирующее положение на товарном рынке услуг по предоставлению каналов кабельной канализации для размещения в них кабелей связи с учетом того, что согласно результатам проведенного «теста гипотетического монополиста» приобретатели товара не готовы разместить кабели связи иным способом, в частности на опорах сетей наружного освещения, на иных опорах воздушно-кабельных линий связи, на фасадах, в грунте.
  • — Цена услуги по предоставлению в пользование места в кабельной канализации для прокладки волоконно-оптического кабеля не является монопольно высокой, поскольку она не превышает цену, сформировавшуюся на сопоставимом товарном рынке.
  • — Цена услуги является необоснованной, поскольку, несмотря на снижение затрат в 2016 году по сравнению с 2015 годом, указанная цена осталась неизменной. При этом хозяйствующий субъект рассчитывает цену на оказываемую им услугу в отсутствие объективных экономических критериев, а именно хозяйствующий субъект не учитывает ни количество уже имеющихся пользователей услуги или размещенных кабелей (при том, что для оказания услуги значительных дополнительных вложений не требуется, а достаточно иметь свободное место в кабельной канализации), ни занимаемую кабелем соответствующего пользователя площадь в кабельной канализации
  1. — Территориальный антимонопольный орган в качестве сопоставимого товарного рынка избрал деятельность конкурента ответчика по делу о нарушении АМЗ, который, соответственно, осуществляет предпринимательскую деятельность на том же товарном рынке, что и ответчик[2].
  2. Вместе с тем, как отмечено в части 1 статьи 6 Закона о защите конкуренции и в разъяснениях Президиума ФАС России № 1 «Определение монопольно высокой и монопольно низкой цены товара», при применении метода сопоставимых рынков необходимо рассматривать такой рынок, который будет сопоставим по составу покупателей или продавцов товара, условиям обращения товара, условиям доступа на товарный рынок, государственному регулированию, включая налогообложение и таможенно-тарифное регулирование.
  3. Признание сопоставимым того же товарного рынка, на котором осуществляет деятельность ответчик по делу о нарушении АМЗ, представляется спорным.
  4. — Территориальный антимонопольный орган, констатировав отсутствие монопольно высокой цены на услугу по предоставлению в пользование места в кабельной канализации для прокладки волоконно-оптического кабеля, определил соответствующую цену в качестве необоснованной.
  5. Соответствующий подход расходится с практикой применения АМЗ, отраженной, в частности, в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 25 сентября 2014 года по делу № А76-25521/2013 и в решении ФАС России от 10 мая 2017 года № СП/32778/17, согласно которым в случае, если действия хозяйствующего субъекта содержат признаки нарушения, предусмотренного конкретным пунктом части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции, то недопустимо осуществлять квалификацию таких действий как нарушение общего запрета злоупотребления доминирующим положением (в соответствии с частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции).
  6. Представляется, что в данном случае следовало оценить надлежащим образом действия лица на предмет нарушения пункта 1, пункта 3 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.
  7. Обход требований составов монопольно высокой цены либо навязывания условий договора, требующих достаточно высоких стандартов доказывания со стороны антимонопольного органа, и применение общего запрета злоупотребления доминирующим положением являются спорной практикой в применении норм АМЗ.

2. Злоупотребление доминирующим положением, выразившееся в нарушении установленного порядка ценообразования Решение ФАС России от 21 марта 2018 года № СП/21623/18 (принято в рамках «ведомственной» апелляции ФАС России)

  • Товарный рынок: транспортные услуги, оказываемые на подъездных железнодорожных путях организациями промышленного железнодорожного транспорта.
  • Вывод: решение Оренбургского УФАС России от 22 декабря 2017 года о прекращении рассмотрения дела № 07-16-115/2017 о нарушении антимонопольного законодательства отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Оренбургское УФАС России в связи с тем, что территориальный антимонопольный орган не дал правовой оценки действиям хозяйствующего субъекта, которые могут свидетельствовать о нарушении им запрета, установленного пунктом 10 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.
  • Обоснование:
  • — Право введения государственного регулирования тарифов и надбавок на транспортные услуги, оказываемые организациями промышленного транспорта на подъездных железнодорожных путях, относится к дискреционным полномочиям органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации.
  • — При установлении органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации предельных тарифов на услуги, оказываемые организациями промышленного транспорта на подъездных железнодорожных путях, учитываются все расходы, связанные с перевозкой груза локомотивом предприятия – владельца подъездного пути.
  • — Услуги по переводу стрелок, подгруппировке вагонов, их закреплению тормозными башмаками не могут рассматриваться в качестве самостоятельных услуг, а являются частью операций по перевозке груза локомотивом предприятия – владельца транспортного пути.
  • — Выставление отдельной платы за услуги по переводу стрелок, подгруппировке вагонов, их закреплению тормозными башмаками при наличии утвержденного тарифа на услуги по перевозке груза, учитывающего все обозначенные операции, содержит в себе признаки злоупотребления хозяйствующим субъектом своим доминирующим положением, выразившимся в нарушении установленного порядка ценообразования
  • Комментарий VL: в составе полномочий ФАС России прямо не предусмотрено право направлять дела о нарушении антимонопольного законодательства на новое рассмотрение при принятии антимонопольным органом решения в рамках «ведомственной апелляции».

Вместе с тем при отмене решения территориального антимонопольного органа на основании пункта 2 части 10 статьи 23 Закона о защите конкуренции ФАС России вправе дополнительно указать на те обстоятельства и доводы, которые имеют значение для рассмотрения дела территориальным антимонопольным органом. Соответствующее решение ФАС России является основанием для возбуждения нового дела о нарушении АМЗ в силу пункта 3 части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции II. Антиконкурентные соглашения, согласованные действия и координация экономической деятельности Антиконкурентное соглашение, которое привело или могло привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах Решение ФАС России от 27 апреля 2018 года по делу № 1-11-166/00-22-17 о нарушении АМЗ

  • Товарный рынок: поставка расходных медицинских материалов для нужд медицинских организаций государственной системы здравоохранения.
  • Вывод: действия хозяйствующих субъектов по заключению и участию в антиконкурентном соглашении, которое привело к поддержанию цен на торгах, признаны нарушением запрета, установленного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

— К косвенным доказательствам заключения антиконкурентного соглашения отнесен факт использования хозяйствующими субъектами аукционных роботов, настроенных участниками соглашения на подачу минимальных ценовых предложений и созданных с использованием единой инфраструктуры, а именно одного и того же IP-адреса. — Косвенным доказательством заключения антиконкурентного соглашения является наличие налаженных контактов между участниками соглашения, о чем, в частности, свидетельствует тот факт, что генеральным директором одной компании и соучредителем другой компании (с долей 50 % в уставном капитале) является одно и то же лицо. — Антиконкурентное соглашение было реализовано хозяйствующими субъектами не в полном объеме. Так, в силу активных действий конкурентов (подачи конкурентных ценовых предложений) участникам соглашения в рамках некоторых аукционов не удалось реализовать соответствующий сговор. Однако АМЗ запрещает антиконкурентное соглашение уже в силу достижения участниками соответствующей договоренности вне зависимости от факта наступления каких-либо материально-правовых последствий — Само по себе использование аукционного робота не является и не может являться свидетельством заключения антиконкурентного соглашения. Вместе с тем обстоятельства его создания и использования, а именно дата и механизм программирования, используемая при программировании инфраструктура, могут свидетельствовать о наличии признаков заключения антиконкурентного соглашения. Широкое освещение получило решение Мурманского УФАС России от 3 июня 2016 года по делу № 05-03-16/6 о нарушении АМЗ, в котором территориальный антимонопольный орган, проанализировав механизм программирования и последующей работы аукционных роботов, пришел к выводу о том, что участники соглашения еще до начала электронного аукциона определяли, кто из них станет победителем торгов и до какой величины каждый из них снизит начальную (максимальную) цену контракта. Аналогичная квалификация обстоятельств создания аукционных роботов нашла отражение в решении Удмуртского УФАС России от 25 декабря 2015 года по делу № ММ 06-06/2015-371 о нарушении АМЗ.

Источник: https://www.vegaslex.ru/analytics/analytical_reviews/overview_of_the_implementation_of_the_fas_of_russia_of_the_antimonopoly_legislation_in_march_april_2/

Обзор изменений антимонопольного законодательства — Юридическая фирма «Надмитов, Иванов и Партнеры»

/ 0 Comments /

  • Антимонопольное право, Публикации
  • Юридическая фирма “Надмитов, Иванов и Партнеры” представляет Вашему вниманию обзор изменений антимонопольного законодательства.
  • Обзор изменений
  • («Четвертый антимонопольный пакет»)
  1. Злоупотребление доминирующим положением.
  • Не признается доминирующим положением положение хозяйствующего субъекта, доля которого на рынке определенного товара составляет менее чем 35 %;
  • Из полномочий антимонопольного органа исключено ведение реестра хозяйствующих субъектов, имеющих долю на рынке определенного товара в размере более чем 35 % или занимающих доминирующее положение на рынке определенного товара, если в отношении такого рынка другими федеральными законами в целях их применения установлены случаи признания доминирующим положения хозяйствующих субъектов.

Исходя из изложенного следует, что в целях определения доминирующего положения антимонопольный орган будет обязан проводить анализ рынка по каждому делу о злоупотреблении доминирующим положением.

  • В случае выявления факта злоупотребления хозяйствующим субъектом доминирующим положением, в целях предупреждения создания дискриминационных условий Правительство РФ устанавливает правила недискриминационного доступа к товарам, производимым и (или) реализуемым хозяйствующим субъектом, занимающим доминирующее положение и не являющимся субъектом естественной монополии, доля которого на соответствующем товарном рынке составляет более 70 %.
  • Указанные правила должны содержать:
  1. 1) перечень товаров, к которым предоставляется недискриминационный доступ;
  2. 2) перечень информации, позволяющей обеспечить возможность сопоставления участниками соответствующего товарного рынка условий обращения товаров на товарном рынке, а также иной необходимой для доступа на товарный рынок и (или) обращения товаров на товарном рынке существенной информации;
  3. 3) порядок раскрытия указанной выше информации;
  4. 4) существенные условия договоров и (или) типовые договоры о предоставлении доступа к товарам;
  5. 5) порядок определения потребителей, подлежащих обязательному обслуживанию, установления минимального уровня их обеспечения и очередности предоставления доступа к товарам в случае невозможности удовлетворения в полном объеме потребностей в товаре с учетом необходимости защиты прав и законных интересов граждан, обеспечения безопасности государства, охраны природы и культурных ценностей.
  1. Соглашения хозяйствующих субъектов.
  • Уточнено понятие «картеля», субъектами которого могут выступать не только продавцы, но и покупатели товара;
  • К «вертикальным» соглашениям (соглашение между хозяйствующими субъектами, один из которых приобретает товар, а другой предоставляет (продает) товар) относятся теперь и агентские договоры;
  • Уточнено определения допустимых «вертикальных» соглашений: доля каждого хозяйствующего субъекта не должна превышать 20 % не на любом товарном рынке, а только на рынке товара, являющегося предметом «вертикального» соглашения;
  • Соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами о совместной деятельности, если суммарная стоимость их активов превышает 7 млрд руб. либо их общая выручка за год составляет более 10 млрд руб., могут быть заключены только после получения предварительного согласия антимонопольного органа;
  • Соглашения о совместной деятельности, получившие согласие антимонопольного органа, не признаются картелями, соответственно, не подлежат запрету.
  1. Недобросовестная конкуренция.
  • В Федеральный закон «О защите конкуренции» введена новая глава «Недобросовестная конкуренция», детализирующая положения закона.
  • Так, следующие виды нарушения будут признаваться недобросовестной конкуренцией:
  • 1) дискредитация, то есть распространения ложных, неточных или искаженных сведений, которые могут причинить убытки хозяйствующему субъекту и (или) нанести ущерб его деловой репутации;
  • 2) введение в заблуждение относительно товара (услуги) или условий его реализации;
  • 3) некорректное сравнение хозяйствующего субъекта и (или) его товара с конкурентом и (или) его товаром;
  • 4) недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительного права на средства индивидуализации юридического лица, средства индивидуализации товаров, работ или услуг;
  • 5) недобросовестная конкуренция, связанная с использованием результатов интеллектуальной деятельности;
  • 6) создание смешения, то есть действий способных вызвать смешение с деятельностью конкурента либо с товарами или услугами, вводимыми конкурентом в гражданский оборот на территории России;
  • 7) незаконное получение, использование, разглашение информации, составляющей коммерческую или иную охраняемую законом тайну
  • При этом указанный перечень не является закрытым, и антимонопольный орган вправе признать недобросовестной конкуренцией действия, которые не указаны в Законе о защите конкуренции.
  1. Антимонопольные требования при заключении договоров с финансовыми организациями.
  • Из перечня услуг, которые приобретаются государственными заказчиками только через открытый конкурс или аукцион, исключены услуги по ведению реестра владельцев ценных бумаг.
  • При проведении открытого конкурса или открытого аукциона государственный заказчик вправе установить более высокие требования к оценке финансовой устойчивости и платежеспособности финансовой организации, определяемые в соответствии с показателями, предусмотренными законодательством РФ и установленными на основании финансово-экономической и иной отчетности финансовой организации, представляемой в Центральный банк РФ.
  • Государственный заказчик вправе установить требование о наличии определенного рейтинга рейтинговых агентств, аккредитованных в порядке, установленном законодательством РФ, только в случае несоответствия финансовой организации указанным более высоким требованиям к оценке ее финансовой устойчивости и платежеспособности.
  1. Расширение полномочий антимонопольного органа
  • Антимонопольный орган вправе направить предостережение о недопустимости нарушения антимонопольного законодательства не только должностному лицу хозяйствующего субъекта, но и следующим должностным лицам:
  1. ―  федерального органа исполнительной власти,
  2. ― органа государственной власти субъекта РФ,
  3. ― органа местного самоуправления,
  4. ― организации, участвующей в предоставлении государственных или муниципальных услуг,
  5. ― государственного внебюджетного фонда.
  • Антимонопольный орган вправе выдать предупреждение в письменной форме о прекращении действий (бездействия), об отмене или изменении актов, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, либо об устранении причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, и о принятии мер по устранению последствий такого нарушения не только должностному лицу хозяйствующего субъекта, но и следующим должностным лицам:
  • ―  федерального органа исполнительной власти,
  • ― органа государственной власти субъекта РФ,
  • ― органа местного самоуправления,
  • ― организации, участвующей в предоставлении государственных или муниципальных услуг,
  • ― государственного внебюджетного фонда.
  • Расширены основания для выдачи предупреждения:
  1. 1) навязывание контрагенту условий договора, невыгодных для него или не относящихся к предмету договора
  2. 2) экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками)
  3. 3) экономически, технологически и иным образом не обоснованное установление различных цен (тарифов) на один и тот же товар, если иное не установлено федеральным законом
  4. 4) создание дискриминационных условий;
  5. 5) недобросовестная конкуренция (дискредитация, введение в заблуждение, некорректное сравнение, незаконное получение, использование, разглашение информации, составляющей коммерческую или иную охраняемую законом тайну, иные формы недобросовестной конкуренции;
  6. 6) ограничивающие конкуренцию акты и действия (бездействие) федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, иных осуществляющих функции указанных органов или организаций, организаций, участвующих в предоставлении государственных или муниципальных услуг, а также государственных внебюджетных фондов, Центрального банка Российской Федерации.
  • Принятие антимонопольным органом решения о возбуждении дела по указанным основаниям без вынесения предупреждения и до завершения срока его выполнения не допускается.
  • В случае невыполнения предупреждения в установленный срок при наличии признаков нарушения антимонопольного законодательства антимонопольный орган обязан принять решение о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в срок, не превышающий десяти рабочих дней со дня истечения срока, установленного для выполнения предупреждения.
  1. Введение досудебного порядка обжалования решений территориальных органов ФАС в ее центральном аппарате.
  • В Федеральной антимонопольной службе предусмотрено создание коллегиального органа, который будет осуществлять следующие полномочия:

1) рассматривают материалы изучения и обобщения практики применения антимонопольными органами антимонопольного законодательства и дают разъяснения по вопросам его применения;

2) пересматривают решения и (или) предписания территориальных органов антимонопольного органа по делам о нарушении антимонопольного законодательства в случае, если такие решения и (или) предписания нарушают единообразие в применении антимонопольными органами норм антимонопольного законодательства.

  • Срок на подачу жалобы составляет один месяц со дня принятия решения или выдачи предписания.
  • Решение по жалобе принимается коллегиальным органом в течение двух месяцев со дня ее получения. Указанный срок может быть продлен в случае выявления необходимости дополнительного исследования документов (информации), необходимых для рассмотрения жалобы, но не более чем на один месяц.
  • По итогам рассмотрения жалобы на решение и (или) предписание территориального антимонопольного органа коллегиальный орган вправе:
  • 1) оставить жалобу без удовлетворения;
  • 2) отменить решение и (или) предписание территориального антимонопольного органа;
  • 3) изменить решение и (или) предписание территориального антимонопольного органа.
  • Основанием для изменения или отмены решения территориального антимонопольного органа является нарушение единообразия в применении антимонопольными органами норм антимонопольного законодательства.
  • Решение коллегиального органа, принятое по результатам пересмотра решения и (или) предписания территориального антимонопольного органа, вступает в силу с момента его размещения на официальном сайте федерального антимонопольного органа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»;
  • В случае, если решение и (или) предписание антимонопольного органа обжалованы в коллегиальный орган федерального антимонопольного органа, принятые по делу о нарушении антимонопольного законодательства акты могут быть обжалованы в арбитражный суд в течение одного месяца с момента вступления в силу решения коллегиального органа федерального антимонопольного органа.
  1. Усовершенствование порядка рассмотрения дел о нарушении антимонопольного законодательства.
  • Перед окончанием рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства при установлении в действиях (бездействии) ответчика по делу нарушения антимонопольного законодательства комиссия принимает заключение об обстоятельствах дела.
  • Заключение об обстоятельствах дела оформляется в виде отдельного документа, подписывается председателем и членами комиссии и должно содержать:

1) фактические и иные обстоятельства дела, установленные комиссией, в том числе обстоятельства, установленные в ходе проведенного антимонопольным органом анализа состояния конкуренции, и обстоятельства, установленные в ходе проведения проверок соблюдения требований антимонопольного законодательства;

2) доказательства, на которых основаны выводы комиссии об обстоятельствах дела, мотивы, по которым комиссия отвергла те или иные доказательства, приняла или отклонила приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

  • Установлены дополнительные процессуальные права лиц, участвующих в деле:
  1. ― вправе подавать ходатайства о привлечении экспертов, переводчиков, а также лиц, располагающих сведениями о рассматриваемых комиссией обстоятельствах;
  2. ― вправе заявить отвод эксперту, если имеются какие-либо обстоятельства, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности
  3. ― вправе заявить отвод члену комиссии по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства.
  • Установлены случаи проведения закрытого заседания при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства.
  • Установлены требования к структуре решения, принимаемого комиссией по окончании рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства
  • Установлен порядок доказывания по делам о нарушении антимонопольного законодательства;
  • Установлен порядок доступа лиц, участвующих в деле о нарушении антимонопольного законодательства, к материалам дела, содержащим коммерческую тайну;
  • Из перечня оснований прекращения дела о нарушении антимонопольного законодательства исключены следующие:

1) добровольное устранение нарушения антимонопольного законодательства и его последствий лицом, совершившим такое нарушение;

2) наличие вступившего в законную силу судебного акта, в котором содержатся выводы о наличии или об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства в рассматриваемых комиссией действиях (бездействии).

  1. Порядок привлечения к административной ответственности.

Лицо, которому выдано предписание о перечислении в федеральный бюджет дохода, полученного от монополистической деятельности или недобросовестной конкуренции, не может быть привлечено к административной ответственности за нарушение антимонопольного законодательства, в отношении которого выдано данное предписание, если данное предписание исполнено.

  1. Регулирование деятельности субъектов естественной монополии.

Государственный контроль осуществляется за деятельностью только тех субъектов естественной монополии, у которых доход от осуществляемой деятельности в сферах естественных монополий превышает один процент общего объема его дохода.

Нормативный акт:

Федеральный закон от 05.10.2015 г. № 275-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О защите конкуренции» и отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Дата вступления в силу вышеуказанных изменений – 05 января 2016 г.

Обзор практики применения антимонопольного законодательства ФАС РФ

Источник: https://nplaw.ru/obzor-izmenenij-antimonopolnogo-zakonodatelstva/

Судебная практика по антимонопольному законодательству

Юридическая практика КПМГ представляет обзор актуальных тенденций применения судами отдельных положений антимонопольного законодательства, в том числе новых положений Закона о защите конкуренции, вступивших в силу в январе 2016 г. с принятием так называемого «4 антимонопольного пакета»*.

  • Дело № А73-5524/2016
  • 2. Суды вырабатывают подходы к анализу рынка по картельным делам

Пункт 10.

3 Приказа ФАС № 2201 устанавливает «упрощенную» процедуру анализа рынка по картельным делам (кроме сговоров на торгах): определение продуктовых границ рынка для целей установления товарного рынка (и подтверждения, что участники, заключившие антиконкурентное соглашение, являются конкурентами по отношению друг к другу на данном товарном рынке) производится исходя из предмета антиконкурентного соглашения хозяйствующих субъектов, проверка взаимозаменяемости товаров по правилам раздела III Приказа ФАС № 220 не осуществляется. Однако, как показывает практика, суд может отменить решение антимонопольного органа при отсутствии исследования рынка по общим правилам Приказа ФАС № 220, даже если был соблюден специальный порядок пункта 10.3 данного приказа. Понимание судебных трендов при обосновании ошибочного установления ФАС2 границ товарного рынка важно для выбора верной стратегии при доказывании отсутствия картеля. Недоказанность картеля, установленная судом, устраняет риск уголовного преследования.

30 января 2017 г. Арбитражный суд Поволжского округа в деле о сговоре между торговыми сетями «Перекресток», «Агроторг», «Тандер» указал на то, что не был проведен анализ рынка, необходимый согласно пункту 10.3 Приказа ФАС № 220 для рассмотрения дел о картелях. Указанное явилось одним из оснований для признания решения антимонопольного органа недействительным.

Однако в другом картельном деле суды сделали иной вывод. 27 января 2017 г. Верховный Суд РФ отказал в передаче в судебную коллегию дела о картеле рыбодобывающих предприятий (Определение № 305-КГ16-20000).

По данному спору Девятый арбитражный апелляционный суд сослался на то, что антимонопольный орган неверно подошел к исследованию рынка и не установил границы рынка путем выявления взаимозаменяемых товаров по правилам раздела III Приказа ФАС № 220. При этом анализ рынка по правилам пункта 10.

3 Приказа ФАС № 220, вероятно, был проведен (аналитические отчеты были подготовлены ФАС в ноябре 2015 г., то есть после того как в марте 2015 г. вступили в силу положения пункта 10.3). В результате суды установили недоказанность картеля.

Дела № А40-242615/2015, № А55-30138/2015

3. Изъяны в подготовке аналитического отчета ФАС – основание не признавать его доказательством

Составление отчета об анализе рынка не снимает с ФАС обязанность исследовать дополнительные документы и сведения о рынке, которые представлены участниками дела или иными лицами. В ином случае отчет антимонопольного органа может быть не признан судом доказательством нарушения, в связи с чем решение ФАС будет отменено.

2 февраля 2017 г. Арбитражный суд Дальневосточного округа согласился с позицией нижестоящих судов о недоказанности антимонопольного нарушения. Ранее апелляционный суд установил, что в антимонопольный орган предоставлялись доказательства (договоры, акты, данные мониторинга), опровергающие выводы отчета об анализе рынка.

Однако в приобщении указанных доказательств антимонопольный орган отказал. Комиссии антимонопольного органа заявлялись ходатайства об истребовании доказательств (договоров и актов) у третьих лиц и администраций муниципальных образований.

Эти сведения имели бы существенное значение для правильного рассмотрения дела, но антимонопольный орган отказал в истребовании доказательств.

  1. В результате суд не признал аналитический отчет антимонопольного органа доказательством доминирующего положения вследствие неполноты и недостоверности использованных в нем сведений.
  2. Дело № А04-5223/2016
  3. 4. Существенное нарушение ФАС, допущенное при рассмотрении дела – основание для отмены решения

В практике встречаются примеры, когда компания узнает о квалификации ее действий антимонопольным органом уже после принятия ФАС решения.

В такой ситуации суд может сделать вывод, что решение ФАС принято по признакам нарушения, которые не были исследованы в рамках рассмотрения дела, и признать решение ФАС недействительным.

Указанное также означает, что суды проверяют соблюдение комиссией ФАС порядка рассмотрения дела.

14 февраля 2017 г. Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области признал недействительным решение антимонопольного органа, в котором сделан вывод о нарушении ООО «Лента» Закона о торговле3.

Основанием отмены решения антимонопольного органа явились существенные нарушения, допущенные в ходе рассмотрения дела комиссией антимонопольного органа. В частности, ООО «Лента» не было своевременно извещено о том, нарушение каких норм закона вменяются обществу.

Суд также установил недоказанность ряда обстоятельств, на которые антимонопольный орган ссылался в подтверждение нарушения.

В контексте рассматриваемого дела следует отметить, что с 5 января 2016 г. ФАС обязана перед окончанием рассмотрения дела направлять заключение об обстоятельствах дела.

Данное заключение «разъяснит» позицию ФАС о вменяемом нарушении и укажет на доказательства, на которых основаны выводы комиссии ФАС. Дело при этом откладывается и его участники могут представить дополнительные пояснения и доказательства.

Если в итоге будет установлено отсутствие нарушения, ФАС прекратит дело.

Дело № А56-60406/2015

5. Ценовая политика в спорах о необоснованном установлении различных цен на товар

Выявление нарушения в виде необоснованного установления разных цен на один товар (дискриминация) зависит не только от факта размещения в открытом доступе критериев цены и порядка их применения. В то же время открытая процедура установления цены (доступность и ясность критериев ее формирования) способна снизить риск возникновения негативных последствий.

9 февраля 2017 г. Арбитражный суд Западно-Сибирского округа подтвердил создание АО «Золотые луга» дискриминационных условий для своих контрагентов.

Установлено, что общество, осуществляя закупки сырого коровьего молока, необоснованно устанавливает различные закупочные цены для поставщиков.

Апелляционная инстанция в качестве подтверждения нарушения указала на то, что поставщики не располагают сведениями о применяемой методике установления цен.

Однако иной подход суда был применен по делу, которое рассмотрено в отношении АО «ДАНОН РОССИЯ» (конкурент АО «Золотые луга») и тоже связано с применением разных цен для поставщиков сырого молока.

Суд не увидел в недоступности сведений о ценообразовании подтверждение нарушения. Арбитражный суд Северо-Западного округа в постановлении от 3 августа 2016 г.

указал, что сама по себе неосведомленность поставщика о критериях, которые используются при формировании цены, не может расцениваться как нарушение.

Дела № А70-3127/2016, № А56-61238/2015

6. Нормы «4 антимонопольного пакета» в действии: новые «правила игры» при доказывании злоупотребления доминирующим положением

Новеллы «4 антимонопольного пакета» повлияли на процесс доказывания злоупотребления рыночной властью. В связи с упразднением Реестра хозяйствующих субъектов, имеющих долю на рынке определенного товара в размере более чем 35%, изменен подход к установлению доминирующей рыночной доли.

Кроме того, если на крупную компанию пожаловалось в ФАС физическое лицо (не предприниматель), то злоупотребление доминированием может быть выявлено только при доказанности ущемления интересов неопределенного круга потребителей (то есть когда невозможно установить (индивидуализировать) всех лиц, чьи интересы нарушены).

10 марта 2017 г. Арбитражный суд Поволжского округа не согласился с выводом антимонопольного органа о наличии нарушения в виде установления компанией на свои услуги монопольно высокой цены (нарушение установлено антимонопольным органом после вступления в силу «4 антимонопольного пакета»).

Нарушение не было подтверждено судом, поскольку отчеты антимонопольного органа об анализе рынка составлены с нарушениями, доминирующее положение не доказано. У предполагаемого нарушителя имеется значительное количество потребителей, однако понятие «значительное число лиц» отличается от понятия «неопределенный круг потребителей».

В данном случае суд не установил нарушение интересов неопределенного круга потребителей.

15 февраля 2017 г. Четвертый арбитражный апелляционный суд по другому делу в отношении этой же компании подтвердил установление монопольно высокой цены (нарушение выявлено антимонопольным органом до принятия изменений в Закон о защите конкуренции).

Суд согласился с выводами антимонопольного органа, поскольку нарушитель включен в Реестр хозяйствующих субъектов, имеющих долю на рынке определенного товара в размере более чем 35%. Указанное, по мнению суда, позволило антимонопольному органу определить доминирующее положение нарушителя.

Для установления нарушения достаточно ущемления интересов любых иных лиц.

Дела № А12-26153/2016, № А58-6006/2015

Примечания: [1] Федеральный закон от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции». 2 Федеральный закон от 5 октября 2015 г. № 275-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О защите конкуренции» и отдельные законодательные акты Российской Федерации».

3 Приказ ФАС России от 28 апреля 2010 г. № 220 «Об утверждении Порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке». 4 Федеральная антимонопольная служба либо ее территориальный орган. 5 Федеральный закон от 28 декабря 2009г.

№ 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации».

Примечания:

 *Закона о защите конкуренции — Федеральный закон от 26 июля 2006 г. № 135-ФЗ «О защите конкуренции».

* 4-й антимонопольный пакет — Федеральный закон от 5 октября 2015 г. № 275-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О защите конкуренции» и отдельные законодательные акты Российской Федерации». 1 Приказ ФАС России от 28 апреля 2010 г.

№ 220 «Об утверждении Порядка проведения анализа состояния конкуренции на товарном рынке». 2 Федеральная антимонопольная служба либо ее территориальный орган. 3 Федеральный закон от 28 декабря 2009г.

№ 381-ФЗ «Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации».

Источник: https://home.kpmg/ru/ru/home/insights/2017/04/tax-alert-antitrust-legislation-review-1-2017.html

Судебная практика впервые подтвердила позицию ФАС России по вопросу применения антимонопольного законодательства к правоотношениям

12 марта 2015 года Федеральным арбитражным судом Московского округа было принято постановление, которое, очевидно, окажет существенное влияние на применение антимонопольного законодательства к сфере интеллектуальной собственности.

Речь идет о деле № А40-68992/2014 об обжаловании решения ФАС России, в соответствии с которым TEVA PHARMACEUTICAL INDUSTRIES LIMITED (далее – «Компания») была признана нарушившей антимонопольное законодательство путем отказа от заключения договора по поставку лекарственного препарата «Копаксон» (далее – «Препарат»), исключительные права на который принадлежат Компании.

Поводом для возбуждения антимонопольного дела послужило обращение в ФАС России компании «БИОТЭК» (далее – «Заявитель»).

В 2010 году между Компанией и Заявителем было заключено рамочное соглашение, предусматривающее заключение между данными лицами индивидуальных договоров в отношении Препарата, в том числе в отношении его купли-продажи, хранения, вторичной упаковки, продвижения, маркетинга, продажи и распространения. В рамках данного рамочного соглашения между Компанией и Заявителем в период с 2010 по 2013 годы заключались соответствующие индивидуальные договоры.

Однако от заключения очередного договора в 2013 Компания уклонилась, обосновав это изменением структуры поставок Препарата.

В качестве обоснования своих действий Компания указывала на то, что она является производителем Препарата и имеет исключительные права на него, что это оригинальный лекарственный препарат, химическая формула которого охраняется в качестве объекта исключительного права, удостоверенного патентом. Действия Компании по отказу (уклонению) от заключения договора являлись действиями по осуществлению исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности. Таким образом, по мнению Компании, действие антимонопольных запретов не распространяются на ее действия.

Однако комиссия ФАС Россия пришла к выводу о наличии в действиях Компании – монополиста на рынке Препарата, необоснованного отказа в заключении договора.

Не согласивших с решением антимонопольного органа Компания обжаловала его в арбитражном суде.

В своем решении[1] суд первой инстанции отметил, что поскольку при реализации лекарственного средства Компанией осуществлялись действия и по осуществлению своих исключительных прав, то Компания в силу статьи 1229 Гражданского кодекса по своему усмотрению вправе разрешать или запрещать другим лицам использовать средства индивидуализации. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу что, на рассматриваемые договорные отношения требования антимонопольного законодательства не распространяются в силу части 4 статьи 10 Закона о защите конкуренции и признал решение антимонопольного органа незаконным.

Однако в дальнейшем данное судебное решение было отменено в апелляционной инстанции.

Девятый арбитражный суд в своем постановлении[2] указал, что порядок ввода в оборот на территории Российской Федерации приобретаемого товара, маркированного товарным знаком Компании, не может подменять собой правовое содержание договора, а именно – поставку лекарственных средств. Таким образом в данном случае положения части 4 статьи 10 Закона о защите конкуренции не подлежат применению.

  • Выводы апелляционного суда были поддержаны и кассационной инстанцией[3].
  • Особый интерес представляют перечисленные судебные акты в связи с дискуссией по вопросу исключения из Закона о защите конкуренции норм, ограничивающих действие антимонопольного законодательства к сфере интеллектуальной собственности[4].
  • Напомним, что исключение данных норм являлось одной из наиболее обсуждаемых новелл проекта «четвертого антимонопольного пакета».

Часть бизнес сообщества выступила с резкой критикой подобного изменения антимонопольного законодательства.

Приводились доводы о том, что изъятие данной оговорки делает невозможным инновационный путь развития российской экономики, ведет к утрате смысла инвестиций в интеллектуальную деятельность, ущемит права субъектов малого и среднего предпринимательства, приведет к уходу с российского рынка инновационных товаров и технологий.

В свою очередь, ФАС России настаивает, что любой товар является объектом гражданского права, который предназначен для введения в оборот.

Результаты интеллектуальной деятельности этим свойством не обладают — они не предназначены для введения в оборот и потому не являются товаром по определению.

Вопросы, связанные с реализацией интеллектуальных прав, антимонопольным законодательством не регулируются. Поэтому, по мнению ФАС России, исключение этих норм из антимонопольного закона не снижает защиту правообладателя.

Тем не менее, данные поправки были исключены из проекта «четвертого антимонопольного пакета», в настоящее время готовящегося к рассмотрению во втором чтении Государственной Думой.

Однако, ФАС России по-прежнему намерена добиться исключения названных норм из Закона о защите конкуренции, указывая, что проблему создают отдельные правообладатели, которые рассчитывают получить защиту в виде лицензионных договоров.

Рассматриваемые в данном обзоре судебные акты впервые подтвердили позицию ФАС России, согласно которой в случае, если в лицензионном договоре содержатся положения, регламентирующие порядок поставки товара (введение в оборот), то на подобные правоотношения не могут распространятся исключения, содержащиеся в части 4 статьи 10 и части 9 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

В связи с этим можно констатировать, что даже в том случае, если нормы, ограничивающие действие антимонопольного законодательства на правоотношения по осуществлению исключительных прав, сохранятся в Законе о защите конкуренции, антимонопольные запреты в любом случае будут распространяться на действия и соглашения о реализации исключительных прав, если такие действия и соглашения приводят или могут привести к недопущению, ограничению или устранению конкуренции.

[1] Решение Арбитражного суда города Москвы от 09 июля 2014 года по делу № А40-42997/2014

[2] Постановление Девятого арбитражного суда от 06 октября 2014 года № 09АП-34696/2014

[3] Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 12 марта 2014 года № Ф05 17076/14

[4] Часть 4 статьи 10, часть 9 статьи 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»

 

Дополнительная информация

По всем вопросам, возникающим в связи с вышеизложенным, или для получения дополнительных материалов Вы можете обратиться к Ирине Акимовой или Дмитрию Гавриленко в офис Capital Legal Services в Москве.

Целью настоящего обзора изменений в законодательстве является предоставление клиентам Capital Legal Services и иным заинтересованным лицам самой свежей информации об изменениях в законодательстве, которая в той или иной степени может повлиять на их деятельность или каким-либо образом затрагивает их интересы. Мнения и комментарии, приведенные в настоящем обзоре изменений в законодательстве, не являются юридическими заключениями и не отменяют необходимость получения юридической консультации или юридического заключения по отдельно взятым вопросам.

Источник: https://www.cls.ru/rus/press-centr/obzory-zakonodatelstva/sudebnaya-praktika-vpervye-podtverdila-poziciyu-fas-rossii-po-voprosu-primeneniya-antimonopolnogo-zakonodatelstva-k-pravootnosheniyam-po-osuschestvleniyu-isklyuchitelnyh-prav/

Обзор судебной практики. Антимонопольное законодательство. Выпуск 1 (Издательство "Проспект" 2014г)

   УДК 347.2/.3

   ББК 67.404.1

   О-14

   Под общей редакцией председателя Арбитражного суда г. Москвы С. Ю. Чучи

   Ответственный редактор председатель 19 судебного состава Арбитражного суда г. Москвы Г. Н. Папелишвили

   Составители: председатель 19 судебного состава Арбитражного суда г. Москвы Г. Н. Папелишвили, А. В. Устинова

   В издании под общей редакцией председателя Арбитражного суда г. Москвы С. Ю. Чучи представлен обзор судебной практики Арбитражного суда г. Москвы по спорам, связанным с антимонопольным законодательством, за 2013 г.

   УДК 347.2/.3

   ББК 67.404.1

   © Чуча С. Ю., общее редактирование, 2014

   © Папелишвили Г. Н., ответственное редактирование, 2014

   © Папелишвили Г. Н., Устинова А. В., составление, 2014

   © Папелишвили Г. Н., Чуча С. Ю., предисловие, 2014

   © ООО «Проспект», 2014

Практика применения антимонопольного законодательства

   Говоря о практике применения антимонопольного законодательства, следует отметить, что Конституция Российской Федерации 1993 года провозгласила право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности (п. 1 ст. 34), охрану права частной собственности (ст. 35), принцип государственной поддержки конкуренции (п. 1 ст. 8), а также закрепила положение, в соответствии с которым не допускается экономическая деятельность, направленная на монополизацию и недобросовестную конкуренцию (п. 2 ст. 34).

   Гражданский кодекс Российской Федерации 1994 года признал равенство участников регулируемых им отношений; неприкосновенность собственности; свободу договора; недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела; необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав и их судебной защиты (п. 1 ст. 1), а также установил недопустимость использования гражданских прав в целях ограничения конкуренции и злоупотребления доминирующим положением на рынке (п. 1 ст. 10). На этих основных принципах базируются юридические условия существования и развития экономической состязательности на рынке.

   Целью антимонопольного законодательства в различных странах мира является обеспечение такого состояния рынка, при котором нет угроз осуществлению нормальной хозяйственной деятельности. Несмотря на то, что законодательство каждой отдельно взятой страны имеет свои особенности, цель его едина – достижение конкуренции.

   В России антимонопольное законодательство появилось при переходе к рыночной экономике. Оно является не только новым и важным для нашего государства, но и очень сложным, порождающим при применении ряд проблем.

  •    При этом основное место как в зарубежном законодательстве, так и в российском законодательстве занимает проблема борьбы с монополизмом и защитой конкуренции.
  •    И если американское законодательство о конкуренции направлено на защиту конкуренции как таковой, российское антимонопольное законодательство и действия антимонопольного органа направлены на защиту интересов конечного потребителя.
  •    Антимонопольное законодательство в нашей стране является относительно молодым в сравнении, в частности, с западноевропейским и американским.

   В 1991 г. был принят «Закон о конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», который в настоящее время действует в части определения понятий аффилированных лиц.

   В дальнейшем – в июле 2006 г. был принят Закон «О защите конкуренции», в который с начала его действия внесено уже 18 изменений тремя антимонопольными пакетами, а количество статей по сравнению со старым Законом увеличилось с 29 до 54.

   Все вышесказанное позволяет говорить о том, что антимонопольное законодательство, да и антимонопольное право, как самостоятельная отрасль, только формируется и находится на этапе становления.

   При этом действующий Закон уже позволяет специализированному органу в лице ФАС РФ, с ее регламентированными полномочиями претворять его положения в жизнь, механизм реализации Закона заработал.

   Говоря о правовых позициях по делам о защите конкуренции, необходимо сказать, что ст.

4 Закона «О защите конкуренции» закреплено понятие конкуренции – соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

  1.    Закон подразделяет действия хозяйствующих субъектов в конкурентной среде на правомерные (добросовестная конкуренция) и неправомерные, одновременно устанавливая запреты:
  2.    – на злоупотребление доминирующим положением;
  3.    – на ограничивающие конкуренцию соглашения;
  4.    – на согласованные действия, ограничивающие конкуренцию.

   При рассмотрении дела в антимонопольной службе подлежит установлению ряд фактов, таких как, например, товарный рынок и его границы; наличие у хозяйствующего субъекта доминирующего положения на конкретном рынке и т. д.

  •    Антимонопольная служба:
  •    – устанавливает наличие либо отсутствие нарушения положений Закона, проводит соответствующую проверку, при необходимости анализ рынка;
  •    – запрашивает необходимые документы, проводит иные необходимые мероприятия и в случае подтверждения выявленных нарушений принимает комиссионное решение о признании хозяйствующего субъекта нарушившим то или иное положение законодательства;
  •    – при наличии оснований выдает соответствующее предписание об устранении совершенного нарушения, в случае неисполнения которого принимает решение о привлечении виновного лица к административной ответственности.
  •    Принимаемые антимонопольной службой России ненормативные акты, как следствие, непосредственно затрагивают права и законные интересы хозяйствующего субъекта, в связи с чем могут быть обжалованы в арбитражном суде по правилам главы 24 АПК РФ.
  •    Арбитражным процессуальным кодексом предусмотрен 3-месячный срок рассмотрения подобного дела судом, в течение которого суд должен принять законное и обоснованное решение по такому спору.
  •    При этом законодатель установил два необходимых условия для удовлетворения заявленных требований:
  •    – первое – несоответствие закону или иному нормативному правовому акту оспариваемого решения либо действия органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц;
  •    – второе – наличие факта нарушения прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

   И если нарушение прав и интересов заявителя устанавливается судом исходя из представленных, в том числе заявителем, доказательств, то бремя доказывания законности и обоснованности оспариваемого решения или предписания комиссии ФАС РФ полностью возложено на административный орган (п. 5 ст. 200 АПК РФ).

   Данное положение коррелирует и отчасти раскрывает принцип состязательности, установленный ст. 9 АПК РФ.

   С учетом вышеуказанных норм ключевым моментом в данном споре является вопрос доказанности выводов антимонопольной службы, содержащихся в оспариваемом решении, применительно к положениям ст. 9 в неразрывной связи с п. 5 ст. 200 АПК РФ.

   В этой связи позиция антимонопольного органа должна формулироваться с учетом всех обстоятельств дела, каждый тезис и вывод, содержащийся в его решении, должен быть подтвержден соответствующими доказательствами, как этого требуют положения ст. 64–68 АПК РФ.

   Следует также отметить, что на толкование и применение антимонопольного законодательства существенно влияет судебная практика, единообразие которой прежде всего обеспечивается постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации.

   Доктринальным в этой связи является постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июня 2008 г. № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» с изменениями, внесенными в него постановлением от 14 октября 2010 г. № 52.

   Большое влияние на практику применения антимонопольного законодательства оказывают также Обзоры практики по отдельным категориям дел и постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по конкретным делам.

   Суд первой инстанции руководствуется всеми вышеперечисленными актами как практикообразующими.

   В заключение можно отметить, что значимость деятельности арбитражных судов и антимонопольных органов, направленной на обеспечение конкуренции и ограничение монополистической деятельности хозяйствующих субъектов в Российской Федерации, не вызывает сомнения.

В этой связи арбитражные суды, базируясь на законодательно установленных принципах арбитражного судопроизводства в целом и на принципе состязательности в частности, стоят на защите прав и законных интересов государства и хозяйствующих субъектов в сфере регулирования антимонопольного законодательства.

   В данном обзоре приведена практика рассмотрения Арбитражным судом г. Москвы споров, связанных с применением положений ст. 10–14 Закона «О защите конкуренции», при оспаривании ненормативных актов антимонопольных органов.

   Г. Н. Папелишвили,

   председатель 19-го судебного состава

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 4 июня 2013 года по делу № А40-25487/2013

   Юридически значимым фактом является, применительно к взаимосвязанным положениям п. 8 ст. 4 и ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, не возможность заключения договора с иным лицом, но поведение соответствующего хозяйствующего субъекта, занимающего доминирующее положение на том или ином рынке, как дискриминационное по отношению к обратившемуся за заключением договора лицу.

   Заявителем не доказано нарушения оспариваемым актом его прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, равно как и не конкретизировано, какое его право подлежит восстановлению путем удовлетворения требования о признании решения недействительным, поскольку предписание, выданное на основании этого решения, им исполнено.

   ФГУП «Канал имени Москвы» (далее – заявитель, предприятие) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к УФАС по г. Москве (далее – заинтересованное лицо, Управление) о признании незаконным решения от 28.11.2012 по делу № 1-10272/77-11.

Источник: https://readanywhere.ru/Publication/Trial/217523?bookAlias=obzor-sudebnoj-praktiki-antimonopolnoe-zakonodatelstvo-vypusk-1

Ссылка на основную публикацию